«Собак, получается, жалко, а сборы на лечение ребенка с онкологией игнорируем». Как относиться к читинским бездомным псам

Кажется, Читу оккупировали бездомные псы. Во многом благодаря тому, что находятся добрые люди, которые подкармливают и всячески защищают бродячих собак. Как относиться к беспризорным животным, в своей колонке размышляет колумнистка Любовь Никитина.

Начну с признания, которое понравится далеко не всем. Я не люблю бездомных собак. Читайте, пожалуйста, глазами: не ненавижу, а просто не люблю и предпочитаю держаться от них подальше. При виде хвостатой стаи у меня нет желания почесать за ухом пса, и я знаю, что не одна такая.

Но есть и другие люди. Они видят бездомную собаку и достают из сумки заранее припасенные куриные косточки, а возле подъезда наливают в миску борщ. И чувствуют себя героями. «Бедненькая, голодненькая, надо покормить».

Не надо! Если вы думаете, что угостили супчиком голодного кобеля, то ошибаетесь. Вы прикармливаете свору хищников со своей иерархией, территорией и правилами. Прикармливаете животных, которые не знают жалости. В стае есть вожак, есть «шестерки» и рождаются щенки. Есть территория, которую они метят и защищают. Да, генетически они собаки, но социально псы уже прошли путь одомашнивания в обратную сторону. За несколько поколений беспризорной жизни у них сформировалось то же дикое поведение, что и у волков.

Теперь представьте: приходит добрая женщина с куриными косточками. И еще раз приходит, и еще. Собаки запоминают место кормежки и расширяют свой участок, чтобы включить ту тетю в список своих поставщиков питания. Барбосы наглеют и ревностно охраняют вдруг появившуюся «столовую». Но на эту собачью территорию также заходят дети, которые идут в школу, пенсионеры, курьеры, мамы с колясками. И если кто-то из прохожих побежит, упадет или просто покажется собаке угрожающим, то стая атакует.

Я разговаривала с людьми, которые подкармливают бездомных животных. У них просто железобетонная система аргументов, которую не берет никакая логика.

— Они же хотят есть.

Да, хотят, но собачьи инстинкты не знают морали. А ваша мораль, подкрепленная куриными косточками, работает против вас же.

— Она же стерилизована! — и две сардельки летят в собачью пасть.

Стерилизованные собаки тоже кусаются и тоже сбиваются в стаи, если вы не знали. Стерилизация решает проблему размножения, но не проблему агрессии.

И самое опасное заблуждение: «Они добрые, не бойтесь!» Да, собака добрая к вам, как к источнику еды. Ко мне без еды она будет относиться как к чужаку. И если она виляет хвостом вам, это не значит, что она полюбит и меня. И самый экзотический аргумент: «Собаки очищают город от крыс и мусора». В следующий раз, когда увидите возле подъезда разорванный в клочья мусорный пакет, скажите спасибо санитарам. А крысы, кстати, прекрасно уживаются с собаками, потому что у них нет конкуренции за ресурсы.

У нас подкармливать бездомных животных законом не запрещено. То есть формально вы можете угощать бездомную свору у подъезда сколько угодно, и вас за это не накажут. Но если через месяц уличная бродяжка укусит ребенка, то ответственность понесут муниципальные чиновники, которые не отловили собак. Даже безответственных хозяев, которые выбросили животное, вряд ли накажут.

Получается какая-то юридическая шизофрения, где мы сами же создали ситуацию, в которой кормильцы защищены псевдодобротой. Здесь, пожалуй, срабатывает психологическая защита. Человек покормил бездомную собаку и получил моральное удовлетворение. Даже, кажется, мир стал лучше. Эта эмоция настолько сильная, что перекрывает любую рациональную аргументацию. И сказать такому человеку, что такая твоя жалость калечит, значит разрушить его самооценку. Как будто сказать: «Ты не добрый». Неприятно такое слышать, правда? Поэтому кормильцы и не слышат. Они переводят стрелки на власти, на живодеров, на кого угодно, только не на себя.

Еще поражает избирательность подобной жалости. Собак, получается, жалко, а сборы на лечение ребенка с онкологией игнорируем. То есть, чем меньше существо требует усилий и осознания, тем больше к нему сострадания. Собака не задает неудобных вопросов и не рассказывает о своей боли словами. И порцию дофамина получить проще, надо ее всего лишь покормить и уйти. А у человека придется спрашивать, вникать, рисковать нарваться на грубость или неблагодарность. Человек может отказаться от вашей помощи или, что еще страшнее, заплакать по-настоящему.

Я не говорю, что нельзя жалеть животных. Но жалость должна быть разумной и правильной. Хотите помочь? Помогайте приютам, везите собаку на стерилизацию и забирайте домой. И перестаньте делать вид, что проблема решается куриными косточками.

А волки хотя бы не притворяются добрыми.