Безработица снижается — не спешите радоваться: Забайкальский край уже ощущает дефицит кадров

Летом 2025 года губернатор Забайкалья Александр Осипов рассказал прибывшему в Читу премьер-министру страны Михаилу Мишустину, что безработица в Забайкалье сократилась вдвое. За каких-то четыре года, по словам главы региона, край из трудоизбыточного стал остродефицитным. Здорово, когда почти все при деле и работают. Но поводов для радости в такой ситуации, на самом деле, не так уж и много.

В начале 2022 года уровень безработицы в России составлял 4,4%. Уже тогда в стране (и не первый год) ощущался дефицит специалистов — в первую очередь из-за старения населения: пенсионеров становилось больше, чем появлялось молодых трудящихся. В том числе это громкое эхо демографической ямы 1990-х. А помочь немного исправить ситуацию должно было увеличение пенсионного возраста.

С началом специальной военной операции и последовавшими в экономике страны событиями дефицит рабочих рук стал еще более явным. А безработица поползла вниз, обновляя исторический минимум за историческим минимумом. По итогам второго квартала 2025 года, как сообщало в свежем исследовании РИА Рейтинг, уровень безработицы в РФ продемонстрировал очередной рекорд и составил 2,2%. И снизилась она в 72 регионах, в том числе и в Забайкалье, где показатель оказался на отметке в 4,2% (уровень безработицы определен как отношение численности безработных к численности рабочей силы в возрасте 15 лет и старше).

В крае при этом оставался один из самых высоких уровней безработицы по стране — 78-е место из 85 регионов. Один из максимальных среди минимальных — с тенденцией к снижению. Александр Осипов, общаясь с Михаилом Мишустиным, так объяснял происходящее:

— Очень активно занимаемся развитием малого и среднего предпринимательства. Мы на первом месте в Дальневосточном федеральном округе по ежегодному приросту количества людей, которые дополнительно вовлекаются в работу малого и среднего предпринимательства. И по приросту самих субъектов: индивидуальных предпринимателей, малых и средних компаний. <…> Быстро растут заработные платы, количество вакансий превышает количество рабочих мест.

При этом губернатор не стал отрицать, что большинство крупных предприятий, где работают люди в Забайкалье, находятся за пределами населенных пунктов, поэтому занятость приобретает всё более вахтовый характер.

Директор краевого центра занятости населения Биликто Батоцыренов в августе 2025 года в эфире ГТРК «Чита» рассказывал, что сейчас его ведомство может предложить гражданам более 10 тысяч вакансий, около половины из которых — рабочие профессии.

Как рассказал Биликто Батоцыренов «Чита.Ру» 16 октября, наиболее востребованные профессии у работодателей в крае сейчас: каменщики, водители автомобилей, проходчики, бетонщики, монтеры пути, машинисты экскаватора, врачи. А трудоустройства через центр занятости ожидают на данный момент 2,7 тысячи человек, из которых почти 500 имеют высшее образование.

Вакансий, как говорил губернатор края, и правда теперь заметно больше, чем желающих их заполучить. И это уже дает свои горькие плоды. Не в последнюю очередь данный фактор тормозит реализацию новых крупных инвестиционных проектов в крае. Например, в сентябре 2025 года на одной из площадок Восточного экономического форума во Владивостоке заместитель генерального директора по устойчивому развитию и корпоративным вопросам ООО «Удоканская медь» Юлия Шабала рассказывала, что для запуска комбината на Удокане необходимо было 5 тысяч человек.

— Это был колоссальный труд нашей HR-службы, которая за 3 года начала готовиться к запуску. Подбирали инженерный, рабочий персонал, строительные кадры. Это невероятная задача. Тем более у нас рынок человеческого капитала скукоживается, к сожалению, профессионально. Мы как компания вкладываемся, у нас большая программа с Забайкальским государственным университетом по подготовке кадров. Мы сделали филиал колледжа горного у себя на Удокане в Новой Чаре. Но для компаний, которые только приходят, у них даже базы нет, где это делать, им зацепиться не за что, — объясняла Шабала.

При упоминании каждого нового инвестиционного проекта, который анонсируют в крае, всегда говорят, сколько рабочих мест там будет создано, но не оговаривают — а будет ли где этих людей взять? Скажем, для работы в логистическом хабе Wildberries, который расположится на территории промышленного парка «Кадалинский» в Чите, потребуется 7,5 тысячи человек. По поручению губернатора власти края даже рассматривают возможность формирования отдельной программы комплектования кадрами данного предприятия. Но это только один пример.

И если крупные частные проекты с большими инвестициями еще могут побороться за кадры, то многим действующим предприятиям, а особенно из бюджетной сферы, впору на стену лезть. Их низкий уровень безработицы в регионе вряд ли радует. Посмотрим на тех же водителей большегрузного транспорта и автобусов.

Из свежих и наглядных примеров — дефицит кадров у муниципального подрядчика ДМРСУ, где больше половины снегоуборочных машин, когда Читу накроет первым снегопадом, не смогут выйти на линию из-за отсутствия водителей. Региональный оператор по обращению с твердыми коммунальными отходами на территории Забайкалья «Олерон+» неоднократно заявлял, что сбои в графике вывоза мусора связаны с острой нехваткой водителей мусоровозов. Та же самая ситуация и в троллейбусном управлении краевой столицы, где сильно не хватает водителей троллейбусов и автобусов на муниципальных маршрутах. Всем им не по силам тягаться с условиями и зарплатами, которые предлагают на вахте.

Если безработица в Забайкалье продолжит столь же стремительно сокращаться, то поводов для радости и показа красивых цифр в отчетах совсем не останется. Помимо вахты, тех же трудоспособных мужчин оттягивает на себя оборонно-промышленный комплекс со своими кратно выросшими зарплатами, а также армия, где новым контрактникам сулят многомиллионные выплаты в первый год службы.

И если нехватку кадров остро ощущают города, то в сельской местности, которая и так не могла похвастать достаточностью населения и высокими зарплатами, ситуация порой доходит до того, что на последнего оставшегося в котельной кочегара чуть ли не молятся— лишь бы не ушел, а то замерзнем. Поэтому низкий уровень безработицы хоть и выглядит чем-то благостным, ведь и правда почти не остается таких, кто отсиживается на пособиях, но может привести сразу к нескольким негативным последствиям. Вот лишь некоторые из них:

• при дефиците рабочих рук работодатели вынуждены бороться за кадры, повышая зарплаты, что в будущем сказывается на стоимости товаров и услуг. А это, как и тот факт, что работник сможет потратить больше денег, ведет к росту инфляции. К тому же зарплаты растут быстрее производительности труда, а предложение на рынке товаров и услуг не успевает реагировать на возросший спрос — денег в экономике резко становится больше, а способов их потратить — примерно столько же. И это тоже влияет на рост цен;

• снижается квалификация работников, потому что приходится нанимать, причем за немалые деньги, тех, кто остался. Без конкурса и возможности выбирать;

• из неочевидных факторов — дефицит кадров ведет к снижению мотивации трудящегося и, как следствие, к снижению производительности труда. Зачем сильно стараться и развиваться, постоянно самосовершенствоваться и становиться лучше на фоне сотрудников-конкурентов, если таковых в обозримой перспективе нет, а работодатель вряд ли тебя уволит, потому что заменить просто некем.

Таким образом, снижение безработицы лишь до поры до времени может свидетельствовать об улучшении жизненного уровня населения и росте экономики. Потому что затем отсутствие кадров начинает экономику одергивать, тормозить. И об этом уже достаточно открыто говорят в регионе работодатели разных уровней. Поэтому большие надежды сегодня возлагаются на более системную подготовку кадров, причем как в вузах, так и в среднем профессиональном образовании. Всё чаще там начинают готовить таких специалистов, в которых экономика действительно нуждается. В том числе делается это в коллаборации с работодателями и при их непосредственном участии.

Также после демографической ямы 90-х должна вскоре подоспеть волна от поколения 2000-х — там с рождаемостью было получше. И третий момент — преодоление дисбаланса в зарплатах по отраслям, где оплата труда несоизмеримо выросла за последние три года. На данный момент это вряд ли возможно, но в будущем никогда не исключено.