«Степные боги» без соли: каким получился фильм открытия Забайкальского кинофестиваля

Я обещала себе не сравнивать фильм с книгой. «Это отдельное произведение, видение автора», — повторяла я. Но уйти от этого не удалось. «Степные боги» (18+) Олега Асадулина в некоторых местах так подробно идут по сюжету романа Андрея Геласимова, что прочитанное два дня назад невольно всплывало в голове.

Опасений было много. Сначала смутило, что в описании фильма в программе Забайкальского, на минуточку, кинофестиваля не было указано, что действие в нашем Забайкалье и происходит. «Петька из дальневосточной станицы» меня сильно коробило. Если есть привязка, родная и милая сердцу зрителя, почему ею не воспользоваться? Я боялась, что и в фильме осталась только безликая станица, но зря — там всё на своих местах. Говорят и про Читу, и про «наше Забайкалье».

Анонс на «Кинопоиске» написали те, кто вообще ни про книгу, ни про фильм не слышал: «В родное село с фронта возвращается отец десятилетнего Петьки. Однако радость мальчика омрачена болезнью лучшего друга». Радость? Большей ошибки сделать не могли.

Сначала я настороженно отнеслась к выбору Петьки — актера, сыгравшего главную роль. Повлияло это нелепое «представляла его иначе». Но паренек оказался славный — деревенский, живой. Бабка Дарья тоже прекрасна со своим «захлестну», хороши ненадолго появившийся дед Артем, замершая и неживая мамка Нюра Чижова.

Но во время просмотра возникали противоречивые чувства. Настроение задает хорошо подобранная музыка, красивые картинки природы, детали — сердце сжимается от трепещущей бабочки на окне. Но каждый раз, когда нарастает напряжение и ускоряется пульс, что-то надрывается, не дотягивая до глубины, в итоге не трогая. Возможно, тут сказалось то, что книга делает это больно и в точку, и я слишком хорошо это помнила.

Увидев приехавшего в телеге Митьку, я воспряла духом — Кологривый своей игрой выделяется, цепляет. И дело не в именитости актера, потому что с его творчеством я не была знакома — прочитала в актерском составе, кого играл, только после просмотра. Но в его последней сцене встречи с сыном вдруг тоже что-то оборвалось, не оставив следа.

Поднимали настроение хорошо отыгранные смешные моменты: конвоирование Петькой японца, бомбардировка кашей тетки Алены — Екамасовой. Испуг и стая волков вплетены в сюжет, хотя большой хищник иногда и казался пририсованным. Немного удивляли ненатуральные драки пацанов и даже военных.

А особенно было обидно за героя Хиротаро. Он оказался скомкан и упрощен. Ему попытались придать драмы, сместив в центр сюжета сброс бомб на Хиросиму с его родными, но это сделало только хуже. Его мотивация пойти «колдовать» настолько не прописана, что вызывает недоумение.

Волшебное исцеление Валерки тоже не вызвало радости. Духи прогнали лучевую болезнь, а призвал их плененный японец. Из истории убрали настоящие зверства Козыря и компании — это можно понять. Но, вымарав жизненную драму неотвратимости смерти, ее сделали пустой.

Режиссер решил уйти в мистику и счастливый финал, но, как по мне, некоторым историям нужен соленый привкус слез, как забайкальским степям, по которым где-то бродят козы бабки Дарьи.