Команда Народного фронта проверила заброшенные строения в Чите

Заброшенные строения — замороженные стройки или аварийные дома — портят облик и без того не самых идеальных улиц Читы, а главное, несут угрозу. В зданиях могут собираться охочие до приключений подростки, обитать бездомные люди или бродячие животные. От заброшек надо избавляться безжалостно и незамедлительно. Команда Народного фронта (НФ) в Забайкалье озаботилась этим вопросом после трагедии в Шилке, где под рухнувшими остатками барака погиб ребенок. Жители Забайкалья отправили в НФ десятки адресов опасных объектов, где власти не принимают никаких мер. Спустя некоторое время общественники с журналистами проехались по нескольким таким объектам. Первый дом — на пересечении улиц Столярова и Ингодинской. История этого дома подробно описана в тексте. Он построен в 1909 году еврейским купцом Шерговым, дважды горел, признан непригодным для проживания, но при этом является объектом культурного наследия. Периодически на него жалуются жильцы близлежащих домов, в основном из-за детского любопытства. Несколько раз окна и двери в доме наглухо заколачивали досками и профлистом, но кто-то прорывался через эти запоры, и сейчас дом снова открыт для посещения. Я живу неподалеку и хожу мимо довольно часто. Помимо мрачного облика, дом создает и другие неудобства. Там тусят какие-то мрачные алкоголики. А с наступлением весны заброшка начинает неистово вонять, дождливое лето тоже вызвало какие-то процессы брожения. Но никому особенно до этого дела нет. Дом внутри зарос мусором и испражнениями, снаружи — сорными ильмами. Скорее всего, его уже никогда не восстановят: особнячок прогниет еще года три, может быть, сгорит и канет в Лету, разменяв 120 лет. Сопредседатель регионального штаба Народного фронта в Забайкалье Андрей Томских считает, что историческое здание могло бы приносить какой-то доход, как исторические кварталы в Иркутске или Хабаровске. Он обратил внимание на то, что за этим домом забором обнесен пустырь, где уже не первое десятилетие хотят возвести какой-то объект. «Это не только некрасиво, но и реально опасно. Дом — это приют для асоциальных элементов, бродячих собак, молодежь там может собираться для распития алкоголя. На такие объекты жалуются жители Читы. Когда люди прошли все инстанции и ничего не добились, они идут в Народный фронт. Мы, в свою очередь, обращаемся в правоохранительные органы — те уже принимают решения касательно собственников помещений. Надо поднимать вопрос, потому что власть дает какие-то ответы и успокаивается», — сказал Томских. Дорога в школу Гаражи на задворках гимназии № 12 — объект очень загадочный. Сейчас к ним нет никакого подъезда, чтобы использовать по назначению: территория ниже оказалась застроенной. Уцелевшие коробки плотно исчерчены граффити, внутри валяется мусор. Видно, что тут активно проводит время молодежь. Немудрено, потому что путь в школу со стороны Угданской — Кайдаловской короче именно по этому отрезку. По данным Андрея Томских, гаражный кооператив получил в аренду землю, которую должен был рекультивировать. Однако этого не произошло, и безобразие в центре города сохраняется годами. Дом № 95 на улице Смоленской тоже памятник истории. Недавно на сайте Минкультуры края опубликован акт государственной историко-культурной экспертизы, обосновывающей включение этого дома в реестр объектов культурного наследия. Одноэтажное кирпичное здание, построенное в начале ХХ века, предположительно находилось во владении Кузнецова Сергея Петровича. Про хозяина известно много: он был войсковым лесничим Забайкальского казачьего войска и гласным городской думы. Сыграл большую роль в открытии лесного отделения при Политехническом техникуме в Чите, создал древесно-плодовый питомник, работал в Хабаровске. Умер в 1942 году, отдав всю жизнь становлению и развитию самостоятельного лесного хозяйства. Дом был жилым, но в последние годы там находился продуктовый магазин. А сейчас, судя по разбросанным тряпкам, — логово бомжей. «Дом стоит в окружении современной застройки и многоэтажек 60–70-х годов. Здание совершенно открытое — видно, что оно заселено асоциальными элементами и используется не по назначению. Хотелось бы, чтобы его либо снесли, либо как-то уже начали использовать. В таком виде оно быть не должно», — прокомментировал Андрей Томских. Образцовый пример — это здание на Нечаева. Хотя там и здания-то нет, честно говоря, — просто обвалившиеся стены. Координатор исполкома Народного фронта в Забайкалье Наталья Братышева отмечает, что непонятно, зачем нужно было сохранять эти бренные останки, которые, кажется, проще снести. Но территорию ранее называли одним из участков под КРТ. Вероятно, мэрия ждет, что застройщики сделают эту работу. Начальник контрольной инспекции администрации Читы Станислав Пустовойт пояснил, что действующими правилами благоустройства города предусмотрены обязанности собственников разрушенных или неиспользуемых зданий, а также владельцев земельных участков, на которых расположены такие объекты. Заброшки и замороженные недострои должны быть огорожены плотным забором, чтобы там не оказались посторонние люди или безнадзорные животные. Сколько таких объектов в Чите, точно он сказать не смог, но, по примерной оценке, не больше 20. «Муниципальным контролем проводятся мероприятия по выявлению таких объектов, и мы требуем приводить их в надлежащий вид. Для этого выдаются предписания собственникам объектов или земельных участков», — пояснил Пустовойт. По его словам, гаражный кооператив на 9 Января находится в собственности у восьми граждан. С ними проводится работа второй год, уже шесть раз всем им выдавались предписания. Люди реально отреагировали и знают о своей обязанности. На Столярова — Ингодинской дом не попадал в поле зрения контрольной инспекции, но после сигнала Народного фронта на него обратят внимание. По информации городских властей, дом непригоден для проживания, но не попадает под расселение — его должны реконструировать. Ответственность за него несут владельцы квартир. Дом на Смоленской, 95 числится на балансе комитета по имуществу — после того как дом перевели в нежилое помещение, там работал магазин. Несколько лет назад проводились профилактические мероприятия и доступ в него закрывали. Планируется дом сдать в аренду инвесторам за 1 рубль, чтобы здание снова ожило и приносило пользу. Сложность в работе с заброшками — это длинный путь уведомления собственников. Предписание нужно направить «Почтой России», но владелец объекта не всегда его получает. Но если была даже неудачная попытка уведомления, мировой суд может принять решение и оштрафовать владельца. После этого решение суда уходит к приставам, которые могут арестовать счета, и только после этого владелец узнает про свой долг. Второе препятствие — это размер штрафа. Организациям могут назначить 10 тысяч рублей, а гражданам — всего 300 рублей. «Поэтому люди говорят: „Я лучше по 300 рублей буду платить“. Ведь ограждение стоит намного дороже. Если на 9 Января ворота поставить, то придется только на металл потратить порядка 40 тысяч, а с работой — все 60. Конечно, рычаги тут есть, чтобы не получилось так: протоколы составляем, мировой суд штрафы выносит, собственник их платит, но решения у проблемы нет. Мы можем подать иск в суд, чтобы он побудил собственника сделать те или иные действия с объектом», — добавил начальник контрольной инспекции. Кроме того, администрация Читы вышла с законодательной инициативой, чтобы повысить штраф, так как 300 рублей совершенно не побуждают людей соблюдать требования закона. Инициатива прошла путь через гордуму Читы, заксобрание Забайкалья и попала на рассмотрение в Госдуму. Четыре года назад мы совершали такой же рейд по читинским заброшкам. Как будто бы их за это время стало меньше. А вы знаете дом, где собираются подростки и бомжи?