«Ни о чем не жалею»: как якутский чиновник стал главным кочегаром Забайкалья и вляпался в скандал

Владимир Булкин 11 лет служил чиновником в Якутске, был помощником бывшего председателя Якутской городской думы Александра Саввинова — Сан Саныча, знал все коридоры власти, а потом вдруг сорвался с места и уехал за 3 тысячи километров, в Читу, строить котельные и отапливать Забайкалье.

За три года белый воротничок превратил маленькую компанию «Генерация» с выручкой 50 миллионов рублей в межрегионального оператора с оборотом под 5 миллиардов. Итог — увольнение, медийная атака, суды и новая компания со штатом в 2600 сотрудников. Из Читы Булкин обратно в Якутск так и не вернулся. В откровенном интервью 14.RU экс-чиновник рассказал, как его выжили свои же из бизнеса, какие уголовные дела скрываются в сфере коммуналки, почему он сменил кабинет на котельные и о чем его просил губернатор Забайкалья.

— Давай начнем с простого — что ты делаешь в Забайкалье, как ты вообще там оказался, будучи всю жизнь чиновником?

— Я в 2021 году работал в штабе Евгения Григорьева, когда он баллотировался в мэры. Мы выиграли, и он предложил мне возглавить одну из управ города. В это же время его знакомый Артем Яковлев, председатель теплоснабжающей компании «Генерация», предложил мне прийти к ним. Он тоже был в штабе Григорьева, где мы и познакомились.

Тогда на собеседовании я общался с одним из учредителей Александром Курчатовым, понял, что речь идет про ЖКХ, и в целом он мне понравился как человек. В итоге согласился. Я ведь чиновником проработал 11 лет, но вроде работаешь-работаешь, пользу людям приносишь, а результата своего труда ты не чувствуешь. Вот я и подумал, что есть возможность реально что-то воплотить, на земле поработать. И пошел в «Генерацию».

— То есть буквально с нуля всё начал?

— Верно. «Генерация» зашла в Забайкалье в 2022 году по проекту строительства котельной в Первомайском. Это был мой проект. Тогда я впервые столкнулся с тарифами, со спецификой эксплуатации котельных, какие люди работают, как уголь завозится, каким образом транспортировка осуществляется и так далее. То есть все процессы познал. Сейчас я уже хороший специалист в этом.

И вот в 2022 году я в первый же рабочий день встретился с зампредом правительства Забайкальского края Сергеем Гордеевым и министром ЖКХ Ильей Золотухиным (оба уже не работают в регионе. — Прим. ред.). Так как у меня, в отличие от Яковлева и остальных, опыт взаимодействия с чиновниками был большой, я быстро нашел общий язык, заключил Дальневосточную концессию о строительстве котельной в Первомайске. Компанию эту вместе с Курчатовым назвали «СПК Первомайское», и я стал ее первым директором. Зарегистрировал и ее, учредителем выступила 100% «Генерация». Потом, в 2023-м, они мне передали небольшую часть компании. То есть я стал еще участником.

— Сколько?

— Это уже коммерческая тайна, не скажу.

— Как власть отреагировала?

— Котельную в Первомайском мы готовили основательно к отопительному сезону, делали текущий ремонт и капитальный, котельная быстро строилась. Команда губернатора Александра Осипова, когда увидела, как мы работаем, предложили взять на себя ответственность за третий по численности город в Забайкальском крае — город Борзю, там 30 000 человек проживает, так как отопительный сезон 2022–2023 годов был очень тяжелый: люди замерзали в городе, котельная была сильно «уставшая», у эксплуатирующей организации не было средств и сил. Нам сказали: «Заходите и подготовьте к зиме». Мы зашли, отремонтировали два котла из трех, восстановили автоматику, оправдали себя, так открыли «СПК Борзя». Потом еще два населенных пункта дали в Приаргунском округе подготовить, ситуация была аналогичная.

Затем банкротилась такая же компания, как ГУП ЖКХ у нас в Якутии, а у нее 10 районов Забайкальского края было (речь идет об АО «ЗабТЭК», эта организация занималась обслуживанием котельных в регионе, принадлежала правительству. — Прим. ред). И губернатор сказал мне: «Вы подумайте, сколько можете районов забрать». Мы выбрали три, зашли. А остальные семь никто не захотел брать, там не было даже угля на объектах теплоснабжения. Губернатор с зампредом по ЖКХ и главами округов посовещались, лично меня попросили и их взять. Мы у себя разработали план по подготовке и забрали объекты. И вот так у «Генерации» получилось 13 районов Забайкальского края, а я стал генеральным директором. Со мной заключили контракт на три года.

— Не страшно было брать столько объектов сразу? Ты же из Якутска, регион другой, люди другие, вообще не твоя сфера.

— А для меня область ЖКХ — это как бюджетное учреждение. Все доходы, расходы регулируются же государством, вплоть сколько канцелярии ты купишь, сколько прибыли должно быть — не больше 5%, — и так далее. Учитывая то, что я был чиновником всю жизнь, мне-то это всё знакомо, так как услуги теплоснабжения, водоснабжения и водоотведения — это вопросы местного значения, я сталкивался с этим по прежней работе. Я в этом как рыба в воде. Плюс, как котельную построил или отремонтировал, так сразу видишь эффект — люди не мерзнут. То есть этот результат прямо чувствуется. Мне это очень понравилось.

Все думали, что мы провалимся, а мы всё подготовили, в 2024 году отработали, и губернатор нас похвалил. А ребята-учредители обалдели, потому что «Генерация» — маленькая компания из Якутии с выручкой 50 миллионов рублей, а тут за два года она стала межрегиональным оператором с выручкой 5 миллиардов рублей и численностью 2300 сотрудников. Компания выросла в 100 раз. Ну и всё — они потеряли голову.

— Что ты подразумеваешь под «потеряли голову»?

— Говорят же: дай человеку власть, а в данном случае — деньги. Вот они совсем обнаглели. Они выходцы из коммерции, предприниматели, а значит, естественно, им нужна прибыль, это же понятно. Но у нас компания теплоснабжающая, мы отвечали за отопление, энергию, воду, за тепло в домах людей. Тут «пилить» нечего. Но они начали на меня давить, чтобы я дал часть выручки. Представляешь, какие это деньги (из 5 миллиардов рублей это выходит 250 миллионов рублей. — Прим. ред.)?

Чисто юридически они имели полное право распоряжаться прибылью — они же учредители. Но проблема в том, что у нас этой прибыли по факту не было. То есть по бумагам доход как будто бы есть, а в реальности из 100% выручки у нас на руках только 80%, потому что некоторые компании не приносили прибыль. Мы же выставляем счета на оплату, из этих счетов 20% не собирается вообще. Некоторые не в состоянии платить. Но то, что ты не собрал с людей эти деньги, твои проблемы.

— Ты отказался платить?

— Отказался. У меня характер такой, который не продавишь. Я пытался им объяснить, что если дам им столько денег, то наши объекты просто встанут, а это чревато последствиями. Короче, не послушался.

Ну и понеслась. Конфликт начался в сентябре 2024 года, а в декабре директор по правовым вопросам «Генерации» Ирина Захарова поменяла мой контракт, сократив срок договора с трех лет на год, приписала, что учредители имеют право уволить меня в любой момент без объяснения причин. Так они пытались меня контролировать. Но при этом указали в договоре новом, что выплатят после увольнения компенсацию. Потому что по трудовому законодательству нельзя просто так уволить человека.

Артем Яковлев подписал мой новый трудовой договор, выслал в Читу — я же переехал туда жить в 2023-м, а они все живут в Якутске. Я прочитал договор и согласился на их условия.

— Ты имеешь в виду, что согласился из-за «золотого парашюта»?

— Да. Мне же на что-то надо было жить, если меня уволят, у меня кредиты и так далее. И должно быть время, чтобы я работу нашел. Поэтому пошел навстречу учредителям. Ну ладно, уволят так уволят, черт с ним, подумал я. Мне просто не хотелось раздувать конфликт. Я надеялся, что всё как-нибудь уляжется. Потом еще три месяца нормально работали, вроде всё утихло. А потом в апреле опять началось.

— Почему конфликт возобновился?

— Потому что бухгалтерский баланс сдается в апреле. Эти ребята опять увидели, что прибыль появилась. Опять сказали мне: «Отправь деньги». А я как бы уперся рогом: «Нет, не отправлю». Потому что этих денег не существует. Это дебиторка, и ее надо собирать, это займет еще несколько лет. При этом нужно к зиме подготовиться.

Надо понимать, что в тарифе заложено всё: зарплата, капремонт, уголь и так далее по мелочи. Допустим, если бы выручка была 100 миллионов рублей, то, условно, 20 миллионов из них уходит на капремонт. А ты эти 20% не собрал, значит нужно аккумулировать деньги.

Если бы я им перечислил, то у нас не хватило бы денег на уголь, на зарплату, всё могло бы замерзнуть. Тогда уже меня по закону привлекла бы прокуратура, началось бы следствие по статье, ведь гендиректор за всё отвечает. В итоге меня могли бы посадить. Нафиг мне это надо? Поэтому я принципиальную позицию занял: «У меня отопительный сезон, никому не отправлю». В итоге летом меня уволили.

— Не в апреле?

— Нет, конечно. Кто бы меня во время сезона уволил? Тогда бы с хозяйством разбираться было некому, за всё ответственен был ведь я.

— А «золотой парашют» выплатили?

— Нет. После увольнения я три месяца сидел без денег и без трудовой книжки. Они мне ее выслали только в ноябре по почте.

— В то время в СМИ обсуждали разделение «Генерации», твое увольнение, срыв отопительного сезона, а потом уже и суды. Как дело дошло до этого?

— Учредителей в «Генерации» было пятеро, и двое выступили против моего увольнения, но по решению большинства я ушел. Уже в августе оттуда ушли Андрей Бойлохов и Александр Курчатов, им сейчас принадлежит «дочка» «Генерации» — это «ДВ Инжиниринг» и еще котельные в Забайкалье. За «Генерацией» осталась СПК «Первомайский» и еще одна дочерняя компания.

Просто надо понимать, что 13 районов, которые отапливала «Генерация», — это 13 глав, это совершенно разные люди, с которыми нужно уметь взаимодействовать. Возможно, Яковлев и его команда поняли, что попали в сложную ситуацию, когда надо управлять большой махиной, где 124 объекта теплоснабжения, порядка 40 объектов водоснабжения. У них не хватило компетенций или они не смогли сработаться с коллективом. В то время надзорные органы начали их спрашивать — почему не готовитесь к зиме? Я уже говорил, что подобное чревато последствиями, за такое могут посадить. Возможно, они испугались, и поэтому в срочном порядке перед отопительным сезоном передали котельные бывшим соучредителям.

— То есть учредители «Генерации» разошлись и друг с дружкой поделились?

— Выходит, что так. При увольнении меня же кинули, то есть не заплатили денег. Трудовую книжку вовремя не отдали. Значит у меня возможности трудоустройства не было. Потом я здесь открыл свою компанию. Называется «Акционерное общество „Энергия“». Часть объектов «Генерации» по теплоснабжению взял в аренду и эксплуатирую. Потом мы с учредителями Бойлоховым и Курчатовым объединились, вместе уже работаем. В сентябре я подал в суд на «Генерацию» за нарушение моих трудовых прав.

— А они подали в суд на тебя?

— Тут немного сложнее. Они подали в суд не на меня, а на самих себя. Я не как ответчик выступаю, а как соответчик.

Артем Яковлев после ухода Бойлохова и Курчатова взял в соучредители Ирину Захарову, директора по правовым вопросам «Генерации», которая разрабатывала мой контракт с «золотым парашютом». И она после этого подала в суд на «Генерацию», указав, что Яковлев принял неправомерное решение в интересах исключительно одного работника, без учета финансового положения компании. Хотя после подписания контракта в 2024 году я еще семь месяцев работал на условиях нового договора и никто из них не возмущался.

А все оставшиеся учредители с иском согласились. Мне кажется, они просто сели за стол, обсудили положение и приняли общее решение.

— Если в «Генерации» разрабатывали этот контракт, зачем им обращаться в суд?

— Как мне сказали мои юристы, они оттягивают время, потому что это дело заведомо проигрышное для них. Но они просто не хотят платить. Может, из принципа, не знаю. Пока дело находится в гражданско-правовом поле. Я в прокуратуру не обращался еще. В арбитражном суде рассмотрение займет три месяца. Потом Захарова пойдет в Верховный суд, Дальневосточный кассационный суд и так далее. Когда они полностью проиграют все суды, иск может подать другой соучредитель. И так по кругу. Лишь бы не платить.

— В прошлом году еще выходили разные публикации в СМИ, где дискредитировали конкретно тебя. В CHITA.RU писало, что на тебя написали заявление о мошенничестве.

— Много чего писали летом прошлого года, всего вышло 13 видеороликов и различных статей, если я не ошибаюсь, в том числе и в «ЗабТВ». Они всякую чушь придумывали, вплоть до того, что я оказывается криптовалютой какой-то занимаюсь. Да я в жизни никогда этой фигней не страдал. Я чиновником 11 лет проработал и пришел в ЖКХ, какая еще крипта? На все материалы в СМИ я написал заявление в полицию о клевете. В МВД мне уже ответили, что проверка по публикациям проведена.

Эти новости жили два-три дня, а потом просто сдохли. Знаешь, в жизни ты можешь сидеть в пиджачке, в рубашке, обманывать людей месяц, два, три, и это всё равно выйдет. И в конечном итоге провалится вся тактика. Артем Яковлев, кстати, еще и обвинил меня в мошенничестве. Следствие сейчас проводит проверку. Но я уверен, что состава преступления нет.

— Почему ты не выступал в свою защиту через СМИ?

— Я нигде ничего не делал специально, чтобы драки не было. Яковлев думал, что я отвечу ему тем же. Он просто подвержен влиянию СМИ, потому что никогда не работал в органах власти. Думал, что как-то на меня можно повлиять, уничтожить. А мне плевать. Я как бы молодой. Это люди в возрасте ломаются психологически из-за подобного внимания СМИ. А для меня это, наоборот, мотивация. А эти ребята очень эмоциональные, вот так работают. Не очень красиво и порядочно.

Хотя на тот момент это была топовая тема, Яковлев везде выступал, говорил, что сам всё сделает. По итогу, как я уже сказал, разошлись с учредителями и не смогли подготовиться к зиме. Отдали котельные самые убыточные «ДВ Инжиниринг».

И в третьих, я никому до сих пор, кроме тебя, не рассказывал всё это, потому что не хотел давать интервью и что-то обещать. Вдруг бы мы реально не справились с отопительным сезоном. Но сейчас уже понятно, что мы всё, справились.

— Кроме СМИ, еще и депутат Госдумы Андрей Гурулев тоже выступал по теме ЖКХ в прошлом году, в августе даже планировал разобраться, что там происходит с ЖКХ в Забайкалье. Он поддерживал Яковлева или тебя?

— Гурулева я знаю. Когда этот конфликт начался, он вмешивался, но первое время поддержал Яковлева. Возможно, он думал, что тот реально управленец. В итоге в конце отопительного сезона Гурулев сказал про нас: «Да, нужно их поддерживать».

Мы отопительный сезон прошли. Кто бы что ни говорил, мы справились — я говорю про АО «Энергия». У нас сейчас 14 районов, 54 населенных пункта. Тепло, вода, водоотведение — всё работает. Вот Гурулев и замолчал. У меня к нему претензий нет, он знаменит, лидер общественного мнения, мы с ним встречались на многих наших объектах в разных районах, он общается с моими директорами подведомственных организаций, потому что выборы в Государственную думу осенью. Он себя позиционирует как человека из отрасли ЖКХ.

Но мы не политизированные, мы, скорее, больше за здравые проекты без лозунгов. Я принципиально держу дистанцию от выборов, у нас своих проблем много. Коллектив у нас большой, порядка 2600 человек работает в компании, и они обязательно пойдут на участки в день голосования. Выбирать будут по своему усмотрению.

— Откуда у тебя в «Энергии» 2600 человек? У тебя компания всего год работает.

— После моего увольнения из «Генерации» большинство сотрудников уволились следом за мной.

— Сотрудники — это кто? Бухгалтеры, администраторы или кочегары?

— Центральный аппарат, руководители всех звеньев, кочегары в том числе. У меня сейчас куча кочегаров, слесарей, машинистов, электриков и так далее. Яковлев после моего ухода сказал, что сам будет всем управлять.

— И эти люди ушли за тобой от президента компании по старой дружбе или как?

— Они просто знают меня и видят, как я работаю. Я ведь руководил несколько лет. ЖКХ — это сложный бизнес. Яковлев хоть и учредитель, но у него компетенции организовать все 13 районов не было. Когда он передал часть моим соучредителям, рассчитывал, что мы не справимся, провалимся, а у нас всё получилось. Мы, наоборот, лучше стали работать. Потому что ругани нет. Поэтому теперь у меня в компании работает 2600 человек, есть 14 объектов. Я создал девять юридических лиц, чтобы каждый район отвечал сам за свои объекты.

— Зачем ты это сделал?

— Исходя из знания нормативки. У нас же как было в гордуме? Основной нормативно-правовой акт — это 131-й Федеральный закон об общих принципах организации местного самоуправления. ЖКХ — это полномочия местные. И у меня задумка основная была не создать большой холдинг, который будет управляться только с Читы, а создать компании, которые будут принимать решения самостоятельно.

14 районов — это 14 разных глав. Поэтому мои директора вместе с ними, депутатами, с прокурорами местными всё делают сами. Здесь же, в центральном аппарате, мы им поддержку оказываем, то есть защищаем тарифы, контролируем, утверждаем капитальный ремонт, у нас централизованная бухгалтерия и так далее.

Такая система застрахована от рисков: если какой-то директор накосячит, он и ответит, а не погубит всю «Энергию». В Якутии одно большое ГУП ЖКХ, и, если, например, какой-нибудь начальник заморозит котельную где-нибудь в Булунском улусе, отвечать за это будет не он…

— А министр Вячеслав Емельянов?

— В Якутии ГУП ЖКХ работает по-своему. Есть один министр и есть гендир, за всё отвечают они. А у меня чуть иначе — кто накосячил, тот и отвечает. Есть девять директоров на 14 объектов. Они за них и в ответе. Такая система управления.

— Ты сделал автономию, чтобы они сами по себе работали, а ты их контролировал. Потому что на местах люди лучше понимают, что происходит в этом районе?

— Совершенно верно. Я смотрел на будущее, если вдруг какой-нибудь директор окажется коррупционером, нельзя этого исключать, чтобы из-за него все не пострадали. То есть все девять компаний — они независимы. Второй момент, может быть ситуация, что какой-то учредитель-придурок директора уволит или еще что-нибудь…

— Это ты на своем опыте предугадал?

— Да. Компания независима от учредителей, неважно, что они там порешали, услуги ЖКХ всё равно оказываются, люди не страдают. Вот и всё. И никакого перекрестного субсидирования: если ты не зарабатываешь, никто тебе отправлять деньги не будет. Ты сам должен зарабатывать. И не будут жители Борзи платить за жителей Шилки, условно говоря. Они должны быть все самодостаточными.

— Ты просто всё, что наработал, пока был чиновником, использовал?

— Верно. И такая система нормально работает. Во всех смыслах это более эффективно. В Якутии школа чиновников сильнее развита, чем здесь. Когда я в Минарктику ушел с Санычем (Александр Саввинов, экс-председатель Гордумы от Якутии. — Прим. ред.), у нас на одно место конкурс объявили, и желающих было 80 человек! То есть школа чиновников у нас сильная, все стремятся к чему-то. И в Якутии народное порицание есть к ним. Если ты что-нибудь сделал не то, аукнется сразу. И у нас подход в Чите свой: мы стараемся объединить, команды создать, работать. Вокруг этого всё и держится. У меня хорошие отношения с губернатором Забайкальского края Александром Осиповым. Я вот в пятницу был только у него, докладывал по отопительному сезону, презентацию отправил (разговор произошел в марте. — Прим. ред.).

— Ты вначале сказал, что ваши отношения с «Генерацией» перешли на личностные. Что ты имел в виду, помимо того предложения «попилить» доходы.

— Изначально у нас с Яковлевым были отношения не очень. Я провластный всегда был, у меня сын — Владимир Владимирович…

— В честь Путина?

— Ну да. А Яковлев — против всего. Мы еще в первые дни, когда ехали в Читу, поругались в машине: он начал нести какую-то чушь политическую. Я ему: «Ты эти темы вообще не поднимай, ругаться не будем». Как-то уладили, но осадок остался. Плюс он специфичный товарищ, хотя вроде ему всего 40 лет. И всё время пытается уйти в политику, зависть какая-то, или что, понятия не имею. Даже когда я был гендиректором, он ввел новую должность — второго исполнительного органа. Угадай, как он ее назвал.

— Второй гендир?

— Нет. Президент. Представляешь? В Якутии это, наверное, единственное общество, где два гендиректора: один — гендиректор, другой — президент. Тут над ним из-за этого шутили, потому что в Забайкалье подобное не очень любят. Теперь Яковлев только у себя президент, у него человек 10 работает в аппарате «Генерации» и в Первомайске, может, 150 наберется.

— Если Яковлев оппозиционер, как он познакомился с Евгением Григорьевым? Григорьев у нас руководитель регионального отделения партии «Единая Россия», мэр Якутска, он тут с алкоголизацией населения борется.

— Яковлев учился в Хабаровске, а Григорьев, как я понял, возглавлял ассоциацию выпускников, которые за пределами республики учились (Евгений Григорьев сам окончил Бауманку в Москве. — Прим. ред). И плюс Яковлев подал заявку на «Лидеры России», участвовал. Там с Григорьевым и познакомились.

— Но он поддерживал Григорьева?

— Да, поддерживал в то время. Сейчас уже не поддерживает.

— В Забайкалье у вас есть компании теплоснабжающие, как у тебя?

— Нет. Самая большая теплоснабжающая, ресурсоснабжающая компания в Забайкальском крае — это «Энергия». В прошлом году это была «Генерация», а сейчас мы.

— Ты что, монополистом там стал?

— Есть еще ТГК-14 в Чите, но они про энергетику больше.

— Ты переехал в Читу на ПМЖ. Как тебе город по сравнению с Якутском?

— Чита объективно теплее, жизнь дешевле, чем в Якутске, продукты, даже те же полуфабрикаты, очень качественные. И вкусно. Есть кафе «Аян», часто туда ходил раньше. Единственное, с чем сложно мириться, — экология: зимой сильно дымно, и вода хуже качеством.

— А личная жизнь?

— Тут всё сложно, если честно. В Якутск приезжаю раз-два в год. Но в целом доволен. Здесь я вижу плоды своей работы каждый день. Мне это очень нравится. Главное — держать фокус на людях и реальных задачах, а не на «бумажных» отчетах.

— Не жалеешь, что ушел из политики в ЖКХ?

— Ни о чем не жалею. Когда люди не мерзнут — это и есть результат. В 2023 году я построил тут котельную «Первомайский», мой первый проект. Он до сих пор работает, приносит прибыль «Генерации». Свою долю я отдал Яковлеву.

— Ту самую долю, о которой мы говорили в начале разговора?

— Да.

— И за сколько продал?

— За очень маленькую сумму, условно скажем 500 рублей. Без шуток. В августе 2025-го я сознательно отдал их обратно. Я понимаю, что объект «Первомайский» новый и может приносить прибыль, но здесь дело в другом — я не хочу с этими людьми иметь ничего общего.