«Тайны истории»: Загадочный арабский принц

100 лет назад в 1920 году в Чите на страницах газеты «Восточная Окраина» с пространной статьёй, которую опубликовали в двух номерах, выступил, как было сказано в газете «представитель арабского королевства Геджаза при Главнокомандующем». Подписана она была кратко «Элькадири». Прежде чем речь пойдёт о самой статье, стоит пояснить, кем же был этот представитель. Из капитанов в подполковники В конце 1917 года, когда атаман Григорий Семёнов, бывший ещё простым есаулом, только формировал свой Особый Маньчжурский Отряд, одним из первых иностранных офицеров, пополнивших его ряды, стал военнопленный капитан турецкой армии Элькадири. В годы Первой мировой войны Турция выступила на стороне Германии и Австро-Венгрии. Произошло это в октябре 1914 года. Начало военных действий у турок поначалу было достаточно успешным. Так, в сражении при Кепри-Кее, которое состоялось с 26 по 29 октября, они отбросили войска 1-го Кавказского армейского корпуса, а 30 октября выбили русские войска с Завинской позиции. Прибывший на фронт 21 декабря военный министр Энвер-паша, которого называли «турецким Бонапартом», настоял на проведении Сарыкамышской операции, в ходе которой русские войска, возглавляемые генералом Николаем Юденичем, наголову разгромили турок. Поражение потерпели 9-й и 10-й турецкие корпуса. В плен попали командир 9-го корпуса Исхан-Паша (позже он сбежит из Читы — прим. А. Б.), начальники 17-й, 28-й и 29-й дивизий, ещё несколько генералов, более сотни офицеров, среди которых, вероятно, был и капитан Элькадири. В конце 1914 года почти 15 тысяч пленных турок отправили в лагеря Сибири. Особенно много их было размещено в Томской и Иркутской губерниях, а также в Забайкальской области. «Среди военнопленных, содержавшихся в лагере в Даурии, находился капитан турецкого генерального Штаба принц Элькадири, - писал о нём в книге «О себе» Григорий Семёнов и тут же добавлял, - один из членов рода, происходящего по прямой линии от пророка Магомета. Капитан Элькадири был освобождён из лагеря и поступил на службу в мой Штаб в качестве добровольца». Эта информация ввела в заблуждение историка Александра Романова, издавшего в 2013 году в Иркутске основательный труд «Особый Маньчжурский отряд атамана Семёнова». «К высшей знати, - написал Александр Михайлович, - принадлежал турецкий наследный принц капитан Элькадири, примкнувший к Семенову в декабре 1917 года на станции Даурия». В этом предложении историк допустил сразу две ошибки. Во-первых, Элькадири не был «турецким принцем», он был арабом. Дело в том, что в то время в состав Османской империи входила масса современных ближневосточных государств. И в турецкой армии служили и арабы, и персы, и курды, и даже армяне. И когда в результате поражения в той войне Османская империя рассыпалась, многие её бывшие офицеры вспомнили о том, кем же они были до службы в турецкой армии. Во-вторых, Элькадири не был «наследным принцем». Возможно, он был принцем. У арабских шейхов и тогда были немаленькие гаремы. Может быть, он даже был одним из любимых принцев – получил хорошее образование, стал офицером турецкого генерального штаба. Александру Романову удалось установить, что в 1920 году Элькадири «уже в чине подполковника, состоял штаб-офицером для поручений при Главнокомандующем всеми вооружёнными Российской Восточной Окраины генерал-лейтенанте Г. М. Семёнове». Косвенным образом именно эта информация говорит о том, что «наследным» Элькадири не был, иначе уже в 1918 году он рванул бы на родину. А он не торопился это сделать. «Истинный рыцарь» или прагматичный принц Вновь обратимся к мемуарам атамана. «Впоследствии, после заключения перемирия на западном фронте, - вспоминал Григорий Михайлович, - он связался при посредстве Великобританского генконсульства в Харбине со своими родными в Багдаде и вскоре после этого я получил письмо из Великобританского посольства в Пекине, с просьбой не задерживать в Сибири принца Элькадири и дать ему возможность выехать в Пекин, откуда он будет отправлен на родину. Я предложил принцу немедленно выехать в Пекин, стоимость до которого будет оплачена, но он, как истый рыцарь долга и чести, отказался воспользоваться моим предложением и просил меня разрешить ему остаться со мной до конца борьбы в большевиками, к которой я готовился в то время и к которой он считал себя приобщённым с того момента, как из положения военнопленного он был назначен в состав моего штаба». В своей статье Элькадири вспомнил о важной для него новости 1915 года: «С началом только что закончившейся мировой войны арабы стали на сторону противогерманской коалиции, надеясь кровью добыть свободу своих земель. Первые дни войны ознаменовались успехом. Турецкий VII и VIII корпуса и 42-я отдельная дивизия VII армии были окружены южно-арабской армией. Сто тысяч аскеров были взяты в плен арабами. И, вот, 5 февраля 1915 года Эмир Хусейн, династии Элькурейш, объявляет полную независимость южной Аравии, что и было признано на парижском конгрессе 18 апреля 1915 года всеми европейскими государствами, во главе с великой Российской империей. Это было большой победой для союзников, так как VII армия турок была уже вооружена Германией и готова к отправлению в Египет, а англичане не имели ещё возможности отправить свои войска на помощь, и не было ещё закончено формирование сухопутной армии». И в 1916 году независимость от Османской империи провозгласило арабское королевство Хиджаз (в читинской газете в 1920 году его ошибочно называли «Геджаз» - прим. А. Б.). Управлялось оно представителями хашимитской династией, возводившей себя к Бану Хашим — потомкам Хашима ибн Абд Манафа (прадеда самого пророка Мухаммада - прим. А. Б.). Вероятно, Элькадири мог относиться именно к этой династии. Во время Первой мировой войны ближайшими союзниками арабов были именно англичане. Поэтому понятно, что связь с родиной после окончания войны, а она завершилась в ноябре 1918 года, Элькадири устанавливал через британское консульство. Как раз в это время атаман Семёнов стал полновластным хозяином Забайкалья. И в 1919 году ситуация здесь была относительно стабильна. С родиной Элькадири связался. И новости оттуда были неутешительными. Англичане при поддержке французов попытались арабов кинуть, отказавшись от обещания предоставления им независимости. Так же они поступили и с Россией (причём многократно, периодически кидая Николая II, Керенского, Колчака, Семёнова и других союзников - прим. А. Б.). И на какое-то время принц остался в Забайкалье. Возможно, он просто хотел подзаработать, ведь атаман Семёнов по отношению к своим ближайшим соратникам был достаточно щедр. При этом связь с родными Элькадири не терял. Вероятно, именно с ним связана награда Григория Семёнова экзотическим орденом. «Высший Арабский Сенат, - писал в книге «Забайкальская белая государственность» известный забайкальский историк Владимир Василевский, - наградил атамана Зелёным орденом Святого Магомета». Мне, не скрою, сколько ни пытался, найти хоть какое-то упоминание об этом ордене в интернете не удалось. В защиту арабского мира 25 марта 1920 года в газете «Восточная Окраина» была опубликована заметка «Администрация Месопотамии», подписанная неким «Б.П.Б.» (не исключено, что это была перепечатка из какой-то другой газеты - прим. А. Б.). В газете ей, судя по всему, особого значения не придали. Но именно она вызвала появление гневной статьи Элькадири, которую эта же газета вынуждена была напечатать 24 и 25 апреля. В заметке говорилось, что в ноябре 1918 года англичане в Месопотамии (это территория, включавшая в себя районы Баздра, Багдад и Мозуль - прим. А. Б.) провели опрос населения, какую бы власть оно хотело. И якобы в результате этого опроса выяснилось, «что всё население, за исключением весьма малого процента, считает, что страна не может управляться своим эмиром. Больше того, оно сразу приветствовало идею установления в Месопотамии британского правительственного органа до тех дней, выражаясь словами одного араба в его письме к британским властям: «Когда мы вкусим священного нектара образования, поднимемся из грязных канав невежества и сбросим с глаз повязку, застилающую свет познания и мудрости». По сути дела, англичане не только не выполнили данное ими обещание, но ещё и оскорбили весь арабский мир. Смолчать в этом случае Элькадири не мог. «Кто хоть немного знаком с историей Аравии, - начинал он свой материал, - знает, что арабы были всегда свободны и самостоятельны в вопросах управления своей страной. Арабы не знали никакого ига и много веков были полными хозяевами своего полуострова». И далее привёл массу примеров со времён Древнего Рима до начала ХХ века. Из чего делал несколько выводов. Во-первых, когда «мелкие государства Европы не знали ни организованного управления, ни законов общежития, не имели постоянной армии, - арабы первые насаждали у себя законы, имели правительство и регулярную армию, сильную национальным духом». Во-вторых, были времена, когда в «университетах Багдада, Дамаска и Кыртаба было чему научиться не только сынам Аравии, но и других европейских государств, за неимением в Европе высших учебных заведений в то время. Эти «Даруль-Фюнун» (университеты) были в VIII веке единственными сокровищницами знаний для всех стремившихся учиться. Багдадский «Мустан Сирие» в VIII веке вмещал около 33 тысяч студентов, и это в то время, когда Европа не знала и систематического низшего образования». В-третьих, все, «кто знаком с историей культуры вообще, знает насколько важен и богат вклад, сделанный арабами в житницу культуры народов всего мира. Всё, созданное арабами, – открытия в области физики, химии и прочее – послужило прочным и достаточным фундаментом дальнейшего прогресса всех наук». Понятно, что такой народ не нуждается в «колониальной опеке» ни со стороны англичан, французов или кого-то ещё. Элькадири напомнил, что в это самое время в Париже, где проходила серия переговоров, входивших в формат международной мирной конференции, на которой страны-победительницы делили «трофеи», то есть территории побеждённых Германии, Австро-Венгрии и Турции. «В Париже в настоящее время, - писал Элькадири, - находится наследный принц южного королевства, Эмир Фазулла, который является председателем арабской делегации южного королевства на мирной конференции. Принц Фазулла приехал просить у Европы признания самостоятельности всего Аравийского полуострова, прекращения дальнейшей оккупации Сирии и Месопотамии и объединения под властью династии Эль-курейшь всей Аравии, как федеративного королевства». В августе 1920 года победители подпишут мирный договор по судьбе Османской империи. Большая часть Турции, в соответствии с так называемым Севрским мирным договором достанется Великобритании и Франции. «Но прошли тяжёлые дни, - с возмущением писал Элькадири. - Всё устроилось по желанию союзников. И неужели теперь, сделанное устами «Б.П.Б.» заявление о том, что арабы не могут жить иначе как только под чьим-нибудь иноземным владычеством, - это всё, что заслужили арабы своей шестилетней борьбой?» «Араб никогда не забывает добра, которое сделали ему, - констатировал принц. - За добро он заплатит добром. Но никогда араб не простит несдержанного обещания, чем бы ни прикрывалось неисполнение его. В борьбу свою араб вложил всего себя, свою жизнь. Не лучше ли было бы иметь 50 миллионов арабов в числе своих друзей, столь же добродушных, сколько и мстительных, чем неисполнением данного громкого обещания восстанавливать против себя. По призыву своего эмира, за свою свободу и независимость мы никогда не откажемся воевать». А далее он привёл историю и своей семьи: «Во имя этой свободы беспрерывно 500 лет мы проливали нашу кровь в борьбе с турками. Эмир Абд Элькадири (именем которого гордится вся Аравия - прим. А. Б.) 50 лет боролся с французами за независимость. Сын Абд Элькадири назначен Францией правителем Сирии. Мы, арабы, это сделали бы и без Франции. И теперь, если понадобится, мы будем драться ещё 550 лет за свободу арабского народа. Мы знаем, что наша борьба неравная, что против нас, полуодетых, вооружённых шашками и пиками, будет противопоставлена армия с автоматическими орудиями борьбы. Но в этой борьбе мы, арабы, имеем сильного и могучего союзника в лице природы. Жар аравийских пустынь, палящий кожу быков, едва ли по силам будет вынести нашим будущим правителям – французам и англичанам после их парижских и лондонских казино». Завершалась статья простым, но эмоциональным предложением: «Я, как представитель арабского народа, всеми силами души протестую против агитации господ, подобных «Б.П.Б.». Дальнейшая судьба пока в «тумане» Понятно, что в 1920 году, когда армия атамана Григория Семёнова покинула Забайкалье, с ними в Китай ушёл и подполковник Элькадири. Вероятно, он добрался-таки с Дальнего Востока до Востока Ближнего. Там в это время разгоралась национально-освободительная борьба. В 1919 году правитель Хиджаза Хусейн ибн Али решил объединить арабов сам, и двинул свои войска в пограничные районы Неджда, но был разбит англичанами. В середине 1920-х это королевство было завоёвано Недждом, после чего было создано объединённое Королевство Неджд и Хиджаз. Какую роль в этих событиях играл Элькадири, приехавший из далёкого Забайкалья, пока не известно. Но ему к 30-м годам удалось занять на родине серьёзный пост. «В настоящее время, - писал атаман Семёнов в своей книге «О себе», изданной в 1938 году, - принц Элькадири занимает видное положение на своей родине, но полной связи со мной не теряет и время от времени пишет мне. У меня лично остались самые лучшие воспоминания, как о нём самом, так и о его чисто восточной верности долгу и чувству признательности». Сегодня можно быть уверенным в том, что рано или поздно, но более полная информация о загадочном арабском принце, сражавшемся в годы Гражданской войны в Забайкалье, станет известна.