Пропавшего под Читой мужчину не смогли найти на четвертый день поисков

Ночью 6 июля со стороны села Домно-Ключи планируют запустить ракетницы, чтобы указать Роману Куркину путь. Мотоциклист пропал вечером 2 июля по дороге на Арахлей. Его «Эндуро» сломался, и дальше мужчина, предположительно, двинулся пешком по довольно сложной местности. В местах, где потерялся читинец, — густой лес, болота, тяжелые для долгих пеших походов маршруты с перепадом высот и скопления комаров, паутов и мошек. Для близких это пятый день поиска, для остальных участников, волонтеров и полиции — четвертый. Мы уже рассказывали, чем осложнены поиски. Если кратко: это дожди, разрозненность поисковых групп, долгое отсутствие единого координационного штаба (его создали только 6 июля), минимум информации у добровольцев (ее начали по крупицам собирать только 6 июля), густота леса и непроходимые места. Мы также восстановили хронологию событий с момента исчезновения читинца. Четвертый день поисков с привлечением большого числа людей кажется более успешным, и вот почему: появилась координация. Основной штаб разбили по дороге на озёра. Там формировались и направлялись на поиски группы — на квадроциклах, автомобилях и пешие. После поисков все возвращались в лагерь и передавали данные — сколько прошли, что заметили. Там же поисковиков поили чаем, кормили и укрывали от разошедшегося дождя; есть первые подвижки после нахождения мотоцикла 2 июля. Поисковикам удалось найти сопку, с которой, предположительно, Роман Куркин в первый день пытался позвонить близким. Там обнаружили следы и окурки. Также во время поисков нашли зеленый дождевик — координаторы поисков выясняют, мог ли он принадлежать пропавшему; стало ясно, что Куркин оставил, а что забрал с собой. У сломанного мотоцикла он оставил палатку, шлем, спальник и прорезиненную сумку с частью вещей. В путь он взял только рюкзак и два своих телефона (по словам близких, он всегда носит с собой два телефона); выяснилось, что у Романа была с собой небольшая провизия: две бутылки воды и банка тушенки или каши; поиски помогал координировать следователь. Полиция искала мотоциклиста со стороны Арахлея. К поискам подключились следователи. Добровольцы прочесывали местность со стороны Застепи. Часть людей собиралась не в штабе, а на тракторе — первоначальном пункте сбора всех дней поисков. Это добровольцы, которые искали вместе с женой Куркина Еленой. Поиски ее группа завершила одной из последних. Всего в поисках 6 июля было задействовано 17 групп и 74 человека. Местность разделили на 60 квадратов, обследовали порядка 10. Как проходили поиски 6 июля — Сегодня в ночь будем дискотеку устраивать с разных сторон. Поедем запускать ракетницы, — в штабе по дороге на Арахлей (52.16495 113.20721) почти никого, кроме координаторов, их трое. Главный — Юрий. Он распределяет группы и рассказывает о планах поисков. — Идете группой, девушку за руку держите, не отпускайте. Замечайте детали. Говорят, он курил Camel, ищите бычки, пачки. Вещи. Следы. Запоминайте основные ориентиры. Если найдете его, пытайтесь заговорить, не отвечает — прощупываете пульс, утепляете, разводите костер, кто-то остается с ним, другой идет в штаб с координатами за подмогой. [...] Сюда возвращаетесь — отмечаетесь. Если до 19:00 вернуться не успеваете, едете на трактор — после базовый лагерь перенесем туда (памятник в Застепи), чтобы все были на связи. Мы уходим. В 39-м квадрате свежих следов нет. Есть бычки — разные, пачка Camel. Через несколько часов выяснится, что курил Роман и Sobranie, и тонкий Parliament. К 17:10 начинается дождь. Пеших без дождевиков по рации просят вернуться в лагерь. Возвращаются и несколько человек на квадроциклах. — Я, короче, понял, как там можно заблудиться. Прикинь, ну мы идем, мы определяем вектор «север» — во-первых, часы с телефоном показывают разное, компас. Мы определяем вектор, по нему двигаемся, идем, говорим там, туда-сюда, полчаса смотрим — мы ушли просто в сторону [от маршрута]... — Никаких следов, ничего не находили? — Были там отметки, видно, там ходили. — Ребята были в 39-м квадрате — там, говорят, есть след от «Эндурика», но старый. — В нашем квадрате — там дорог вот так вот (показывает), там хочешь не хочешь, а ты по-любому выйдешь на дорогу. Там везде дороги! — Володька нам [...] (режет), — в штабе делают бутерброды, разливают чай. Хаски Менза выпрашивает колбасу. — Мы отправили на высоту 11.62 двух человек, одна группа поехала на правые Дворцы, в беседку. Одна группа через Дворцы заходит в падь на машине [...] Всего 12 групп, ну вот 13-я подъехала. Почти 60 человек. — Колбасу можно ей? — А она мух уже половила, — координатор грозит собаке. — В 39-й и 38-й надо квадрик запустить (там болотистая дорога, которая упирается в густой лес). — Там частокол начинается. Там не проехать — мы куда дошли, там всё. — Идея со штабом нормально сработала. Фейерверки закупят [...]. — Я понял, что я [вообще] не турист, я бы заблудился на раз два в лесу. И что надо компас обычный держать, магнитный, это всё херня. В палатке обмениваются данными поисков. — Мы километров за 6 прошли, там болота по колено. Один из добровольцев поранился. — Сегодня должны найти. — Там вчера салатовое пятно с вертолета находили (Роман в ярком защитном костюме). Они проверили? — Это была земля квадратиком, желтая, песок. — Дождь до 20:00 обещают. Дождь не прекращается. Поисковики начинают сворачиваться, штаб постепенно перебирается к кафе у трактора. Основная версия На пятый день пропажи появилась жизнеспособная версия. Роман Куркин пытался доехать до арахлейской базы, где его ждали жена и друзья, — ему не хватило места в машине, и он отправился на своем «Эндуро», решив срезать путь. Проезжал он через село Ивановка, затем продолжил путь по дороге, которая пролегает через хребты. Мотоцикл сломался, он пытался его починить, но не смог: цепь порвалась. Тогда Куркин взял с собой телефоны, еду и поднялся на сопку, чтобы позвонить близким, которые его ждали. Это было около 18:00 2 июля. Затем он спустился с сопки и заблудился — к мотоциклу вернуться Роман не смог. Заблудиться в этой местности легко. Об этом говорят многие поисковики. Роман Куркин эти места не знал и один там никогда не бывал, только с друзьями на «Эндуро». У трактора — финального пункта сбора. В сумке Романа осталась бутылка виски и одежда — Ребят, сходите чаю попейте. Замерзли все, — координатор Юрий приехал на новое место штаба. Все собираются сначала группами, после приезда организатора стекаются к нему. — Вам полицейские помогают? — Ну вот из Следственного комитета (показывает на одну из машин), есть информация, что вышла пешая группа полицейских со стороны Арахлея. Но, так как изначально лагерь воткнули там, ну в [...], откровенно говоря. Сейчас мы пытаемся саккумулироваться, собрать всех. Сейчас по крупинкам собираем то, что есть. — А ночью пойдете? — Пойдет ли кто-то в ночь, будем решать. Смысла нет. В ночь варианта два: первый — это квадрокоптеры и вертолеты, второй — фейерверк. Всё. Если мы сейчас пешки (пешеходные группы. — Прим. ред.) выпустим в ночь, мы их не соберем. Так же, как и машины, и квадрики и так далее. По-любому кто-нибудь появится нерадивый... — А там уазик синий на зимовье ездил. — Еще не передали [данные]. Сейчас на всякий случай отработаем — возили какую-то ясновидящую. — Два зимовья же было (ранее уже просили проверить два домика). — Пустота. Сегодня ряд вещей нашли, но, так как дорога популярная, не факт, что его вещи. Я за день не могу получить информацию, какие вещи были при нем при выезде. — Вот Макс стоит, он от него из дома уезжал. — И какие вещи в итоге забрали с места... — С Максом поговорите. — Макс, смотри, нам надо максимально знать, что было при нем, когда он уезжал. — Я не могу сказать. Он мне сказал, что у него две бутылки воды. То есть он доставал даже [при мне], глоток делал. Я просто не помню, какой воды. Банку то ли каши какой-то, то ли тушенки. Достал да достал. Сигареты точно были, зажигалка была, он мне давал сигарету, я марку не помню. — Бутылку не помнишь — литровая или 0,5? — Не, точно не 0,5. — Литровые... — Рюкзак был у него? — Был, по-моему, темный. Сумка была прорезиненная черная, палатка. Он с вещами на такси приехал. — Смотрите на фотографии — рюкзак висит на нем. Вот — или это панцирь... — Палатка, спальник, рюкзак есть какой-то... — Телефон, ты помнишь, какой у него был? «Самсунг», «Эпл», «Ксяоми»? — «Самсунг», по-моему, у него был, не знаю. Два телефона у него было — он всегда с двумя телефонами. — Не помнишь? — Нет. — Есть с женой связь? — Есть. — Надо выяснить, какие телефоны, какого цвета. Пауэрбанк какой был. Лена не отвечает — она на поисках. — Кто-то знает координаты зимовья в районе Зыково, где штольни? Там, говорят, какие-то зимовьюшки есть. — Слушай, всю зиму там проходил, вообще ни одну не видел. — В той стороне два зимовья. — Ну туда, дальше штолен, наверное. — Да, от штолен где-то в километре, выше. И где-то еще. — Одно — не зимовье даже, а дом. В районе левого притока Каменки. — Звоните оперативнику. Один из поисковиков звонит следователю. — Тебе вещи притащили, которые там нашли? — Да. — Марина, скажи, что там, в этой сумке. — Газовая горелка, портативный газовый баллончик, бутылка виски, средство от комаров, моток скотча, колонка USB в виде замка, спальник и такая штука... к спальнику кладется, подстилка. Потом комплект [...] белья, штаны. Жене показали вещи — его. Ключ гаечный там был. Сумка сама прорезиненная. — Рюкзака не было? — Не было, нет, нет, нет. Остальное там по мелочи. Ламы и экстрасенс К зимовьюшкам пытаются пробраться, потому что к поискам от отчаяния привлекли не только следователей и МЧС, но и ламу с экстрасенсом. В редакции днем узнали, что рассказали эзотерик и лама. — Они показали на какой-то один кружок — черт пойми где. Вроде как видят Романа в каком-то домике. Они [поисковики] проверили, что там какая-то штольня слюдяная и рядом две землянки. Кажется, брат [Романа] и поисковики пытаются понять, где это, и проехать. Александр Васильевич, тесть Куркина, говорит, что не верит ламам. Он сидит у кафе и ждет Лену и те группы добровольцев, которые стартовали от трактора, старого места сбора. Но такое решение близких — привлечь вообще всех — принимает. Вчера он сорвался раньше, но сегодня — допоздна. А завтра решил пойти на поиски сам. У него есть своя версия: надо искать чуть дальше, левее от основной зоны поисков. Александр Васильевич держится чуть особняком от большой группы вернувшихся к вечеру к штабу добровольцев. Лена долго не выходит на связь. Темнеет. Она ушла с одной из групп в обед. — Говорят, все вещи здесь (то, что Роман оставил у мотоцикла). В чем он ушел [...] Я ничего не понимаю, как всё организовано. Кто в лес, кто по дрова. Тесть переживает. — Неделя в субботу будет [поисков], — говорит он. У машины, в которой сидит координатор от следователей, долго обсуждают одежду и обстоятельства пропажи, новые данные — эти детали нужны для следующего дня. «Фейерверки» сначала отменяются — кто-то из предложивших такую помощь ломит цену. Но к ночи ракетницы вроде бы находят. Дискотека будет. И план поисков 7 июля, если за ночь Романа не найдут, тоже. Что делать 7 июля тем, кто хочет помочь Собираться в штабе. Теперь к нему сможет добраться больше желающих. От главного ориентира — памятника-трактора в Застепи — будет ходить вахтовка для доставки пешеходов до места поиска. Первый рейс запланирован на 11:00, затем в 13:00 и 15:00. В штаб захватите с собой: энергетик, сигареты, карту, распечатанную и максимально подробную — от горы Плоская в сторону Шакши, простые карандаши, шариковые ручки, сигнальные ракеты, сигналы охотника, квадрокоптеры (если есть), бумагу А4, чай и сахар. Также поисковики просят собрать пакеты с едой и записками Роману Куркину. В пакеты нужно положить: сигнал охотника или две ракетницы, спички охотника, две пачки сигарет, кнопочную зажигалку с фонариком, два сникерса, козинаки, смесь из кураги, орехов и изюма, литровую бутылку воды, одеяло спасателя, пластиковый свисток. И письмо в файле (мультифоре): «Рома, мы тебя ищем! Если ты пришел к этому месту, оставайся здесь и разведи костер! Никуда не уходи! Мы рядом!» Или: «Рома, мы тебя ищем! Если читаешь это письмо, оставайся на месте. Кушай и набирайся сил. Как прочтешь, запусти ракетницу красного цвета. Как стемнеет, запусти любую другую ракетницу. Спи и набирайся сил. Завернись в одеяло спасателя. Мы рядом!» Таких пакетов нужно 15 штук. Координаты для штаба пока не менялись. Для поисковиков по-прежнему актуальны закрытая одежда, дождевики, резиновые сапоги, репелленты. И «силы и задор» — так говорит один из организаторов.