«Всё равно не понимаю, родного человека и в печь». Читательница «Чита.Ру» рассказала о крематории так, чтобы вы поняли

Смерть — это, пожалуй, единственное, в чем живущие могут быть полностью уверены. Вот 100% мы все умрем, и вовсе не стыдно и не страшно подумать заранее о том, какое погребение ты для себя выберешь. Меня всегда напрягала перспектива лежать в земле — не моя это стихия. Поэтому я фоново слежу, не появится ли где рядом крематорий.

Появился — в Улан-Удэ, и из Читы можно оформиться пока с помощью двух организаций. Я на днях написала про это новость.

Оказалось, что Забайкальская мемориальная компания читинца Виталия Шляхты отправила за 2022 год в Бурятию уже 8 усопших на огненное погребение. Под публикацией отозвалась читательница, Ирина, сказав, что среди этих 8 человек была ее мама.

Она очень отзывчиво и деликатно отвечала на комментарии в дискуссии, даже говоря с теми людьми, которые осуждали ее решение. А потом она рассказала мне, как всё прошло, туда же я добавила ответы Ирины из чата. Мне кажется, получилась все-таки история о любви.

— Мы живем в Чите по работе, но рано или поздно уедем. Родни здесь у нас нет. Все на западе. Разные бывают у людей обстоятельства. Мы, например, не местные. Хоронить родных в Чите нет смысла, ведь мы уедем, а кто будет ухаживать за могилой?

(Дальше Ирину спросили, собирается ли она «таскать» за собой урну с прахом при переезде).

— Она будет находиться в колумбарии в Красноярске. Там вся родня. Таскать ее не будет необходимости. Но если уедем дальше, то да, перевезем в колумбарий того города, где будем жить. Не вижу в этом никакой проблемы. И мамочка при жизни одобрила бы наше решение, я уверена.

Мама долго болела и умирала мучительно. Мы с сестрой решили кремировать. Узнали всё и оплатили процедуру. Единственное, что мне не очень понравилось, — когда я пришла, чтобы оплатить кремирование, в этой Забайкальской мемориальной компании сказали, что терминал не работает. Но потом он заработал, я всё оплатила.

На следующий день, когда мы с дочкой пришли, нам дали полчаса, чтобы попрощаться. Они спросили, будем ли мы заказывать ритуальный зал, но нам зачем? Мы всего лишь вдвоем, муж в отъезде. Нам в какую-то подсобку поставили гроб прямо на пол. Когда мы зашли, были вообще в шоке, но там уже не было сил выяснять, ругаться.

Я просто встала на колени рядом с гробом. Еще пока мама была жива, она просила меня включить ей на похоронах песню. Музыку из кинофильма «Мой ласковый и нежный зверь» (12+). Я включила, мы с мамой попрощались, и тело увезли.

Буквально через двое суток привезли урну с прахом, там все документы. Можно было заказать видео именно того, как маму кремируют. Я такое не стала заказывать, потому что это слишком тяжело. Всё, привезли урну. Это обошлось намного дешевле, чем похороны. Опять же минус в том, что здесь нет колумбария. Урна пока у меня стоит. Планирую, как в Красноярске откроется колумбарий, отправить урну туда.

(Ирина объясняет, почему так вышло, что они с мамой оказались в Чите, хотя родом и не отсюда).

— Я сама из Новосибирска. С мужем приехали в Читу в 2003 году. Здесь выросли детки. Дочка уже уехала учиться в Москву, окончила 1-й курс университета с отличием. Сынок учится в гимназии № 4 в 6-м классе. Мама болела, поэтому мы забрали ее в Читу.

В Красноярске у нас много родственников живет. И в Новосибирске. Поэтому и было принято решение о кремации. Как бы мы ни любили Читу, всё равно придется уезжать.