Анна Малышева организовала и увлеклась: бег стал модным в Челябинске

У вас тоже есть ощущение, что минимум половина знакомых увлеклась бегом? Пилят селфи из городского бора, покупают слоты на забеги и чуть ли не каждый вечер выходят на тренировку. Директор Челябинского марафона Анна Малышева уверена: бег стал модным трендом по всему миру. И если раньше в России считалось, что большие старты предназначены только для профессионалов, то сейчас на дистанцию выходят тысячи любителей. Сама Анна в любительском спорте больше 10 лет и готова говорить о нем часами. В ее копилке 200 забегов, в том числе 90-километровый ультрамарафон по Африке, старты в Европе и России. Наши коллеги из 74.RU поговорили с Анной о ее опыте, беговой эйфории, правильной форме, тренерах и хейтерах. Далее — ее рассказ от первого лица. Бег. Начало Я — самый настоящий представитель любительского спорта, потому что до 25 лет бега в моей жизни не существовало совсем. И это даже рано по сравнению с тем, в каком возрасте обычно люди в среднем по России, по миру приходят в любительский спорт. Обычно это делают люди уже достаточно взрослые, потому что считается, что идея заниматься бегом на длинные дистанции (свыше трех километров) не приходит к человеку просто так. Когда ты молодой студент, зачем тебе это? У тебя достаточно и активности, и развлечений. В моей жизни бег появился 11 лет назад и больше уже не уходил. Началось всё с того, что у друга во «ВКонтакте» увидела пост: «Я пробежал полумарафон в Вене». Я ему позвонила и говорю: «Антон, а что случилось?» Потому что знала его со студенческих времен, и он всегда был тусовщиком. «Почему вдруг бег? Почему в Вене и полумарафон? Как тебя туда пустили? Что это вообще за развлечение такое вдруг неожиданно?» И он мне рассказал об идее, что любой человек, абсолютно любой человек, находясь на любом уровне подготовки, может с помощью хорошего тренера взять и подготовиться, а потом полететь в Европу и выйти на старт международного марафона вместе с 40 тысячами людей со всего мира. Оказалось, на этих марафонах только 2−3% участников — профессиональные спортсмены, а больше 90% — это люди, которые туда вышли только потому, что они любят бегать. Эта идея меня больше всего захватила! Мысль о том, чтобы присоединиться к какому-то сообществу, чьи помыслы максимально чисты. Никакой другой нет причины, чтобы выйти на марафон — потратить деньги на покупку слота (это право участия в марафоне), билеты, проживание, подготовку, экипировку, — кроме того, что ты любишь бегать. Эта идея меня сразу довела до мурашек. Я решила, что пойду на тренировки в Челябинске, найду школу и тренера. Когда я пришла на первую тренировку, то чуть не умерла; оказалось, что это тебе не «хухры-мухры» бегать. Ноги отказывались двигаться, а мозг говорил: «Хочу еще!» Это был март, манеж, потому что заниматься на улице еще было холодно. Сначала для меня это был вызов, а потом просто стало необходимостью, я себя уже не представляю без бега. Люди говорят: «Как вы вообще любите бегать? Это же такое мучение». Да, любовь к бегу приходит не мгновенно, спустя некоторое время, когда ты уже понимаешь, что тренировки — это не испытание себя, не выживание (а у многих действительно есть такая ассоциация). Первые забеги За эти 10 лет было уже больше 200 стартов по всему миру, на которые я выходила. Мы облетели с учениками всё, что возможно. Первые пять лет вообще бегали всё, что плохо лежит (улыбается. — Прим. ред.): есть старт — выходим, и без разницы, где, как, зачем. Просто все прыгнули в машину, в самолет. Тогда еще была достаточно комфортная стоимость перелета по всему миру, и ты мог себе позволить на выходные просто съездить на какой-то старт. В пятницу в Екатеринбург приезжаешь, оттуда самолет в Милан, билеты туда-обратно 8 тысяч, и ты летишь в путешествие. Сначала это были классические 10 километров, полумарафоны, потом первый марафон. Первый старт у меня был в мае, спустя два месяца тренировок. Это был полумарафон в Сочи на трассе «Формулы-1». Очень специфичный вышел старт, потому что дистанция — круг по 5 километров в бетонном загоне, а до этого в Сочи всю ночь шел дождь, и когда утром вышло солнце, всё начало испаряться. Мы были в коконе, где дышать вообще невозможно: у тебя стена с одной стороны, стена с другой, вокруг асфальт. Но несмотря на это, был даже какой-то очень приличный результат. Марафон в Вене Первый марафон случился через год. Это был венский марафон — первый такой масштабный европейский старт, который я увидела. Я не представляла, что это вообще в мире есть, когда бегут 40 тысяч человек. Вот он, главный венский мост через реку, и он наполняется людьми. А поскольку он полукруглый, ты бежишь внизу и видишь тех, кто вверху, а потом забегаешь наверх и видишь тех, кто внизу. Это мощь какая-то невероятная! Причем, вставая в толпу 40 тысяч человек, ты принципиально уверен, что вокруг нет мудаков, потому что им в голову не придет идея пробежать 42 километра. Вокруг люди, которые чего-то жаждут в жизни, ищут смыслы, идеи и так далее, и им идея марафона очень близка. Так что ты встаешь не просто в толпу людей, а автоматически оказываешься среди единомышленников. Ни разу ни на одном старте (а их было правда очень много) я не встретила человека, который бы отказал в помощи. И в Вене я увидела людей, которые не говорят на моем языке, которых я не знаю и никогда не видела, но я чувствовала, что всё окей, что я нахожусь в безопасной зоне. Когда ты перед таким стартом заходишь в утреннее метро, это вообще кайф. Старт в 7 утра в воскресенье, в метро других жителей обычно нет, едут только бегуны. И вот ты в этой толпе бегущих людей едешь на старт, о чем-то шутишь, что-то говоришь. Это разная речь, разные языки, но смех какой-то такой искренний, а потом все выходят на старт. Ради тебя перекрыли город, для тебя поставили пункты питания, медицинскую помощь, тебя поддерживают волонтеры… Это что-то нереальное. Забег по Байкалу На второй марафон я записалась почти сразу. Когда прилетела из Вены в Москву, зашла на обед и увидела во «ВКонтакте» информацию о Байкальском марафоне. Он тогда стоил каких-то бешеных для меня денег — около 60 тысяч, но это включало и трансфер, и проживание, всё-всё. Чтобы участвовать, нужно было подтвердить квалификацию. И вот я, помню, подала заявку и просто ждала несколько дней, когда мне одобрили участие. 42 километра из Бурятии в Иркутскую область мы бежали по льду через Байкал. Проходило всё в первые выходные марта, тогда это был забег за чистоту байкальских вод. И это просто был какой-то космос! Совершенно другой старт. Участников тогда было 190 человек. При этом у организаторов было условие, что не больше 10% человек должны быть представителями России. Все остальные — международные участники. Главной идеей марафона было привлечь мировое сообщество. Никто тогда меня не поддерживал, никто не говорил: «Я с тобой». Наоборот, говорили: «Дурная, что ли? Байкал? Бежать 42 километра? Зимой?» Я даже среди наших учеников школы не могла найти напарника, потому что такое сумасшествие еще никто не бегал, еще не созрел никто до этого в любительском беге в Челябинске. И вот я поехала туда одна, пришла на приветственный ужин для участников. Большой ресторан, 200 человек сидят, все разговаривают — кто языком жестов, кто с помощью Google Translate, кто как мог. Когда еще такое увидишь? Это как мини-версия мира где-то в Сибири. Очень кайфовый старт, когда ты бежишь, горизонт пуст и ничего нет впереди. Участники достаточно быстро растягиваются, ты даже можешь никого и не видеть впереди. По трассе расставлены фишечки, ты просто должен их держаться и бежать. Как сейчас помню, в Иркутской области на берегу Байкала стояла розовая башня. Когда я бежала, она выглядела как мираж. А потом ты близко подбегаешь и видишь, что это отель такой. Байкальский марафон — один из самых искренних стартов. Там я полюбила бег в одиночку. Ультрамарафон по Африке Сначала у меня была идея бегать интересные старты. Нравилось искать что-то эдакое. В 2019 году мы начали готовиться к Comrades. Круче него в шоссейном беге на ультрадистанциях нет ничего, это апогей. В этом году он прошел в 98-й раз, через пару лет ему будет 100 лет — это старейший ультрамарафон с огромной историей. Главная цель сверхмарафона Comrades — «демонстрация несгибаемости человеческого духа, проявляемой в тяжелых условиях». Comrades посвящен освобождению африканского народа от рабства. Это какая-то квинтэссенция свободы, где большинство участников — местные африканцы из разных стран, и они Comrades бегут как песню своей жизни. Есть два города: Питермарицбург — исторический город, который находится в 90 километрах от океана, и Дурбан — местный курорт для жителей ЮАР, как наша Анапа или Геленджик. И каждый год Comrades бегут из Питермарицбурга в Дурбан либо из Дурбана в Питермарицбург. Это 90 километров по шоссе с достаточно приличным подъемом высоты. Местные жители раз в год живут этим Comrades. У каждой семьи, у каждого поселка, у каждой школы есть свое место, и они выходят как группа поддержки на дистанцию. Comrades — это практически 90 километров живого коридора, и люди не просто стоят по одному, а целые лагеря разбивают. Я всегда говорю, что The Comrades пахнет шашлыком, потому что люди с 6 утра выходят на дистанцию поддерживать бегунов, а длится всё 12 часов, и, конечно, они в своих полевых лагерях начинают готовить, потому что проголодались. Когда мы на первом Comrades стояли в толпе людей на старте, это был черный-черный город в прямом и переносном смысле. В 2 часа ночи у тебя выезд автобуса, в 4 утра ты в стартовом городке и ждешь старта в 05:30, а светает где-то через 40 минут после этого. И есть традиция у Comrades — перед стартом сначала играет гимн страны, а потом местная песня, что-то вроде «Эй, ухнем» в их интерпретации, она называется «Шошолоза». И вот ты стоишь в этом маленьком африканском городе где-то в холмах, все вокруг поют, и ты уже ревешь оттого, насколько это смелые и прекрасные люди, которые так непохожи на тебя в образе жизни, во внешности и так далее, оттого, сколько в них героизма — при их жизненных обстоятельствах всё равно бежать марафон. А потом ты бежишь, и начинается африканский рассвет, перед тобой начинает расцветать розовым солнце, а вокруг — нереальная поддержка людей. Школа бега и ученики Так совпало, что с самого начала, когда появился в жизни бег, ко мне пришла и школа бега. Это были первые несколько месяцев работы федеральной франшизы в Челябинске. Это московская франшиза, но к нам ее привезли из Екатеринбурга две достаточно сумасшедшие любительницы бега. Со временем им стало ясно, что для развития проекта в Челябинске надо жить, и они начали искать человека, который присоединился бы к ним в партнерство и развивал бы школу. Таким человеком стала я. Уже потом, когда прошло несколько лет, мы разошлись с партнерами, я выкупила долю в этом бизнесе — небольшом, для души. А тогда для меня это было спасением в некоем роде. Когда мы начинали работать, большая часть группы состояла из мужчин. Потому что тогда у нас был призыв «Приди — и через два месяца пробеги полумарафон» — в Казани, Москве, Мюнхене. Это амбициозная цель, которая была близка мужчинам. Брось себе вызов, смоги сделать. Женщина посомневается. Но за 11 лет в мире так много всего произошло, и появился целый кластер классных амбициозных женщин, которые с легкостью ставят такую цель, бросают вызов и способны на многое. Плюс у нас появилась очень большая категория среди людей бегающих — это мамочки. Или они закончили кормление, или у них подросли дети, и уже можно заняться собой. Мамочки — это вообще просто машины. Потерпеть 10, 15, 20, 30 километров для них — вообще не задача. Сейчас на старт и марафонов, и ультрамарафонов, и триатлонов начинают выходить люди уже очень возрастные. Раньше мы видели на старте человека 80 лет, и это был уникум, один в стране. Но оказалось, у нас классная страна, у нас таких людей много! Даже в Челябинске есть уникальный старт «Самоопределение», который делают много лет в парке Гагарина. Там проходит дистанция 100 километров — один круг 10 километров, всего выходит 10 кругов. Я как-то попала на этот старт, и там было очень много из ветеранов бега, бывших спортсменов. Когда я увидела этих «изюминок», этих чудо-женщин… Они надевают свою старую спортивную форму, все эти трусишки маленькие, маечки, какие были раньше у бегунов на профессиональных стартах. Мы в таких не выходим, мы стеснительные, а им по 80 лет, им терять-то что? И эти чудо-женщины берут и бегут 100 километров. Когда я это увидела, у меня отпал вопрос, смогу ли я пробежать марафон. Если может человек в 80 лет, который как минимум лет 30 не занимался спортом профессионально, выйти на старт, поддерживать себя в такой физической форме, что бегает, то мне должно быть стыдно жаловаться! Почему все вдруг начали бегать Бег — это сейчас тренд по всему миру. Вы видите, какое сумасшествие с точки зрения развития любительского бега творится в Москве, Санкт-Петербурге, Казани? Там ради пробегов закрываются полностью города. 10 лет назад этого вообще не было. Да, проходил Московский марафон, но о нем в регионах даже не знали. 10 лет назад в Челябинске к марафонам любителей не готовил вообще никто. Когда я своему тренеру сказала: «Марин, будем готовиться к марафону», она мне сказала: «Сумасшедшая, любители не бегают марафоны, вы посмотрите на себя. Вы работаете в сумасшедшем режиме, дети, семья, дом, это всё уже сложно, какой еще марафон? Как вам в жизнь впихнуть подготовку к марафону?» Это была Марина Мышлянова, она мастер спорта международного класса, легенда российского бега, чемпионка России в беге на 100 километров. Она — самый большой хранитель ценности бега, которого я встречала. Для нее бег — это религия. До нас она никогда не работала с любителями. На первой открытой тренировке Марина не верила, что люди вообще пришли. Это были обычные люди — худенькие, толстенькие, постарше, помладше. Марина хотела их всех потрогать, всем посмотреть в глаза, спросить у них, почему вообще пришла идея заниматься любительским спортом. А сейчас это стало нормой! Бег в России вышел на ту стадию, когда не бегать становится чуть-чуть зашкварным, потому что все бегают. Уже появилась отдельная категория — спортивный туризм. Есть беговые туры по России, за рубеж, и это всё будет развиваться дальше. Это такой добрый, хороший тренд, поэтому не развивать это, отказаться от идеи бегового сообщества в Челябинске просто невозможно. Потому что этот тренд — один из самых искренних, какой только возможен. Беговая эйфория Первая тренировка у меня была такой же сложной, как у всех людей. Если вы вышли на первую пробежку и испытали тихий ужас, если заныли колени, спина, дышать невозможно, не нужно думать, что всем бегать легко, а вам сложно. На самом деле для того, чтобы не испытывать этот адский стресс, нужно снизить темп. Если ты бежишь медленно, и тебе всё равно сложно бежать, значит, ты бежишь не медленно. Медленный бег трусцой — это лучшее занятие, которое можно придумать для взрослого человека. Бег трусцой сравним по скорости с обычной ходьбой, только ты делаешь циклическое движение, беговое движение. Именно с медленного темпа люди начинают спокойненько тренироваться, приходит любовь к бегу. После тренировки, которая не принесла ужас, человек испытывает невероятный кайф. Люди, которые пришли на тренировку и которые ушли с тренировки — это два совершенно разных человека. Любительским спортом часто занимаются руководители, предприниматели. И вот они приходят такие серьезные, угрюмые, иногда в костюме, а после ты видишь просто 18-летних мальчишек, которые как дети рады тому, что с ними случилось. Потому что включаются гормоны, наслаждение от леса, компании. Голова становится абсолютно чистой, просто в жизни всё становится хорошо. Это всё на уровне гормонов. Мы все знаем, что от нагрузки выделяется серотонин и дофамин, так называемые «гормоны счастья», ну и еще порядка десяти гормонов, которые вырабатываются при циклической физической нагрузке. И есть еще каннабиноидные рецепторы, которые активизируются естественным путем. Когда шутят о том, что бегуны — еще те наркоманы, это не шутка метафоричная. Состояние счастья бегуны получают бонусом, и это абсолютно безопасно для здоровья. Всем ли подходит бег Несколько лет назад Nike выпустил книгу «Как правильно бегать». Перед этим были суперанонсы по всему миру, предзаказы, книгу просто смели в один момент. До покупки, кроме обложки, ты ничего не видел, а книга была изображена толстой, что-то вроде тысячи страниц. И когда книга вышла, оказалось, что на этой тысяче страниц повторялись всего два слова: левой — правой, левой — правой. И ничего больше! В беге правда нет ничего такого, что нужно было бы заморачиваться постановкой техники. Понятно, что есть критические моменты, например отсутствие беговой обуви, или если нога ставится не параллельно друг другу, если захлест ноги происходит не в достаточной амплитуде, но какая разница, если ты бегаешь для себя? Если тебе так комфортно, если так ты можешь преодолевать дистанцию, то бегай как угодно. Бег — это циклический вид спорта, повторяющиеся движения. Подъем бедра, вынос, постановка на среднюю часть стопы, перенос тела, захлест, потом повтор. И больше от тебя вообще ничего не нужно! Это твоя возможность, выполняя физическое упражнение, не думать вообще ни о чем. Иногда меня спрашивают, о чем можно думать 10 часов на супердлинных дистанциях? Не поверите, вообще ни о чем. Вот я бегу, например, вижу цифру, написано «35» — 35-й километр. И я думаю: «35, 35, 35, 35… О! 36, 36, 36…» Это возможность разгрузить свою голову. Мы соревнуемся только с самими собой, а самый главный орган, который мы тренируем, — это голова. О тех, кто на первой тренировке говорит: «Я бегать ненавижу», я говорю: «Мой любимый клиент пришел». А еще о тех, у кого в школе было освобождение от физкультуры. Как правило, эти люди потом становятся самыми большими поклонниками бега. Они преодолевают первые сложности, связанные с бегом, и бег становится для них самым любимым занятием. Главное — сразу выбрать себе беговую обувь, без нее не стоит даже начинать. Кроссовки с амортизацией помогут сгладить ударную нагрузку. Второе — постепенно наращивайте нагрузку. Мы бегаем первые тренировки по 20−30 минут, это просто знакомство с бегом. Спустя месяц тренировки должны выходить за пределы 60 минут. Это то время, когда запускаются процессы в организме, когда тело разогрелось до нужного уровня, мышцы начали работать плодотворно. Если нет у вас часов беговых, нестрашно. Наблюдайте за своим состоянием, следите за пульсом. Низким пульс считается, когда вы можете бежать и говорить. Если вы в большом весе находитесь, пробуйте сначала бегать на мягком грунте, желательно смотреть под ноги, чтобы не споткнуться. В Челябинском бору есть ровные тропы. И потом потихоньку переходите на асфальт. Чтобы не получать травмы, не иметь проблем с позвоночниками, с коленями, с шейным отделом, нужна ОФП — общая физическая подготовка. Откройте любое видео на ютьюбе, вам это поможет. Лет 10 назад была еще мода, когда девочки выходили на пробежку в полиэтилене, пищевой пленке. Я их раздевала на тренировках: «Ты что, хочешь себе этот инфаркт заработать?» Они обматывались от колен до ключиц, при этом кожа не дышала, пульс был 160−180. Они так худели, но это очень опасно, очень большая идет нагрузка на сердце. Если вы стесняетесь, выйдите на пробежку в пять утра, когда никто не увидит. Но наденьте на себя шорты, которые еле попу прикрывают, и майку, соберите волосы в плотный пучок, чтобы они не висели и не мешали. И просто попробуйте побегать; в жаркую погоду — это лучшее решение. Бег — это дорого? У меня есть бизнес для денег, а есть бизнес для души, и школа бега — второй вариант. Ученики оплачивают месячное обучение в школе, занимаются с тренером. У всех есть две тренировки в неделю, у нас есть бег, плавание, лыжи, триатлон, и в каждом из этих направлений есть ученики, которые тренируются. Самые наши любимые — стартовые группы, это подготовка к первым дистанциям, первому марафону, триатлону. Туда ребята приходят сырыми абсолютно. А есть уже продвинутые уровни, есть ученики, которые с нами с самой первой тренировки, 11-й год. Это большая культура, большое сообщество людей, которые очень привязаны друг к другу. Потому что, если ты прошел с человеком рука об руку подготовку и пробежал марафон, вы уже лучшие друзья. Люди у нас работают вместе, дружат, женятся. У обучения есть разные уровни, условия, в среднем это от 5 до 7 тысяч в месяц — в зависимости от количества тренировок. Индивидуальные тренировки в Челябинске тоже есть, они стоят в пределах, наверное, тысяч трех. В среднем индивидуальная тренировка стоит 2 тысячи, а в группе ты получаешь восемь тренировок, но платишь за это 6 тысяч. Если хочешь индивидуальной тренировки плюс индивидуальный план, — например, чтобы тренер каждый день следил, что поел, сколько бегал, какой у тебя пульс, какое у тебя состояние, — понятно, что это может быть дороже. В Москве цены, например, на индивидуальное сопровождение тренера могут доходить сейчас до 50−70 тысяч. В Челябинске, может, нам и хотелось бы повысить стоимость, но мы хотим работать для всех. Сейчас я могу назвать пять школ в Челябинске, все они разные, все имеют свою специфику. Кто-то помешан на трейл-райнинге, кто-то любит, чтобы тренер был четкий, строгий, без лишних эмоций, кто-то любитель потусоваться, повеселиться. У меня огромное уважение к каждому из тренеров, к каждой школе, потому что я знаю по себе, что это непросто. Это не то дело, когда просто деньги собрал и сидишь. Нет, есть сложности с инфраструктурными объектами, с местами тренировок, с поддержкой участников. Если кто-то болеет, если есть травмы, мы все в это вовлечены. Классно, что сейчас развивается эта сфера. У меня никогда нет чувства конкуренции, ревности, если такое случается, что наши ученики уходят в какую-то другую школу. Потому что это значит, случилась магия с другим тренером. Я понимаю, что развитие бега — это большое дело. Мы его делаем вместе. Пожалуйста, тренируйте больше учеников, чтобы больше людей выходило на старты. Как выбрать тренера Я бы сказала, что новичку нужно пойти в действующую школу. Загуглите их и сразу всё поймете. В любую из челябинских школ можно пойти. Правда. Где-то вам может понравиться тренер, соцсети, еще что-то. Нужно просто выбрать по душе. Не советую искать тренера по бегу на сайтах бесплатных объявлений. Сейчас каждый второй становится тренером по бегу, пробежав марафон. Я бегаю 11 лет, но никого тренировать не возьму смелости. Потому что мало бегать самой, нужно еще знать структуру тела, биохимию, понимать процессы, иметь насмотренность очень большую. Возможно, и на сайтах может попасться кто-то толковый, но нужно это проверять. Начните с хорошим тренером тренироваться, а потом, после первого этапа вы начнете уже понимать. Подпишитесь на каналы, на людей, вам, может, приглянется другой тренер. Сейчас еще очень развиты онлайн-тренировки. Это тоже вариант, но всё зависит от цели. Я никогда не смотрела продукты онлайн-тренеров. Просто искренне надеюсь, что если онлайн-тренер где-то в Москве берет в работу учеников из Челябинска, то он либо берет уже опытных бегунов, зная их параметры, либо, наоборот, супернулевых и учит их просто бегать в лесу, а не прыгать через барьеры. Самый большой страх связан с тем, что человек, который тебя не видит и не знает, дает сложные упражнения, очень травмоопасные. Нельзя, например, первые два месяца давать барьеры, многоскоки, потому что человек с дивана только встал. Ему надо сначала сформировать все связки, подтянуть, укрепить, только потом давать нагрузку. Челябинский марафон Челябинский марафон мы с командой начали делать в прошлом году, это было наше первое самое большое беговое событие. Честно, на старте я уревелась! Слезы были до колен, потому что это мечта, которая сбылась. Мы смогли сделать так, чтобы Челябинск зажил идеей того, что здесь может проходить настоящий большой марафон. В прошлом году нам отдали его на организацию за два месяца, и это очень мало. Мы как команда вынуждены были принимать какие-то решения на свой страх и риск, не было возможности сесть и посоветоваться. Ради нового Челябинского марафона мы работали весь этот год, и сейчас максимальный накал страстей. Челябинский марафон сам по себе — это в большей степени общественный проект. Все, кто причастен к бегу, — все любители, все организаторы беговые, руководители школ, — должны быть причастны к этому. Тогда мы сможем создать такую структуру, когда в команде есть профессионалы, ответственные за маленькие, узкие задачи. У нас есть 100 амбассадоров челябинского бега. Это любители бега — предприниматели, медийные личности, все на свете — и мы их объединяем в клуб, они становятся носителями информации о челябинском марафоне. Целый месяц до марафона они рассказывают о нем, о фишках, рассказывают новости, сами готовятся к марафону. Если в прошлом году мы их собирали, каждому я звонила и рассказывала о задачах. В этом году мы объявили конкурс, и у нас уже было столько заявок, что мы до сих пор не все разобрали. Очень хочу, чтобы прелесть бега почувствовали все, в том числе — социальную значимость. Казань, Питер, Омск, Нижний Новгород и Пермь уже понимают, что марафон для города — это туристическая привлекательность. Мы сможем показать, насколько прекрасен Челябинск для жителей регионов. Когда люди приезжают, они начинают это видеть. В этом году организаторы марафона в Казани открыли всю информацию о том, какой произошел прирост в отельной сфере, в ресторанной сфере, в сфере логистики, аренде жилья во время забега. Все заработали на этом, город на этом заработал. Условно говоря, регион вложил в марафон 30 миллионов рублей, а получил налоговой базы с осуществления предпринимательской деятельности в 3−4 раза больше. И казанские организаторы показывают: смотрите, это рентабельно — проводить марафон в городе. Всего одни выходные, а уже прирост предпринимательской активности. Я всегда в пример привожу Москву. Там было в этом году почти полное перекрытие в центральной части не один раз ради Московского марафона, а раз 30. Там есть линейка стартов: и Зеленый марафон, и Московский марафон, и Московский полумарафон, и Музыкальный марафон — разные-разные старты. И у Москвы уже меньше вопросов, зачем перекрывать город. Челябинский марафон на несколько лет отправили на окраину, сказали: «Бегите там». В 2023 году забег вернули в центр, тут он и должен находиться. Да, я вижу комментарии про пробки, перекрытые улицы и так далее. Мое искреннее желание в ответ только одно: чтобы каждый человек, кто написал это, попробовал выйти на старт дистанции и понял, почему город перекрывается. В этом году 24 августа мы перекроем центр города — проспект Ленина от площади Революции до памятника Курчатову. И мне хочется, чтобы люди не ворчали: «Вы, гребаные бегуны, создаете проблемы». Зарегистрируйтесь на старт, получите удовольствие от процесса. У нас есть дистанция один километр. Реально, один километр, но у вас уже будет финиш, медаль, аплодисменты, счастье. Даже если не можете бежать, выйдите на старт и пройдите быстрой ходьбой. У меня есть большая мечта о марафонской трассе в Челябинске. Сейчас круг на забеге —10,5 километра. Чтобы пробежать марафон, нужно сделать четыре круга. А у меня большая мечта о том, чтобы сначала Челябинский марафон стал трассой в два круга (то есть нужен круг 21 километр), а однажды — кругом на 42 километра. Я буду убеждать всех, что это необходимо, пока мы этого не добьемся. Вместо послесловия Если бы не бегала, я бы никогда не узнала: что «Мальчик хочет в Тамбов» — идеальный трек для темповых, а под Вивальди можно сделать лучшие длительные;что олени — это вовсе не гордые животные, а специальное беговое упражнение;что холодная кола становится напитком богов после 70 километров;что глаза людей могут быть настолько прекрасны на финише их первого марафона;что мир открыт, добр и приветлив, если ты зашнуровал свои «сокани»;чтобы всё в жизни удалось, нужно посадить дерево, построить дом, родить сына и пробежать марафон.