Простая арифметика приёмных семей

Рыбкины из Улан-Цацыка Оловяннинского района и Косауровы из Хилка – две из 81 приёмной семьи края. Только у них воспитывается семь приёмных детей. И хотя Рыбкины и Косауровы по разным причинам приняли чужих детей, как родных, проблемы у них схожие – финансовые. Решить эту проблему должен был законопроект об увеличении выплат приёмным родителям, который краевые депутаты приняли в конце сентября сразу в двух чтениях. Правда, простая арифметика показала, что денег у таких семей не стало разительно больше.

Помощь на бумаге

В сентябре депутаты решили, что выплаты приёмным родителям должны быть увеличены с 2 500 тысяч рублей до 2 540 рублей в месяц за одного взятого на воспитание ребёнка с учётом районного коэффициента, за двух – до 5 070, за троих детей – до 7 230 рублей. Размер указанного вознаграждения будет увеличиваться на 10% за каждого последующего за третьим ребёнка, принятого на воспитание в приёмную семью. Сумма возрастает на 50%, если речь идёт о сироте, ребёнке, которому меньше трёх лет, или ребёнке-инвалиде.

По словам Елены Косауровой, они ждали такое увеличение ещё несколько лет назад, когда семейно-воспитательные группы стали называться приёмными семьями. Прежде родители из такой группы получали заработную плату, им шли отчисления и стаж. Как вспоминает Елена, их семья ежемесячно получала около 16 тысяч рублей. Отдельно выделялись деньги на питание и одежду. Но в конце 2008 года такие группы перестали существовать.

«Нам предложили стать семейно-воспитательной группой одним из первых в крае. Это было экспериментально. Пробовали – приживётся ли такая семья. Нам говорили, что будут платить, что есть льготы. Так и было. Потом сказали – группа сама себя изжила - либо переходите в приёмную семью, либо возвращайте детей. Но как их отдавать? Мы и перешли», - вспоминает Елена Косаурова.

По её словам, семьям говорили, что они ничего не потеряют кроме стажа и отчислений. На деле всё оказалось по-другому. Обоим родителям стали платить по 2 500 тысячи, с учётом различных накруток выходило около трёх, а на каждого ребёнка выделяли ещё по 5 550 тысяч – на продукты и средства гигиены. Со временем одну заработную плату и вовсе убрали полностью.

«Нам платили по три тысячи рублей – мне и мужу. Выходило нормально, затем у мужа убрали это вознаграждение. Сейчас на каждого из трёх приёмных детей получаем деньги. Но мы не ощущаем нехватки - потому, что держим своё хозяйство», - говорит Лариса Рыбкина.

Благодаря новому закону, в октябре Косауровы получат около 9 тысяч рублей – получается, что их доход увеличился всего на три тысячи. Эта сумма, по словам матерей приёмных семей, максимальная – некоторые получат всего на полторы тысячи больше.

Деньги в деле

Всего в приёмных семьях края воспитывается 165 несовершеннолетних детей. В Чите, например, приёмных семей нет. В Приаргунском районе таких - всего три, в Читинском и того меньше – две. Передовым в этом вопросе считается Могойтуйский район – там приёмных семей 34. Бюджет этих семей, даже исходя из разговоров с Косауровыми и Рыбкиными, считается просто: деньги, которые выделяются на каждого ребёнка, плюс вознаграждение одного родителя. Вот и всё. Остальная сумма зависит от того, как поработают члены семей – кто на собственном подсобном хозяйстве, кто в своей небольшой фирме.

«Я раньше работала на почте. С работы сократили. 10 лет была дома, занималась только хозяйством. Мне сказали, что можно взять детей, устроившись на работу. Предложили двух девочек. Дома поговорили и решили, что возьмём их – пока силы есть», - вспоминает семилетнюю историю мама приёмных Тани, Оксаны и Васи Лариса Рыбкина.

Сил всей семьи сейчас хватает на большое подсобное хозяйство, в котором содержатся 14 коров, курицы. Лариса Рыбкина говорит, что жить, конечно, тяжело. Но и такое увеличение – подспорье для семьи: «Помощь, которая сейчас начислена – это большой плюс. Можно дополнительно что-то детям купить. У меня девочкам 12 и 13 лет – они учатся в шестом классе, мальчику семь лет – первоклассник. Сейчас мы на эти деньги берём только необходимое. Их всё равно мало. Много денег идёт на продукты».

Мать и отец приёмной семьи занимаются только подсобным хозяйством и детьми – основной работы у них нет. Дети помогают родителям в меру своих возможностей. Мама Лариса говорит, что крупные вещи детям покупают с тех денег, что удалось сэкономить. А дети хотят, например, компьютер. Но только на сборы девочек в школу из семейного бюджета ушло около 15 тысяч рублей.

У Косауровых детей шестеро – родная дочка четырёх лет, усыновлённый сын 12 лет и четверо приёмных детей от 11 до 17 лет. Их мама Елена раньше работала в реабилитационном центре, куда поступали такие дети. Сначала взяли одну девочку, потом вторую… Последнего ребёнка в семью забрали около пяти лет назад. Сейчас почти все дети – школьники. И их сборы обошлись значительно дороже.

«Мне пришлось купить пять пар китайской более-менее нормальной обуви. Только на парадную обувь я отдала почти 5 тысяч. На покупку учебников ушло 16 тысяч. Около 9 – 9,5 тысячи ушло на покупку костюмов и блузок. Это минимум. Мне эти деньги никто не вернёт. Как сентябрь – доход в нашей семье падает до минимума. Не можем даже кредиты платить. А детей нужно одевать. Деньги, которые собирали на какую-то покупку, тратим на одежду», - подсчитывает Елена Косаурова.

Она отмечает, что в это же время нужно платить за электричество, покупать продукты. На обед семьи из восьми человек требуется около килограмма мяса и 12-литровая кастрюля супа.

«У нас есть свой маленький бизнес, большая часть денег идёт на детей – и компьютер надо, и канцелярию надо. Только на завтраки в школе мы каждый день даём 100 рублей. А на лекарства? В прошлом году загрипповали все шестеро. Пачка «Арбидола» стоит 180 рублей. Я накупила его почти на тысячу», - подбивает семейный бюджет Косаурова.

Елена вспоминает, что несколько лет назад их семье помогали, чем могли в реабилитационном центре – выдавали одежду, выбивали лекарства. Сейчас такой помощи нет. Косауровых, например, когда они обращаются за помощью, просто спрашивают: «Зачем тогда брали детей?»

«Если бы знала, что всё перестанут платить, я бы никогда не стала брать на себя такую ответственность и набирать такое количество детей. Все меня спрашивают – зачем? Но мне платили нормальные деньги. Я бы ещё двух-трёх взяла. Но на что их кормить?», - отвечает Елена Косаурова.

Рыбкины и вовсе перестали просить помощь. Один раз попросили местную администрацию свозить ребёнка в больницу – им отказали.

Елена Косаурова рассказывает и о том, как такая помощь может стать неприятной. Этим летом никто из её ребят не отдыхал в лагерях – на приёмных детей государство выделило по 7 200 рублей. Эти деньги должны были пойти в счёт оплаты путёвок лагерей, которые выиграли специальный конкурс. Вот только самая дешёвая путёвка в тот же лагерь, который расположен в Хилке, стоила 13 тысяч рублей. Разницу в сумме должны были возместить приёмные родители. Стоит учесть, что выделенные 7 200 не давали на руки, то есть родители не могли найти лагерь дешевле.

«Получается, что 30 тысяч рублей я должна вложить, чтобы свозить детей. А путёвки есть и на Чёрное море за 42 тысячи. А где брать такие суммы? Потом в школу нужно собирать. Мы подкопили деньги и вывезли детей на Байкал на три дня дикарями», - вспоминает летний отдых Косаурова.

Елена сразу же говорит, что в федеральном законе прописано: приёмные родители имеют право на совместный отдых с детьми. Но их семья ни разу не отдыхала вместе.

На вопрос выплачиваются ли деньги приёмным родителям без задержек, отвечает: «В начале 2009 года могли два месяца не платить. Мы подавали заявление в местную прокуратуру, потом написали в Москву. Устроили заваруху. Они стали платить вовремя, но не по федеральному закону», - говорит Елена Косаурова.

Не по федеральному закону – значит не на месяц раньше, как положено.

«Если бы нам сейчас дали за октябрь, мы бы погасили свои долги, нам бы легче жилось. Мы не брали бы продукты в долг, а получили бы деньги и жили на них, но у нас сейчас всё наоборот», - разъяснила Елена.

Если бы, да кабы

По данным пресс-службы заксобрания, три года назад в крае было всего две приёмные семьи. С принятием регионального закона о материальной поддержке приёмных семей ситуация изменилась: на 1 января 2009 года статус приёмной имела 61 семья.

Две семьи – участники этого разговора – говорят, что с радостью взяли бы на воспитание ещё несколько детей, но не могут это сделать из-за нехватки денег.

«Мне предлагали взять ещё одну девочку. А я подумала, четверых детей мне не поднять. После 18 лет оплата заканчивается, а детей нужно и дальше поднимать – пока они учатся. Я отказалась её принять – нашла родственников, которые оформили над ней опеку. Сейчас не планирую брать детей. Если бы был большой дом, я бы ещё детей взяла», - с уверенностью говорит Лариса Рыбкина.

С ней согласна и Елена Косаурова: «Если бы давали больше денег, взяла бы ещё маленьких детей. С ними интересно, сейчас помощников много. Но на такие копейки – нет. Сейчас все доходы уходят на детей. В чём-то себе отказываем. Надо детям купить – тратим на них последнее».

Положение в семье Косауровых могла бы облегчить и ещё одна строчка в законе: перерасчёт вознаграждения за 2010 год по новым условиям. Хотя перерасчёт для этой семьи составлял бы около 100 тысяч рублей, у них бы появились дополнительные кровати, стиральная машинка и хорошие одеяла.

«Но перед нами помахали этими деньгами и решили их не выплачивать», - говорит Елена Косаурова.

Юлия Золотуева