СЕЙЧАС +21°С

Проблемы детей, которым не нашлось мест в детском саду – в обзоре краевых СМИ

Сразу после рождения сына супруги Захожевы зарегистрировали его в «Книге учета будущих воспитанников ДОУ г. Читы», а именно в детсады № 21 и № 28, что поближе к дому. В прошлом году ему было уже два года, но места он так и не получил. «Почему?

«Владимир Семенович Сбитнев работал тогда заведующим отделом пропаганды областной партийной газеты «Забайкальский рабочий». И вот что рассказывал он мне: «27-го в конце рабочего дня мне позвонил корреспондент ТАСС по Забайкалью Леонид Петрович Фадеев и попросил срочно выйти на улицу и посмотреть на небо. Там происходило необычное: в полной ноябрьской тьме через зенит двигалась пятерка весьма ярких объектов. Спешащие с работы жители приостанавливались, разглядывали их и бежали дальше. Я вернулся в кабинет и перезвонил Фадееву. Он сказал, что уже связался с дежурным управления Гидрометеослужбы, и тот отрёкся от принадлежности этих огней к их службе. Тогда он позвонил ракетчикам, чьи радары натыканы на всех сопках, окружающих город. Ракетчики сказали, что они увидели эти объекты ещё в момент их появления на горизонте и пытаются отслеживать радарами, но на экранах ничего не видно – радиоволны их не фиксируют! А 28 ноября с утра в редакции появились сообщения от всех, кто видел НЛО, – свидетелей было полгорода». Главный редактор «Забайкальского Рабочего» Сергей Забелин в преддверии выборов вспоминает о том, что в особенно острые периоды истории часто появляется информация об НЛО и других аномальных явлениях, и предлагает разбор былых полётов.


Этот эпизод произошел 3 июня 1982 года в авиационном полку войск противовоздушной обороны (ПВО), дислоцированном недалеко от Читы. Началось с того, что на командный пункт ПВО страны из полка поступило срочное донесение, что патрулирующий границу с Китаем самолет обнаружил на высоте около 17 километров необычный объект шарообразной формы и приготовился к его атаке. В это время объект неожиданно исчез. В донесении специально оговаривалось, что обнаруженный шарообразный объект не может быть метеорологическим шаром-зондом, поскольку метеозонды хорошо известны личному составу. Они меньше по размерам, чем наблюдавшийся объект, и никогда не поднимаются до таких высот. Поскольку на земле в районе встречи самолета с шаром никаких жилых объектов кроме погранзаставы и метеостанции не было, было решено начать проверку с метеостанции. Из телефонного разговора с начальником метеостанции выяснилось следующее. Во-первых, время запуска шара-зонда с этой метеостанции практически совпадает со временем встречи самолета ПВО с неизвестным объектом. Во-вторых, оболочка запущенного шара оказалась на редкость прочной, и он поднялся на несколько километров выше, чем обычно. Последняя зафиксированная по данным телеметрии высота шара составляла 16 километров.
Эпизод 2. 1977 год.

Известно, что около десяти процентов случаев наблюдения загадочных явлений в небе никакими прозаическими земными причинами объяснить невозможно. Мы попробуем разобрать «по винтикам» один из таких случаев. Он тоже многократно переходит с сайта на сайт и описан, в частности, на www.Kulichki.ru/text5/314.html.


Будучи собственным корреспондентом по Забайкалью, будущий главный редактор «Комсомольской правды» Владимир Сунгоркин писал репортажи со стройки века – Байкало-Амурской магистрали. В конце ноября 1977-го прокладывали временную автодорогу к новой станции. Путь лежал из Тынды на хребет Удокан в верховья реки Хани, находящейся на стыке Якутской АССР с Амурской и Читинской областями. В одну из ночей десант из восьми строителей неожиданно попал в каменный мешок. И когда они искали выход из тупика, вдруг... Далее – цитата из репортажа, переданного Владимиром Сунгоркиным в «Комсомолку». Репортаж был опубликован, но этот абзац цензура вычеркнула. «В 19 часов 3 минуты нашу работу остановило странное происшествие. В черном небе над нами появился не вертолет, не самолет, а, что называется, «летательный аппарат»: пять ярких прожекторов высвечивали лес на склонах ущелья.
– О! Нас ищут! – бездумно сказал водитель Николай Минюк.
И тут же все призадумались, глядя, как прожекторы гуляют по склонам. Это не был самолет – никакой самолет не может летать так медленно. Это не был вертолет – никакой вертолет не рискнет лететь так низко в ущелье, да еще ночью, и вообще вся малая авиация летает по здешним местам только в светлое время. Мы не слышали шума двигателей этого летательного аппарата, – но это, скорее всего, объясняется тем, что оглушительно грохотали четыре тяжелых гусеничных вездехода. Пять прожекторов плавно проскользили рядом и ушли на юг – вниз по ущелью. Девять человек ошалело смотрели им вслед. Я спохватился: в сумке лежал цейсовский 16-кратный бинокль. Но было поздно: в бинокль удалось различить пять лучей, направленных теперь вертикально вниз, и металлическое днище «посудины» (на него падали отсветы лучей). Шлейф отработанных газов или чего-то подобного тянулся вслед за «этой хреновиной»».
Через четверть века этот эпизод из бамовской хроники получил неожиданное продолжение. В редакцию «Комсомольской правды» позвонил читатель Максим Сбитнев, живший в то время в Чите. Вот что он рассказал:

– 27 ноября 1977 года в седьмом-восьмом часу вечера мы с приятелем вдруг увидели поражающую воображение картину: из-за крыши нашего дома появились пять сияющих дисков (или шаров) лунно-желтого цвета. От каждого из них вверх и вниз расходились по два ярких пучка света, как от мощнейших зенитных прожекторов. Через наш небольшой двор в полнейшей тишине, медленно, почти за десять минут, они пролетели четким строем в виде правильного пятиугольника. Порой казалось, что это не пять разных объектов, а один огромный затемненный пятиугольник со своеобразными бортовыми прожекторами. А мой отец Владимир Семенович Сбитнев работал тогда заведующим отделом пропаганды областной партийной газеты «Забайкальский рабочий». И вот что рассказывал он мне: «27-го в конце рабочего дня мне позвонил корреспондент ТАСС по Забайкалью Леонид Петрович Фадеев и попросил срочно выйти на улицу и посмотреть на небо. Там происходило необычное: в полной ноябрьской тьме через зенит двигалась пятерка весьма ярких объектов. Спешащие с работы жители приостанавливались, разглядывали их и бежали дальше. Я вернулся в кабинет и перезвонил Фадееву. Он сказал, что уже связался с дежурным управления Гидрометеослужбы, и тот отрекся от принадлежности этих огней к их службе. Тогда он позвонил ракетчикам, чьи радары натыканы на всех сопках, окружающих город. Ракетчики сказали, что они увидели эти объекты еще в момент их появления на горизонте и пытаются отслеживать радарами, но на экранах ничего не видно – радиоволны их не фиксируют! А 28 ноября с утра в редакции появились сообщения от всех, кто видел НЛО, – свидетелей было полгорода».

Валентин Логунов, тогда – заведующий строительным отделом редакции «Забайкальского рабочего» (затем – главный редактор «Российской газеты»):


– Вечером мы с сыном возвращались домой, когда вдруг я остро почувствовал чей-то взгляд, направленный на мой затылок. Я быстро обернулся и, посмотрев вверх, увидел пять ярких огней в небе. Мы более 10 минут следили за их равномерным движением, пока они внезапно не схлопнулись.

Елизавета Туезова, инженер:
– После работы я шла в детсад за дочкой. Неожиданно сверху упал свет, и я остановилась. Подняв голову, увидела большущее серебристо-оранжевое пятно. Оно излучало свет, направленный прямо на меня. Я чувствовала, что меня разглядывают, словно букашку, и не могла сдвинуться с места, пока луч не погас.

Виталий Казанюк, горнопроходчик, в то время жил в поселке Первомайский:
– Я шел на вечернюю смену и вдруг почувствовал яркий свет за спиной. Оглянулся – прямо на меня бесшумно пикировала летающая тарелка, желто-серебристая, с тонкой фиолетовой каймой! Эта штуковина на всем газу промчалась у меня над головой, со столбом света впереди, сзади только лампочки мигали. Ее видели еще несколько человек из нашей смены.
Максим Сбитнев привел сенсационное заявление чабана Симакова из Приаргунского района:
– Я готовил отару овец к ночлегу, как вдруг увидел летящий в небе яркий предмет. Он шел между чабанской стоянкой и Аргунью прямо на меня. Когда предмет приблизился, я увидел нечто округлое, отбрасывающее свет то на землю, то впереди себя. И вдруг наперехват этой штуки шурует ракета «земля-воздух». Опознать ее было несложно – насмотрелся во время учебных пусков. Тут я про своих баранов забыл, жду – ка-а-ак сейчас долбанет! Не тут-то было! Еще на подлете к тарелке метров за двести, она полыхнула, взялась клубом огня и посыпалась на землю.
Комментарий полковника ВВС Михаила Васильевича Чернова, служившего в Забайкальском военном округе в 1970-е годы:
– Чабан мог за НЛО принять специальное устройство округлой формы «конус», который в те времена за собой на тросе «тащили» самолеты во время учебных стрельб. И ракета «земля-воздух» сконструирована так, что действительно взрывалась при подлете к цели за триста метров. Поэтому атака на НЛО чабану всего лишь показалась. Никаких «тарелок» мы в 1977 году не видели и сбить не пытались.
Пять версий одного происшествия.

Версия 1: самолет.

Бывший летчик, служивший в Забайкалье, подполковник в отставке Сергей Павлович Пашковский:


– В этих краях добывают золото, так что появление самолетов вне расписания и в самых неожиданных местах было делом обычным. К тому же в этом районе находится масса аэродромов и при посадке днище самолета могло «высвечиваться» прожекторами.
Бывший фотокорреспондент журнала «Авиация и космонавтика» Анатолий Петрович Семеляк:
– Это был гражданский самолет Ту-124, на котором было установлено пять прожекторов: на передней стойке шасси, два на фюзеляже и по одному на крыльях. Из-за мощного света блестел только фюзеляж, а крыльев и иллюминаторов не было видно. 124-й летал, как истребитель, – резко взлетал, резко садился. И мог летать еле слышно благодаря новым почти бесшумным двигателям.
Но: от места, где видели летательный аппарат строители БАМа, до ближайшего аэродрома – километров 500. А до настоящего, с «бетонкой» – и все 1000. Кроме того, в 1977 году самолеты и вертолеты летали только с двумя фарами. Об этом в один голос заявляют высокие чины военной авиации – генерал-полковник авиации в отставке, командующий воздушной армии по Забайкальскому военному округу и Монголии в 70-е годы Владимир Федорович Корочкин, генерал-лейтенант ВВС в отставке Виталий Викторович Рыбалко.
Версия 2: вертолет.

Генерал-майор ВВС в отставке Евгений Михайлович Конохов считает, что в 1977 году над БАМом летал вертолет с двумя фарами на корпусе и тремя – в так называемых «окошках»:
– Летать они могли в ущельях, ночью и в сложных метеоусловиях. Что касается «развалившейся» рядом с объектом ракеты, то на ней могла быть радиолокационная боеголовка, у которой взрывное устройство срабатывает не от удара, а при подлете.
Но: с ракетой – убедительно. Однако бесшумных вертолетов пока не придумали, и «стрекот» лопастей можно было бы расслышать даже сквозь шум гусеничных вездеходов.
Версия 3: летательный аппарат необычной формы.

Известно, что и у нас, и в Германии, и в США строили самые настоящие «летающие тарелки» – аппараты дискообразной формы. Может, такую испытывали над Читой?

Но: уфолог Михаил Герштейн уверен, что в 1977 году никаких дисколетов, тем более в советском небе, быть не могло. Их разработкой в мире занимались только любители. На подобных «машинах» никаких прожекторов не было.
Версия 4: спутник.


Этой версии придерживается Юлий Викторович Платов, заместитель председателя экспертной комиссии Российской академии наук по аномальным явлениям с 1978 по 1996 годы, ведущий научный сотрудник Института земного магнетизма, ионосферы и распространения радиоволн РАН:

– Если спутник запускают с космодрома Плесецк, траектория полета проходит над Забайкальем. Когда он летит по направлению к Тихому океану, то над Читой у него уже не работают двигатели и возникают необычные явления, связанные с выбросом оставшегося топлива и выделением газа из отработанных ступеней ракеты. А газ может принять любые конфигурации.
Но: все-таки газовые «фигуры» не могут создавать иллюзию «шарящих» прожекторов.
Версия 5: оптический обман.

Президент Фонда поддержки науки и образования Санкт-Петербурга, историк космонавтики, инженер-физик Александр Железняков:

– Это явление могло быть оптическим обманом. Например, реальный вертолет совершал полет на значительном удалении от места «события», но из-за состояния атмосферы «картинка» была видна и строителям БАМа. Подобное фиксируется достаточно часто и объясняется законами оптики. Пролет НЛО мог быть и массовой галлюцинацией, вызванной, например, выбросом болотного газа.

Но: ни водяной взвеси, ни испарений болот в конце ноябре в тайге быть не могло, потому что стоял мороз. В Чите – и подавно. А что касается «отражения» реального вертолета – еще раз вспомним, что ни у одного летательного аппарата того времени не было такого количества прожекторов.
Вывод.

Похоже, читинская «тарелка» – как раз из этих необъяснимых десяти процентов. Убедительно доказать ее земное происхождение не смогли ни военные, ни ученые, ни уфологи. Более того, военные чины с ходу согласились с тем, что объект совершенно необъясним ни с инженерной, ни с физической точек зрения. При этом наблюдали удивительное явление сотни человек! Так, может, «летающие тарелки» и вправду существуют, и над Читой видели одну из них?

Эпизод 3. 1904 год.

Возможно, более современные случаи наблюдения НЛО в Забайкалье и имели место, но они не нашли отражение в Интернете. Однако в нем можно обнаружить более ранние эпизоды. Об одном из них рассказал уфолог Михаил Герштейн в своей книге «По ту сторону НЛО» (Санкт-Петербург, 2001 г.). Его рассказ можно найти на сайте Библиотека SVITK.ru). Герштейн – автор нескольких книг о феномене НЛО, главный редактор электронного бюллетеня Международного центра уфологических исследований «UFOНавигатор».

В 1904 году, когда началась русско-японская война, люди стали приписывать «загадочные воздушные шары» японцам. Их не смущало то, что «шары» наблюдались даже в тысячах километров от линии фронта, где и разведывать-то вроде нечего. Знающие люди только посмеивались, что, однако, не останавливало поток телеграмм и рапортов из сибирской глубинки. По «шарам» снова пытались стрелять, но безрезультатно... «Прибывшие сегодня с сибирским поездом подтверждают газетные сообщения о появлении загадочного шара над Иркутском и в Забайкалье, – утверждал 27 августа 1904 г. «Семипалатинский листок». – В Иркутске шар наблюдали 19-го июля. Начальник гарнизона отдал солдатам приказ стрелять в шар, для чего роздал боевые патроны. Когда в шар начали стрелять, он быстро переменил направление и скрылся».
Над Красноярском «...видели, как низко летел воздушный шар (чуть не задевая за крыши) над городом, а затем, поднявшись, пролетел над мостом через р. Енисей. От шара был виден свет...» – сообщала газета «Енисей» 27 августа 1904-го. А в телеграмме, поступившей 11 июля 1904 года начальнику Забайкальской железной дороги Свентицкому, упоминается ни более ни менее как «...воздушный шар с вращающимися прожекторами»!

13 июля над тремя станциями Забайкальской железной дороги видели воздушный шар, который освещал землю двумя прожекторами – синим и белым. Близ Селенги бригада товарного поезда даже видела «шар», сидящий на земле.

Когда пришло время подводить итоги, в Иркутском железнодорожном управлении составили схематическую карту с обозначением трассы пролета «японского воздушного шара» над Забайкальем. Оказалось, что «...совокупность всех наблюдений над появлением воздушного шара, замеченного иногда в одно и то же время в разных местах, устанавливает факт пролета будто бы двух шаров по Забайкалью... Шар замечен в 25-ти пунктах по линии железной дороги». Эта карта под названием «Схема линий Забайкальской, Кругобайкальской и Восточно-Китайской железных дорог с обозначением пунктов, с которых поступили донесения о замеченных воздушных шарах с 6 по 17 июля 1904 года» была приложена к официальному донесению о «шаре», посланному в Петербург. В 1915 году ее опубликовал в № 3 журнала «Природа и человек» историк воздухоплавания А.А. Родных, не удержавшись от язвительных комментариев. Он писал, что в 1904 году Венера сияла «в фазе наибольшего блеска», а люди по глупости принимали ее за воздушный шар. В роли идиотов, неспособных отличить яркую планету от летательного аппарата, были выставлены «...железнодорожные власти от Байкала до Сретенска и Аргуни, на протяжении свыше 1500 верст... Во Владивостоке также тревожно следили за яркой планетой, принимая ее за японский воздушный шар».


Неизвестно, как было во Владивостоке, но с Забайкальской железной дороги поступали сообщения о черных телах с прожекторами, с какими-то «колесами», которые по мере своего вращения открывали разноцветные огни, о «сигарах» с «сигнальными огнями», о сложных маневрах и посадках. Вряд ли можно было так ошибиться, наблюдая какую-нибудь яркую планету!
...Все ближе бурные предвыборные события конца 2011-го – начала 2012-го, когда мы будем избирать и депутатов Государственной Думы, и Президента РФ. Мы не исключаем, что в этот особенно «острый» период кому-то вновь могут померещиться различные НЛО или барабашки. Поэтому решили поместить рассказ о них еще до того, как стартует официальная избирательная кампания. Чтобы потом не отвлекать этой темой внимание читателей. Сергей Забелин, «Забайкальский рабочий», №№ 166–167

Материал Евгении Добролюбовой в газете «Вечорка» посвящён нелегким будням красночикойского затворника Николая. Этот человек однажды пошёл в кедровник добывать орех, да так там и остался. Теперь лес для него как огород. «Один из самых популярных способов колотить орех – ударить дерево колотом с разбегу, да посильнее. От удара шишки падают вниз, в радиусе 5–10 метров от кедра. Их собирают в специальные сумки-сбирки, выуживая из-под сломанных веток и мха. Сбирка – это мешок с дыркой и ремнем, надевается на плечо. Затем шишки из сбирок ссыпают в ширу – это огромный мешок, на который крепятся ремни так, чтобы можно было нести его как рюкзак».


До тайги работал в Петровском Заводе, но производство закрыли – и работы не стало. Николай мог бы прозябать в бедности и спиться, как и большинство его земляков, но такая участь не для него. Как-то раз пошел в кедровник орех добывать, да так и остался. Теперь лес для него как огород. «Вот здесь, паря, у меня черника растет, эта тропинка на ключ приведет. Сюда я сломанные ветки сложил, а тут сосну ветер свалил», – объясняет мне Николай во время экскурсии.
От скуки спасается работой, а уже ее-то всегда предостаточно: за водой надо сходить на ключ, дрова наколоть, орех очистить… В хозяйстве у него любая вещь годится: вот из дверцы старого холодильника сделал столик на улице. Скоро Николаю шестьдесят, а бегает как молодой: тяжелые мешки с шишками таскает, их и не каждый здоровый мужчина поднимет, а у самого еле-еле бараний вес.
Для жителя тайги у него поразительно правильная речь. Хоть и живет Николай вдали от цивилизации, он вовсе не отшельник: слушает радио, в курсе всех мировых новостей, а в лексиконе молодежные словечки. Он гостеприимный хозяин, с удовольствием поддержит разговор: «А то как же, паря? Я ведь две недели только «Отче наш» читал, поневоле людям рад будешь». Впрочем, он и сам любит ходить в гости – по соседству с Николаем в тайге постоянно живут еще человек десять. Так же как и он, в зимовьях, некоторые привозят в лес жен. Только это совсем не то что в городе: здесь не ходят в гости по утрам, потому что днем надо работать, с рассвета и после заката, а вот ночью можно и до соседа прогуляться. Кстати, в гости надо идти километров 5–10 через ночной лес.
Жизнь частенько испытывала Николая на прочность, да только об этом он вспоминать не любит и, несмотря ни на что, стремится делать людям добро. И конечно, как бы не было трудно в тайге, он никогда не унывает и любые передряги встречает с добродушной улыбкой.
Побег из «адища города»

В кедровнике ощущаешь себя героем романов Фенимора Купера, только вместо непролазных джунглей непроходимая тайга, а вместо москитов и ядовитых пауков комары и ленивые мухи (это красноватое крупное насекомое ленится бояться человека, и если уж муха села на руку, то прогнать ее не так-то просто).

Каждое утро надо вставать ни свет ни заря. Из увесистых берёзовых чурок мужчины делают колоты: к чурке крепится древко – и получается огромный деревянный молоток, поднять который не каждому под силу. С ним нужно ходить по тайге, искать подходящие кедры (такие, чтобы верхушка не была сухой и было видно шишку, но толстые деревья, их называют дубасы, тоже не годятся – они плохо отдают орех).
Один из самых популярных способов колотить орех – ударить дерево колотом с разбегу, да посильнее. От удара шишки падают вниз, в радиусе 5–10 метров от кедра. Их собирают в специальные сумки-сбирки, выуживая из-под сломанных веток и мха. Сбирка – это мешок с дыркой и ремнем, одевается на плечо. Затем шишки из сбирок ссыпают в ширу – это огромный мешок, на который крепятся ремни так, чтобы можно было нести его как рюкзак.
Следующий этап – переработка. Возле зимовья Николая есть вся необходимая техника: молотилка, грохот и сито. Шишку засыпают в молотилку (это деревянная коробка с валом, который приводит в движение ручка), и из нее выходят орех и разломанные шишки. Все это ссыпают в грохот – большое сито, при помощи которого отделяют шишки и орех. Шишки выбросят – и получится шонор (отходы производства, в котором будут прорастать маленькие кедринки), а орех (на этом этапе он еще с чешуйками от шишек) отправят сеять. Огромное сито, подвешенное на суку на манер детской колыбели, избавит орех от чешуек – и он станет таким, каким мы привыкли его видеть. Из трёх шир с шишками получится около мешка чистого ореха.
Байки бывалых

Как-то раз у Николая в самую кедровую страду живот заболел. Да так, что он две недели орех не колотил. Мучился, таблетки пил, не знал уже что и делать, а тут услышал, что на его территории кто-то кедр без спроса обколачивает, и нашел добытчика. «Мой орех колотишь?» – говорит. Так чуть было и не поссорились, да только у таежника оказался спирт. Николай выпил спирту, да желудок у него и прошел, не болел больше. Он потом тонну двести чистого ореха наколотил, а с добытчиком тем они теперь друзья.

Видали в кедровнике трех парней. Старший в девятом классе учится. Колотили все вместе. Мешков много насобирали, а везти некому. У них и спрашивают: «На еду, ребята, собираете?» «Нет, это мы в школу готовимся», – отвечают.

Было дело: нашли трое в тайге малоканку – мак на молоке сваренный. Выходит – наркотик. А она года три пролежала – ядовитая стала. Все трое – покойники. Евгения Добролюбова, «Вечорка», № 34

Газета «Экстра» публикует материал Андрея Коптеева о судьбе денег, вырученных от сноса бассейна «Дельфин». «Как рассказал прокурор, участвующий в деле, между администрацией Читы и «Атлантидой» был заключён договор о мене транспортных средств. Согласно документу, администрация отдала фирме свой автомобиль, а последняя передала администрации автомобиль «Лексус» 2006 года выпуска. Но, поскольку, стоимость обмениваемых машин была разная, чиновники перечислили «Атлантиде» в счет разницы стоимости транспортных средств 2 миллиона 93 590 рублей. Причем деньги были взяты из той суммы, которая была получена за продажу земельного участка, где ныне располагается «Монблан»».



– А значит не исключено, что в ближайшее время теперь будет поставлен вопрос о нецелевом использовании инвестиционных средств со стороны мэрии, – заявил прокурор, участвующий в деле. – И возбуждение уголовного дела по данному факту.
Мы вам деньги, вы нам «Лексус»

Теперь, что касается тех самых «иных целей», на которые были потрачены деньги, вырученные от продажи «Дельфина». Как всплыло в суде (в документах, имеющихся в распоряжении редакции, об этом не упоминалось), часть денег от сомнительной продажи бассейна пошла на приобретение для администрации Читы автомобиля «Лексус» 2006 года выпуска. Поясним: фирма «Атлантида» согласно инвестиционному договору заплатила администрации Читы 10 млн рублей за земельный участок (под бассейном «Дельфин»). Как уже не раз говорилось, данные деньги мэрия должна была потратить на строительство нового бассейна для школы олимпийского резерва. Однако часть денег, вырученных за продажу бассейна, администрация потратила не только на ремонт гимназии № 4, но и на покупку автомобиля «Лексус», причем все у той же «Атлантиды». Как рассказал прокурор, участвующий в деле, между администрацией Читы и «Атлантидой» был заключен договор о мене транспортных средств. Согласно документу, администрация отдала фирме свой автомобиль, а последняя передала администрации автомобиль «Лексус» 2006 года выпуска. Но, поскольку, стоимость обмениваемых машин была разная, чиновники перечислили «Атлантиде» в счет разницы стоимости транспортных средств 2 миллиона 93 590 рублей. Причем деньги были взяты из той суммы, которая была получена за продажу земельного участка, где ныне располагается «Монблан». Кстати, об «Атлантиде». Представители фирмы на прошедшем суде не присутствовал. Очевидно, что «Атлантида» во главе со своим руководителей Игорем Кравцовым все, что хотела, получила. Сегодня на месте детского бассейна и спортивного двора гимназии № 4 стоит многоэтажный гостиничный комплекс, который приносит хозяину многомиллионный доход, а дети нового бассейна так и не дождались.

КСТАТИ

Как писала «Экстра», история с бассейном началась в 2004 году, когда «Дельфин» практически перестал функционировать. Но прошло два года, и стало известно, что закрытый на реконструкцию детский плавательный бассейн «Дельфин» решено снести. А на его месте появится гостиничный центр, инвестором строительства которого выступил развлекательный комплекс «Атлантида» в лице гендиректора Игоря Кравцова. Данное решение, принятое тихо, непублично, вызвало, мягко сказать, недоумение у горожан. Ведь планировалось, что бассейн не затронут, и центр построят около «Дельфина». Более того, как тогда говорилось, на ремонт «Дельфина» требовалось 15 млн рублей. Поразила цена, за которую городские чиновники продали землю. 10,3 миллиона рублей – это стоимость на тот момент примерно пяти двухкомнатных квартир. Но явно никак не рыночная стоимость участка в самом центре города. Андрей Коптеев, «Экстра», № 34

«По истечении месяца, отпущенного по закону на рассмотрение обращений граждан, помощник уполномоченного И.В. Романова поинтересовалась в администрации, мол, как и что. Ей ответили, что все в отпусках и рассматривать некому. И только потом пришел ответ за подписью заместителя мэра города А.И. Глущенко, где Захожевым было предложено место в детских садах поселков Кадала или Застепь. Понимали чиновники, когда готовили и подписывали этот документ, на какие муки обрекали ребенка и его родителей?» Ирина Жигулина в «Читинском обозрении» ищет ответ на вопрос, почему дети 2008 года рождения оказались вычеркнутыми из всех списков на очередь в детские сады.


Не стану давить на слезу. Но вот факт: Захожевы живут в общежитии. Комната – 18 кв. м. Тут вам и спальня, и кухня, и гостиная. Мама, папа, дочь и маленький Димка. Взрослые работают в троллейбусном управлении. Семья живет хоть и не в роскоши, но не бедствует. По крайней мере, у детей есть все, что надо. Только вот нормального детства у Димки нет. Кто сталкивался с условиями жизни в общагах, тот поймет. Ни в одном из общежитий города давным-давно нет игровых комнат – они отданы жильцам, потому что у нас из века в век переходящий трудноразрешимый квартирный вопрос. А в общежитиях плотность населения такая, что лишает удовлетворения нормальных и естественных человеческих потребностей, из которых воспитание ребенка – наиважнейшая. Общежитские дети растут в коридорах, самые отчаянные – на улице. (Что из этого вырастает, читайте в сводках полиции.) Димкины родители работают в разные смены и частенько передают сына из рук в руки прямо на пороге: папа приходит с ночи, мама идет в день, и наоборот. На улицу гулять одного не отпустить: мал еще, да и дорога рядом... Вот и гуляет Димка в коридоре: то на велосипеде покатается, то на машине. Загонят в комнату: то мультики посмотрит, то порисует, то книжки с мамой-папой почитает. Общение с соседскими детьми только вечером и в выходные, когда те дома. Ладно, летом – можно и на дачу съездить, и в гости. А зимой? С утра до вечера коридор с обшарпанными полами и грязно-синими стенами. Димка капризничает – протестует: он растет, и ему не хватает общения.
Но вернемся в май этого года, когда Александра Николаевна вновь обратилась к уполномоченному. 30 мая Николай Николаевич Каргин направил свое обращение на имя мэра города А.Д. Михалева: «Прошу рассмотреть заявление Захожевой А.Н. и принять соответствующие меры». По истечении месяца, отпущенного по закону на рассмотрение обращений граждан, помощник уполномоченного И.В. Романова поинтересовалась в администрации, мол, как и что. Ей ответили, что все в отпусках (?!) и рассматривать некому. И только потом пришел ответ за подписью заместителя мэра города А.И. Глущенко, где Захожевым было предложено место в детских садах поселков Кадала или Застепь.

Понимали чиновники, когда готовили и подписывали этот документ, на какие муки обрекали ребенка и его родителей? Представляли они, как с улицы Красноармейской, где проживают Захожевы, людям добираться в Кадалу или Застепь? А зимой?.. Да лучше б совсем отказали в предоставлении мест! ...Какое-то время я никак не могла найти определение всему этому. Что это? Знакомым и коллегам, чиновникам разного уровня я предлагала эту историю в качестве теста на... человечность. И слышала: насмешка, издевательство. И, поддавшись такому настроению, добавлю: цинизм. Откровенный и неприкрытый. Ирина Жигулина, «Читинское обозрение», № 34

Журналист «Комсомольской правды» Анастасия Борискина следит за тем, как одни жители Читы уничтожают Кайдаловку, а другие пытаются речку спасти. Так заместитель главы Центрального района по вопросам ЖКХ Игорь Калмыков был уличён в искажении фактов, относительно чистоты русла. «Представьте, каково было мое удивление и негодование в тот момент, когда я увидела все те же плавающие пластиковые бутылки, окурки и прочий мусор в Кайдаловке. Может быть, заместитель главы администрации говорил только о том участке речки, на который больше всего жаловались, а не обо всем русле, или же это горожане успели навести свой «порядок».


ЕСТЬ ПРОБЛЕМА

Сейчас Кайдаловка не разливается и не создает неудобств, теперь она представляет собой шикарную сточную канаву. Каждый второй горожанин, проявляя бескультурье, кидает в нее всевозможный мусор: обертки, бумажки и прочие ненадобности. Эти мусорные горы несутся потом через весь город, создавая ужасное впечатление не только о речке, но и всей Чите в целом. Здание Арбитражного суда Забайкальского края находится как раз рядом с Кайдаловкой, и его сотрудники явно не в восторге от того, что рядом с ними протекает загрязненная речка. Своим мнением поделилась одна из сотрудниц Забайкальского арбитражного суда Эльвира Паламова:

– Хоть Кайдаловка и наполняется водой только во время ливневых дождей и создает неприятный внешний вид улицы полностью, но еще более неприятно становится от того, что читинцы кидают мусор в это бетонное ложе. Не хватает нашим горожанам чистоплотности и культуры.


Некоторым жителям (жаль, не всем! – Авт.) краевого центра, болеющим за экологию в нашем городе, надоело краснеть, в буквальном смысле этого слова, за такой бардак, и они обратились в прокуратуру за помощью. Через несколько дней к берегам Кайдаловки наведались специалисты – природоохранники.
– Берега и русло речушки на протяжении одного километра от гаражного кооператива № 3, расположенного в районе СибВО, действительно захламлены бытовым мусором. Чего там только нет: картонные упаковки из-под продуктов питания, битое стекло, окурки, автомобильные покрышки, строительный мусор и многое другое, – убедились сотрудники прокуратуры. После визита прокуратура вынесла свой приговор: сброс отходов и мусора в водные объекты запрещен, а следовательно, теперь ответственным лицам предстоит навести там порядок и чистоту. Вся ответственность за состояние этого водного объекта лежит на администрации Читы, и именно она должна принять меры по очистке захламленной речки. Суд прокуратуру поддержал и обязал администрацию города Читы заняться делом.

– Очистительные мероприятия в русле этой реки мы проводим постоянно, два раза в год. Очень часто нам помогают волонтерские отряды. Сейчас наши специалисты уже привели в порядок Кайдаловку, все работы уже выполнены. Весной и осенью мы будем проводить очистку речки, а ситуацию держать под контролем, – заметил Игорь Калмыков, заместитель главы Центрального района по вопросам ЖКХ. – Сейчас наша главная задача – решить вопрос с гаражами, установленными на речке нелегально.

После разговора с Игорем Владимировичем я отправилась делать фотографии для публикации. Представьте, каково было мое удивление и негодование в тот момент, когда я увидела все те же плавающие пластиковые бутылки, окурки и прочий мусор в Кайдаловке. Может быть, заместитель главы администрации говорил только о том участке речки, на который больше всего жаловались, а не обо всем русле, или же это горожане успели навести свой «порядок». Вопрос, не правда ли?


Справка КП

Почему Кайдаловка стала Кайдаловкой? Имя свое речка получила по фамилии братьев Григория и Микифора Кайдаловых – государственных служащих, которые были направлены в Читу в 80-е годы XVII в. по распоряжению Карпа Юдина, чтобы обустроить перевалочную базу для доставки продовольствия из Удинского острога в Нерчинский. Анастасия Борискина, «Комсомольская правда», № 123

На пятой штольне Удоканского меднорудного месторождения установлена памятная плита в честь 45-летия несостоявшегося атомного взрыва на этом объекте. Анатолий Снегур на страницах «Забайкальского рабочего» разбирается в историческом значении Великого Несостоявшегося. «Известный в Атомном проекте СССР академик, главный конструктор ядерного оружия Борис Литвинов давал такую оценку тому эксперименту: «...Родился, на мой взгляд, добротный проект вскрытия Удоканского месторождения. Если бы мы осуществили его, провели вскрышные работы до появления БАМа, то строительство этой железной дороги сегодня было бы оправданным. Я убежден: отказ от вскрышных работ на Удокане с помощью ядерных взрывов – одна из великих упущенных возможностей. Освоение этих районов затормозилось на десятилетия...».



– Главной целью взрыва была, конечно же, вскрыша этой части месторождения. А пятую штольню выбрали потому, что на ней наиболее благоприятные условия, там есть куда положить эту вскрышу.

Его коллега по Удокану Василий Клименко, человек, который должен был уйти с него в час пик последним, человек, который пользовался доступом к самым-самым секретным площадкам намечавшегося взрыва, отвечал иначе:
– Почему пятая? Почему самая бедная? На пятой штольне ставился всего лишь эксперимент. И устройство, которое обещали привезти, было экспериментальным. Если бы испытание прошло успешно, а в этом, по-моему, никто, с кем я работал рядом, не сомневался, тогда бы вступил в силу план номер два, второй этап. Согласно нему, Средмаш сам, с нашей помощью должен был заложить на Удокане еще девять ядерных устройств, и... Вот тогда бы были вскрыты основные запасы руды. Наши старые удоканцы вспоминают, какой радостной вестью стал предстоящий взрыв – ведь начиналось освоение месторождения, о чем всегда мечтает геологоразведчик. И каждый из них сразу же добавляет: «Мы радовались, потому что в те годы мало что знали о последствиях подобных взрывов. Сегодня, понятно, мы бы выступили против такого освоения».
Строительство, связанное с ядерным взрывом, началось весной 1965 года. Есть документы о массовом наборе рабочих и специалистов в стройцех Удоканской экспедиции, потом следуют приказы о массовых увольнениях строителей осенью того же года «по сокращению штатов».
– Никаких ограничений ни в средствах, ни в ресурсах. Только успевай сметы составлять да подписывать. Работать было легко, как никогда, – вспоминает тогдашний начальник планового отдела экспедиции Геннадий Данилов, ныне житель райцентра. – Единственное, что мал-малость мешало, – это два «С» (совершенно секретно) на всех документах.

Морозы, как и водится в этих местах, не опоздали. Перед Днем Конституции (раньше он отмечался 5 декабря) водители Могочинского участка Удоканской экспедиции готовили на север первый рейс нового сезона. В Могочу на платформе прибыли новехонькие КрАЗы со специалистами из ядерных центров. Загрузили каждую из машин десятью тоннами песка и в сопровождении охраны направили в сторону Наминги, на обкатку-примерку. Вспоминает начальник Могочинского участка Геннадий Горячев:


– Обкатка прошла нормально. Наши машины и прибывшие КрАЗы готовились к последнему рейсу. Мы понимали, что после взрыва дорога на Удокан из Могочи закроется на десятки лет. Но нас все же немного успокаивало то, что тысячи предшествовавших рейсов не пропали даром, что будет рудник и на севере области... Уже знали, что заряд пришел в Могочу. Однако дальше берега Олекмы (это в 170 километрах от Могочи) заряд не ушел. Пока испытывали на реке лед, пока настраивались двинуться дальше, пришел отбой.
Есть мнение, что к отбою больше всех причастен Андрей Громыко, тогдашний министр иностранных дел. Наверняка, причастен и Ефим Славский. Жаль, конечно, впустую затраченных миллионов, но нам, как говорится, не привыкать к такому.
Идея установки этого памятного знака родилась среди ученых физиков-ядерщиков города Сарова Нижегородской области, которые с 2002 года с Каларским районом поддерживают самую тесную и все укрепляющуюся связь. Есть среди саровцев старший научный сотрудник Всероссийского научно-исследовательского института экспериментальной физики, Российского федерального ядерного центра Алексей Демидов, известнейший в тех местах турист, краевед. В октябре прошлого года в своем письме в Чару он впервые раскрыл основное содержание уже намеченной саровчанами к тому времени экспедиции «УДОКАН-2011», где, в частности, были и такие строки: «В следующем году исполняется 45 лет, как мы не взорвали Удокан». В том же письме предполагался «выезд в поселок Наминга на двое суток, посещение 5-й штольни, установка памятной плиты на портале-устье штольни». Конечно же, из Чары саровские инициаторы получили добро. В письме от 23 октября были строки: «Вы вовремя и умно предлагаете установку памятной плиты. Не останутся мои земляки в стороне от того, что будут делать саровчане». Автор каларского ответа не ошибся. Идея превратить это саровское начинание, событие в саровско-каларское враз нашла активную поддержку и в районной администрации, и среди местных краеведов. Уместно подчеркнуть, что саровчане ничуть не обиделись на каларское ущемление их монополии. Наоборот, все наши шаги они поддерживали, умело вписывали их в свою программу, завершение которой пришлось на 12 августа. У штольни собрались настоящие саровские и каларские краеведы. Мы не рассчитывали, что среди них, среди нас, собравшихся здесь, окажутся все единомышленниками в ответе на тот острейший вопрос из 60-х годов – надо или не надо взрывать Удокан с помощью ядерных зарядов. Но мы уверены: те, кто собрался здесь, в удоканских горах, едины в ответе на вопрос, надо или не надо помнить и отмечать события, подобные тому несостоявшемуся взрыву.

Текст памятного знака, установленного в этот день на забайкальском севере: «Памятная плита установлена на портале пятой штольни Удоканского месторождения меди к 45-летию первой попытки его освоения.
В память о работе на штольне в 1964–1966 гг. Удоканской геологоразведочной экспедиции ЧГУ под руководством В.Е. Шпакова и испытателей экспедиции КБ-11 (ВНИИЭФ) МСМ СССР под руководством Ф.М. Гудина. С целью проведения опытного взрыва по вскрытию месторождения «чистыми» термоядерными устройствами мегатонного класса. Мирный ядерный взрыв не состоялся, был отменен правительством СССР. И пусть то решение оценят потомки. Участники совместного митинга делегации Каларского района Забайкальского края и экспедиции «Удокан-2011» г. Сарова Нижегородской области. 28 июля 2011 г.» Да, на установленной плите значится именно такая дата. Так задумывалось, к этому дню была завершена и основная подготовка. Удивительно активно собрались приглашенные и просто желающие поехать на Намингу, вспомнить удоканскую молодость; в полном составе оказалась и автоколонна для перевозки всех и всего. Дорога по местным меркам хоть и короткая (около 75 километров), но очень сложная, основная ее часть и сегодня является лишь автопролазом. Но к этому нам, северянам, не привыкать. Выезд в назначенный день был сорван только ливневыми дождями, что шли уже не первый день, на глазах вспучивали все водотоки. Но 12 августа погода была самой благоприятной, что и требовалось такому торжеству.
Земле каларской к митингам, особенно со времен бамовского строительства, не привыкать. Что только не отмечали! Но вот отметить несостоявшееся? Гадали организаторы: да было ли такое в СССР, было ли в России современной? Примеров, ориентиров не нашли. Мудрили, что и как, сами, на месте. Конечно же, основная нагрузка пришлась на каларцев. Да чего-то большего ожидать от ядерщиков, гостей-нижегородцев, уже выдвинувших идею и изготовивших плиту, было бы не совсем порядочно. Сразу же заметим, гости не ожидали увидеть такой спектакль в полевых, высокогорных условиях. Он превзошел ожидания и наибольших оптимистов, кто в той или иной мере был посвящен в детали подготовки. Жалеть приходится, что участников его было не слишком – оказалось много ограничивающих обстоятельств. Но, думаю, особо пожалеют те, кто под различными мотивами увильнул от выезда, хотя и приглашение имел, и знал о необходимости быть у штольни. Кстати, они же считают себя истинными удоканцами. Ну да ладно! Настоящие удоканцы, невзирая на погодные и дорожные осложнения, были при деле, очень даже необычном деле. И они получили право сказать: «Мы сделали это!» Понятно, были речи. Достаточно подробно напомнила об истории этого эксперимента руководитель местного оргкомитета, заместитель главы района Светлана Рошкова. Очень интересным было выступление старшего научного сотрудника Алексея Демидова, саровского физика-ядерщика, инициатора идеи, пришедшей к своему завершению. К случаю оказался ныне москвич, ветеран удоканских научных исследований Бронислав Гонгальский. Воспоминаний, необходимых такому событию, было вполне достаточно. И, скажем прямо, в таких условиях говорилось очень хорошо, интересно, полезно.

Впервые на штольне был и вокально-инструментальный ансамбль. «Надежда» так умело вписалась в разворачивающееся действо, что приходится только удивляться. А прогремевший сюрприз-салют в честь НЕСОСТОЯШЕГОСЯ атомного взрыва? И, конечно же, сто удоканских граммов. За тех, кто уже был здесь, за тех, кто сейчас здесь, за тех, кто еще придет на меднорудный Удокан.
Кто и как готовил ядерный взрыв на Читинском севере? Почему он не состоялся? И возможна ли новая попытка такого освоения крупнейшего медного месторождения? Ответы на эти вопросы дают уже рассекреченные архивы Атомного проекта СССР, об этом говорили и наши гости – саровские ученые...
Руководитель той саровской экспедиции Феликс Гудин писал однажды:
«...В 1965 году мне с группой товарищей довелось участвовать в подготовке эксперимента по вскрытию месторождений полезных ископаемых с применением энергии ядерного взрыва. Нам поручили провести опытный взрыв, чтобы затем, уточнив проект вскрытия, выполнить серию взрывов. Это был один из вариантов использования энергии взрывов в промышленных целях. Для взрыва намечалось использовать «чистый» ядерный заряд».
Известный в Атомном проекте СССР академик, главный конструктор ядерного оружия Борис Литвинов давал такую оценку тому эксперименту:

«...Родился, на мой взгляд, добротный проект вскрытия Удоканского месторождения. Если бы мы осуществили его, провели вскрышные работы до появления БАМа, то строительство этой железной дороги сегодня было бы оправданным. Я убежден: отказ от вскрышных работ на Удокане с помощью ядерных взрывов – одна из великих упущенных возможностей. Освоение этих районов затормозилось на десятилетия...»
Сейчас достаточно специальной, рассекреченной литературы, где дается оценка тому несостоявшемуся взрыву. Можно, к примеру, читать следующее: «Применение подземных ядерных взрывов для вскрышных работ на Удоканском месторождении было обосновано следующими факторами: резко выраженным горным рельефом; удаленностью объекта от крупных городов и малой населенностью района; громадным объемом вскрышных работ – более 2 млрд куб. м: недостатком рабочей силы и дефицитного горнотранспортного оборудования; высокой стоимостью проведения вскрышных работ обычными методами; тяжелыми условиями труда и суровым климатом». То был один из самых грандиозных проектов применения ядерно-взрывной технологии в промышленных целях. Однако проект не был реализован, поскольку вызывал много вопросов и опасений. В последующем вскрывать Удоканское месторождение ядерными взрывами отказались.

У нас была возможность накануне установки памятной плиты связаться с ведущими организаторами секретного удоканского проекта. Говорит бывший руководитель той экспедиции Феликс Гудин: «Буду мысленно в Наминге! Хотелось бы поехать с Вами, силенки еще есть, но не могу, в семье не все здоровы, требуется мое участие. Очень хорошо бы увидеть всех 45 лет спустя, пожелать всем здоровья и удачи. От меня привет и наилучшие пожелания участникам митинга!» А вот что говорит профессор, изобретатель того заряда Владислав Мохов: «Есть еще не менее серьезные возражения мирному применению ядерных взрывов, связанные с недостаточным уровнем технической и технологической ответственности и грамотности нашего общества, чему примером является Чернобыль. Ошибки при использовании ядерного заряда, даже при отсутствии радиоактивности, могут привести к большим бедам в силу большого энерговыделения ядерного заряда и в силу больших масштабов работ, которые позволяют производить ядерные взрывы. Это требует умения надежно предсказывать не только ближайшие, но и отдаленные последствия таких работ».
Любопытна сегодняшняя позиция второго изобретателя удоканского заряда Юрия Трутнева:
«Тогда, в 60-е годы, у нас была эйфория, хотелось сделать как можно больше полезного для нашего народного хозяйства... Но теперь, после Чернобыля и Фукусимы, у нас той эйфории уже нет. Более того, скажу вам прямо, что даже сегодня у нас недостаточно знаний, чтобы проводить такие проекты, как на Удокане, с помощью десятков мирных ядерных взрывов. Невозможно пока спрогнозировать последствия воздействия пусть малых доз радиации на людей, которые здесь жили бы и добывали медь для нашей Родины. Поэтому правильно, что Удоканский проект с использованием мирных ядерных взрывов был отменен. Конечно, можно было бы провести первый ядерный взрыв, но последствия этого взрыва предсказать даже в настоящее время невозможно. А так как одним таким взрывом месторождение не вскроешь, надобности в таком взрыве не вижу. Я глубоко убежден, что мирные ядерные взрывы еще понадобятся нашей стране. Вспомним, академик Сахаров заявил, что при соблюдении соответствующей технологии подземные ядерные взрывы абсолютно безопасны...»

Саровские туристы-краеведы, прежде всего физики-ядерщики, привезли за забайкальский север уже три памятных плиты (две установлены в Мраморном ущелье, где было открыто первое российское урановое месторождение). Они не скрывают своего интереса к земле каларской и на будущее. Установка памятной плиты на штольне № 5 возвращает к недавнему прошлому Удокана, подталкивает и к новому аналогичному проекту. Недавнее прошлое – это осень 2001 года, когда открывалось рабочее движение на железнодорожной линии Чара-Чайна-Карьерная, в честь чего трест «ЗапБАМстроймеханизация» установил прекрасную стелу. Они, механизаторы, проработали на этих километрах всего три с половиной года. А что же геологоразведчики, изыскатели и исследователи, что заняты Удоканом с 1949 года, то есть более шестидесяти лет? И не просто заняты, а выдали миру крупнейшее меднорудное месторождение?
Памятная плита на штольне № 5 – еще один толчок к установке соответствующего нашим делам и объекту памятника геологоразведчикам, изыскателям и исследователям Удоканского меднорудного месторождения. Его очередь! Анатолий Снегур, «Забайкальский рабочий», № 163

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter