Журналист вступает в дискуссию с историками о смертной казни учебника истории

Всегда трудно выступать, осознавая себя самозванцем. Дискутировать с профессиональными историками в родной для них стихии мне бы никогда и в голову не пришло. Одно дело — критиковать идеологов и пропагандистов: всё же эта работа куда ближе по духу журналисту, чем профессиональная наука. Другое дело — оппонировать ученому. Так что, когда коллеги показали мне ссылку со словами, мол, «тут с вами спорят», я струхнул. А ведь я знал про слабые места своего недавнего выступления, с которым спорили. Ну да, винить Клинтона в Руанде — это по-тоненькому было. Да, Коминтерн Сталин разогнал в 1943 году. Да, в вопросах экономики раннего ГДР я откровенно «плаваю»… Но у меня заранее были заготовлены аргументы в пользу своих спорных тезисов. Клинтон-де всё знал заранее и мог — мог, чертяка! — предотвратить. Но умыл руки. Ну а то, что после Коминтерна у нас никуда не делся НИИ-99, — а? Как вам аргумент? С экономикой германской разрухи я надеялся разобраться на ходу: где читать, знаю, и примерно места помню. Выкручусь. Вот с такими мыслями я и приступил к чтению, как это у классика, «отповеди» Онегина Татьяне. Знаете, мне понравилась статья Алексея Гончарова. Нет, без шуток. Прямо с самого начала. Прямо там, где у него «во-первых». Что я не мог держать в руках четвертого издания учебника. Прямо теплом повеяло после этих слов. Как сам уважаемый Алексей Вячеславович выразился: «Оценки крайне, я бы сказал, безапелляционные». Благоволите: С этого момента мне стало интереснее. Далее мой уважаемый оппонент разгромил один за другим три моих основных тезиса. По его словам, СССР не планировал — изначально — навязывать социалистический строй в странах Восточной Европы. Далее — пусть Билл Клинтон и не говорил про «сырьевой придаток», но это близко по духу общей политике США тех лет. И третье: тезис о том, что в советской зоне оккупации жилось хуже, чем в Бизонии и Тризонии, — спорный, и к нему надо подходить не с шашкой наголо, а с цифрами в руках. По первому вопросу я бы всё же достал из рукава давно заготовленный козырь про НИИ-99. Ну конечно, роспуск Коминтерна как разменная монета для открытия второго фронта был фикцией. Разгромил его Сталин еще до войны, и на его месте давно были совсем другие органы, отвечавшие за влияние СССР на зарубежные режимы. Та же Коммунистическая партия Германии полностью функционировала на территории СССР всю войну. И ее номенклатура в полном составе последовала за 1-м Белорусским фронтом, устанавливая на освобожденных территориях какую-никакую власть. Ну ладно, «освобожденных» — это оценочное, и за него я тоже буду бит. Но в нашей историографии так. Как потом маршал Соколовский организовывал выборы, как его преемники скрещивали провалившихся коммунистов с социал-демократами, как там вообще всё было — очень интересная история. И там вообще нет ни слова о том, как Сталин собирался не насаждать социалистический строй. Соглашусь с Алексеем Гончаровым: там всё сложно и неоднозначно. Но говорить о том, что мы-де не планировали объяснять освобожденным народам, как правильно жить, — ну нет. Тем более немцам. Планировали, конечно, и то самое «Соглашение о процентах», собственно, всё объясняет — почему всё было так. Первый глава послевоенной Венгрии в 1944 году добровольно сдался в плен Красной армии и объявлял о создании своего временного правительства чуть ли не через рупор советской агитационной бригады. Да, потом были выборы, и да, на них коммунисты тоже облажались. Но был же Клим Ворошилов. И всё было под его чутким руководством. Раз Сталин с Черчиллем поделили Венгрию 50 на 50, ну допустим. Но тот самый НИИ-99 исправно работал и на венгерском направлении. И десятки тысяч солдат и офицеров в нашем плену слушали лекции о преимуществах советского строя не потому, что в СССР собирались отдавать власть в Венгрии каким-то мелким землевладельцам. И политика салями там началась отнюдь не в 1947 году после фултонской речи. Раньше. Про Польшу говорить особенно приятно. Принцип формирования Армии Людовой весьма прозрачен. Возникновение сразу после успеха операции «Багратион» Комитета национального освобождения крайне логично. Его немедленное противопоставление польскому правительству в изгнании — а как иначе? И — прямым текстом — слова Сталина Черчиллю о том, что лондонская шляхта может принять участие в обсуждении будущего своей страны — которую она пролюбила всю войну за границей — только если так будет угодно Комитету национального освобождения. Это тоже четко и ясно. О том, что у Польши может быть хоть какое-то будущее без мудрого руководства из Москвы, Иосиф Виссарионович, напомним, уроженец Российской империи, и подумать не мог. Продолжать перечислять дальше — очень интересно, но для отдельной статьи. Лично я очень люблю этот период в истории моей страны — пик могущества. Сталин как отражение Александра I. «Мы что, фашистов будем кормить?! — Мы будем кормить немцев. Женщин, стариков и детей!» Вы там вообще как хотите, но мы всё это заслужили. Не мы с вами, конечно, лично. А те, кто пешком дошел до этой Варшавы малахольной, до Будапешта, до этих Бухарестов, Берлинов, Вен и Белградов. И те, кто не дошел. Вот им и было решать, как там судить-рядить следует. Кому 8 гектаров земли юнкерской, а кому петля. И всё было по-честному, как по мне. Ну да мы отвлеклись. К третьему тезису. Уважаемый Алексей Гончаров — и я глубоко его в этом поддерживаю! — рекомендует в плане индустриализации советского сектора оккупации почитать Михаила Семирягу. (Так, к слову, правильно пишется фамилия знаменитого историка. — Прим. ред.). Классик! Монументальный труд «Как мы управляли Германией» — обязательно читать всем. Возможно, скоро снова понадобится, дай бог. Ну не Германией, конечно, а так. Вообще. Для общего развития. Конечно, без внимательного прочтения этой книги вообще не стоит затевать разговор о послевоенном житье-бытье Германии. С легкой руки Алексея Гончарова позволю себе процитировать пару абзацев. «…Но созидательная сторона их (органов НКВД. — Д. Л.) деятельности состояла в насаждении не демократии как власти освобожденного от фашизма германского народа, а как «направляемой демократии» или «демократии» советского образца… Нам приходится напоминать о фактически существовавших в политике советского руководства стратегических тенденциях содействовать построению социалистического общества в Восточной Германии, потому что некоторые авторы отрицают ее, ссылаясь на то, что нигде в официальных советских заявлениях об этом прямо не говорится. Мы, однако, знаем, какая «дистанция огромного размера» существовала между этими понятиями в политической жизни самого Советского Союза». Далее: «5 апреля 1945 года, то есть через месяц после того, как советские войска форсировали р. Одер, политбюро ЦК КПГ (Коммунистической партии Германии. — Д. Л.) в Москве приняло инструкцию, определявшую задачи немецких антифашистов, направляемых на территорию Германии, освобожденную советскими войсками. В ней антифашистам было предложено совместно с советскими офицерами взять в свои руки дело формирования местных органов власти… Своеобразными поставщиками „идеологически подкованных кадров“ антифашистов для Германии были антифашистские школы, расположенные на территории Советского Союза, а позднее в Восточной Германии, а также Национальный комитет „Свободная Германия“ и Союз немецких офицеров». Ну и про индустриализацию 1945–1947 гг. «В первые послевоенные годы развитие экономики зоны сопровождалось серьезными кризисными явлениями. Не хватало сырья, энергоресурсов, негативно сказывались последствия демонтажа предприятий и другие причины. Объем производства в 1947 году не превышал уровня конца 1946 года. Принятые СВАГ (Советская военная администрация в Германии. — Д. Л.) меры (приказ № 234 от 9 октября 1947 г.), в частности, по улучшению питания рабочих на производстве, принесли незначительные результаты. Они еще раз подтвердили, как считают немецкие исследователи, что советский метод хозяйствования оказался малоэффективен». «В центральные органы СВАГ из земель и провинций постоянно поступала информация об этих настроениях рабочих. Многие недоумевали, почему демонтируются предприятия, выпускающие сугубо гражданскую продукцию… Немцы иногда говорили, что подобные указания „ведут к самоубийству“ экономику Германии». А дальше буквально несколько цифр от классика: «Лишь из одной Германии трофейные войска, по данным генерала Вахитова, отправили на родину следующее имущество: 21 834 вагона вещевого и обозно-хозяйственного имущества, 73 493 вагона стройматериалов и „квартирного имущества“, в том числе 60 149 роялей, пианино, дизгармоний, 458 612 радиоприемников, 188 071 ковер, 941 605 предметов мебели, 264 441 настенных и настольных часов, 6370 вагонов бумаги, 588 вагонов посуды, преимущественно фарфоровой. Было также отправлено 3 338 348 пар гражданской обуви, 1 203 169 пальто, 2 546 919 платьев, 4 618 631 штука белья, 1 052 503 головных уборов, 154 вагона мехов, тканей и шерсти, а также 24 вагона музыкальных инструментов. В СССР было отправлено свыше 2 млн голов рогатого скота и 206 025 лошадей». Это я не к тому, как мы ограбили несчастную Германию. Если брать чисто денежные вопросы, то только прямой ущерб — непосредственно уничтоженные немцами материальные ценности на территории СССР — были оценены специальной комиссией в 128 млрд тогдашних долларов. А стоимость вывозимого оборудования и прочего добра была определена в жалкие 10 миллиардов. И уважаемые партнеры по антигитлеровской коалиции строго следили за бухгалтерией. Я про другое совсем. Конечно, западным немцам было очень завидно, что у их восточных соседей всё это так вот происходит. Ну и заодно на сровненный с землей Дрезден на Востоке завидно было смотреть. Который «союзники» выжгли аккурат перед приходом туда советский войск. Немцам в Тризонии запрещено было получать посылки? А 2,5 миллиона вышвырнутым на мороз из отошедших к Польше земель беженцам-переселенцам, конечно, со всего света посылки прямо шли. На самом деле, нет. Их кормила та самая Красная армия и не сказать, чтобы перекармливала. Алексей Вячеславович, уже очень длинно получилось, простите, пожалуйста. Я к чему это всё. Учебник-то нормальный, положа руку на сердце. Ну какой еще может быть учебник-то у Мединского? Вы по сторонам посмотрите, новости почитайте. Именно такой и должен он быть, и никак иначе. Статья моя была вовсе не о том, что он плохой. Обычный. Наши с вами папы и мамы похлеще в учебниках опусы читывали. Я ж к тому всё, что пафос — а без него в учебниках никак — в нем снижен мелким враньем и остолопством. Что дети, которым история интересна, в два счета на чистую воду выведут. А которым неинтересна — ну есть и такие — им-то какая разница, что мы с вами, старики, тут бухтим. Они как пропускали весь этот сор мимо ушей — и тысячу, и 500, и 100, и 50 лет назад, — так и сейчас пропускать будут. Это нам кажется, что Мединскому как-то особо изощренно удается им что-то там промывать. Да ничего ему не удается. Сильно вон нам с вами учебники голову промыли? Лично мне — нет. Что было интересно, я сам нашел и прочитал. А в 17 лет — если положа руку на сердце — ну не это нормального человека должно интересовать, что там Клинтон кому сказал — не сказал. И что там у ископаемых западно-восточных немцев кто что думал и не думал. Любовь, дружба, ветер, весь мир впереди — открыт нараспашку. Всё у них в руках. Всё будет, как они решат. И без нас с вами. И без Владимира Ростиславовича, дай бог ему долгих лет и здоровья. Нормальные так-то дети у нас. Всё у них хорошо будет. Я уверен. Мир!