![](https://n1s1.hsmedia.ru/50/a9/1c/50a91cae1f85fbb6817dcff71362eb7f/656x438_1_5a2e8ec9f20913d97d7079f298e11e3e@1605x1070_0xRCFjrZd1_3218636305555758997.jpg.webp)
Убийство полицейского, совершенное осенью в Чите, было достаточно резонансным. Бессмысленное по своей жестокости лишение жизни молодого человека попало на видео и на несколько дней стало предметом дискуссий. На тот момент всё казалось очевидным — и уголовное дело, и последующее наказание. Спустя 2 месяца мама погибшего сотрудника оказалась в замешательстве — слишком много вопросов вызывает расследование дела.
— Я не согласна с квалификацией, дело возбуждено по причине: причинение смерти по неосторожности. При этом на видео, которое в интернете распространено, видно, что сыну оппонент умышленно наносит удары в жизненно важные органы. Причем не один удар, а несколько, и даже когда сын упал — мужчина его пытался лежачего бить. Охранник или просто посетитель — спасибо ему — нападавшего отводит. После этого мужчина скрывается, не попытавшись ни помочь, ни вызвать скорую, — считает Лариса Нестеренко, мама погибшего полицейского и сама в прошлом сотрудник МВД.
Она обращает внимание, что в свидетельстве о смерти есть загадочный пункт: смерть наступила не на месте происшествия и не в машине скорой помощи, а «в другом месте». Кроме того, в справке, которая была выдана 4 октября, сразу было указано: «Смерть от заболевания».
— Я при получении справки не очень хорошо соображала, а потом, когда ее прочитала, увидела, что он будто умер в другом месте, и причина смерти неуточненная, но в то же время от заболевания, — поясняет Лариса Николаевна.
С ее слов, назначена судмедэкспертиза была 2 октября, но следователь не поставил перед экспертом вопрос о том, какие удары наносились погибшему. Заключение экспертизы было готово 7 ноября, и в нем причиной смерти названо заболевание.
— При этом я следователю подавала ходатайство, чтобы он запросил все медицинские карты. Ведь сын до того, как устроиться в полицию, служил по контракту в армии. И там и там он проходил медкомиссию и никаких заболеваний у него не было выявлено. Я просила следователя сделать запрос и опросить лечащего врача. Ходатайство было удовлетворено, но ничего сделано не было.
Когда мы получили заключение, только я с ним ознакомилась, показала его своим друзьям-медикам. По их мнению, экспертизу должен был делать патологоанатом, а не просто эксперт. Специалист, делавший гистологическое исследование (способ постановки диагноза с помощью исследования тканей. — Прим. ред.), не указан, и предупреждался ли он за дачу ложных показаний — неизвестно.
Я подала ходатайство о назначении комплексной экспертизы. Но, к сожалению, еще не ознакомлена с постановлением — не знаю, будет она или нет, — добавляет Нестеренко.
— Источники нам говорили, что причиной смерти якобы стал оторвавшийся тромб. Насколько это верно?
— Причиной назван не тромб, а заболевание — мальформация — которое обнаружили у сына. Я поговорила с медиками, посмотрела статьи в интернете, говорится, что заболевание чаще всего является врожденным и сопровождается головными болями. Для того чтобы подтвердить или опровергнуть его наличие, я просила запросить медицинские карты — детскую, подростковую, карту из Минобороны и медсанчасти МВД. Этого ничего не было изъято, и непонятно — по каким признакам выставлен диагноз, если его при жизни не было?
«Википедия» называет артериовенозную мальформацию патологической связью между венами и артериями, обычно врожденной.
В заключении написано — неуточненная локализация. Как мог эксперт выставить такой диагноз, не исследовав всё?
Он вообще не болел почти. В сентябре у него было повышение температуры, мы подозревали коронавирус, но там было ОРВИ, скорее всего. Это за пять лет работы у него был первый больничный. После него он сдавал все анализы.
Кроме того, сын готовился к переводу на вышестоящую должность, и у него было направление на военно-врачебную комиссию. Проходить ее он начал в сентябре, и часть врачей прошел.
Когда в полицию принимают на работу, там не просто какая-то формальная комиссия — достаточно серьезно смотрят, в том числе и электроэнцефалографию. «Шапочку» делают. Мои знакомые врачи говорят, что риск с таким заболеванием попасть в полицию — минимальный.
Но даже если и попасть, то всё равно были бы жалобы, а сын не болел даже.
![](https://n1s1.hsmedia.ru/66/14/1f/66141fe5d4b393cb9997f31a5df7879b/656x610_1_ff6b59dd40c6da95242c6b925445aa19@925x859_0x1Y8Lqm1y_4006856505632667450.jpg.webp)
— Еще говорят, что ваш сын якобы пил какие-то таблетки для похудания, которые могли повлиять на его здоровье.
— Я читала и такие комментарии, и обвинения в наркомании. Конечно, этому не верю, потому что Руслан играл в футбол, в хоккей, бегал кроссы, выступал за команду УМВД и ходил в ведомственный спортзал на Баргузинской. У него не было склонности к наркотикам и пьянству, необходимости в таблетках тоже, я думаю, не было.
Когда я пришла к нему в квартиру после гибели, то не нашла там ничего подозрительного, в том числе таблеток. Более того, не могла найти спичек, чтобы зажечь свечу. То, что на видео сын попал с сигаретой, — это было новостью.
Я просила следователей опросить сотрудников дежурной части УМВД, где работал сын. Они дежурили смену 24 часа, работали сутки через двое, а когда коллеги болели коронавирусом, то и через сутки. В дежурной части все постоянно друг у друга на виду, и какое-то измененное состояние было бы сразу заметно. Кроме того, была комиссия, в рамках которой был анализ крови — если что-то бы нашли, было бы известно.
— Информация о наличии кастета подтверждается?
— На видео можно заметить, что у нападавшего в одной руке бутылка, а во второй — какой-то темный предмет. В интернете запись распространяется не очень хорошая — съемка телефоном с монитора.
Мы делаем скриншоты, останавливаем видео, но что за предмет — не очень видно. Только темное пятно.
Я просила следователя назначить проверку, чтобы установить этот предмет. Потому что удар кулаком — это одно, а какой-то предмет может увеличить силу удара. Но следователь мне в проведении такой экспертизы отказал.
Отказ мне непонятен. Если сейчас отдел по особо важным делам не удовлетворит мое ходатайство, то я буду сама заказывать эту экспертизу.
Из видео можно сделать достаточно выводов. Во-первых, нападавший говорит, что у него с сыном был конфликт. Но они на крыльце просто разговаривают, и сын не ожидает удара. После удара он теряет ориентир, но не убегает, а зачем-то возвращается назад. Обычно так конфликтующие люди себя не ведут.
Нападавший старше Руслана на 5 лет. Мы жили в соседних домах в Антипихе, школа там одна. Скорее всего, они были знакомы, и он знал, что Руслан — полицейский. Судя по тому, что мужчина неоднократно судим, то я думаю, он не воспылал любовью к сотруднику полиции.
Я боюсь этого человека и просила следователя заключить его под стражу. Но он находится под подпиской.
В следственном управлении СКР по Забайкальскому краю воздержались от комментариев в интересах следствия, но отметили, что дело передано в отдел по расследованию особо важных дел.