Путешествия выходного дня: Чаша Чингисхана

На подъезде к Нижнему Цасучею, на границе Агинского и Ононского районов в тянущихся к горизонту степях раскинулось урочище Малый Батор. В нём, по левую сторону могучего Онона, по преданию, умер Чингисхан. А по правую сторону — родился.

Пыльная дорога убегает от трассы вглубь урочища и упирается в Тогон Шулуун. Камень-котёл. Чашу Чингисхана. Огромная, высотой с одноэтажный дом гранитная плита в форме чаши с ободком по краю покоится на камнях поменьше тысячу лет.

С ней связана не одна легенда. Говорят также, что сам Чингисхан приказал вырубить в монолите чашу, когда пришел умирать на берег Онона. Здесь он велел похоронить себя — на дне реки. Для этого пришлось отвести воду и осушили русло реки. Вырубленную чашу на трех звериных лапах он велел поставить на берегу Онона, а затем умер. Пленники хана отвели воду, тело хана положили на дно, затем воду пустили по прежнему руслу. На поминках весь народ пил вино из вырубленной чаши целых три дня.

Памятник природы — объект религиозного почитания среди местных жителей. Рядом с Чашей стоит сэргэ, обвязанный хадаками и лоскутами. Так же, как ветви яблоньки. Ветер, которому в степи свободно и счастливо, надувает эти небесного цвета паруса.

Вокруг чаши вытоптана тропинка — путь «гороо», обхода вокруг наиболее почитаемых мест, совершаемого нечётное число раз и «посолонь», «то есть по часовой стрелке, в том же направлении, в каком солнце совершает свой дневной путь».

Недалеко от святыни по урочищу раскиданы в неведомом порядке гранитные плиты особых значений — восемь гранитных останцев. «Верблюд», «сердце», «дом», «люлька». С холма открывается волшебный вид на Онон в тонких льдинках и ещё припорошенных снегом берегах. Впрочем, сейчас, должно быть, и нет уже снега. И отцвели рассыпанные лиловые звёзды ургулек. Остались ветер, камень и сила намоленных мест.