СЕЙЧАС -20°С
Все новости
Все новости

Андрей Федорцов, актер: «Ряд журналюг я бы с удовольствием избил до полусмерти»

…А ведь Сергей Селин, он же «Дукалис», честно предупреждал меня в свое время: «Вы если с «Васей Роговым» когда-нибудь станете общаться, про «Ментов» ему лучше и не намекайте даже. Да и вообще, будьте-ка поосторожнее. Андрей у нас парень горячий. Временами даже слишком бывает».

– Цитирую ваших коллег, Андрей: «Федорцов? Это очень открытый, очень общительный, добрый и безотказный человек».

– Ну вранье все это, вранье. Это все – вра-нье!.. Это мы все такие. Только в зависимости для кого. То есть, как говорится, милостыню тоже нельзя давать всем подряд. Есть люди, для которых это работа, а есть бабушки, которые реально нуждаются, вот и все.

– …А какой вы? Вот какой вы?

– Я разный. В зависимости от ситуации. Если я раздражен, то я раздражен. Если я злой, то злой, если добрый, то добрый. Если надо дать в лоб – я дам с удовольствием!

– Серьезно?

– Только потом все скажут, что я драчун, и так далее. Грубо говоря, в той же армии или просто когда тебя еще не узнавали на каждом углу, ты мог запросто ответить и дать в лоб – и без проблем. Увы, но в этой ситуации уже нельзя. Даже послать нельзя. А зачастую, если честно, так этого хочется!..

– Только потом про того, скажем так, простого человека никто не вспомнит, а…

– Так вот именно, и во всем обвинят человека публичного! Любит у нас большинство в случае чего сразу же к звездам цепляться, сразу их во всех тяжких обвинять: ах, так он, оказывается, дерется, ох, так еще и посылает?!.. С Филиппом Киркоровым, я считаю, та же самая ситуация произошла.

– И это вы серьезно?

– Конечно. Я очень хорошо разобрался в ней. И таких ситуаций у каждого артиста бывает, я думаю, в день по нескольку раз. Вот, скажем, сейчас сколько на ваших часах? Полдень? А у меня, представьте, с утра уже случилось два конфликта! Из-за чего? Люди невоспитанные попались. Пьяные! А почему я должен им улыбаться? Я тоже хочу ответить – послать их подальше! Впрочем, лукавить не стану – иногда и посылаю. Но опять же – в любом случае у тех же журналистов плохим останется, естественно, только один Федорцов!

Я поэтому и интервью не даю. То, что мы сейчас разговариваем, – это просто продюсер нашего нового спектакля попросил меня пообщаться с вами. Уверил меня, что, во-первых, это нужно для дела, а во-вторых, что вы не бульварный писака. А так… Потому что я считаю, что в вашей профессии очень много лицемеров! И непрофессионалов.

– Чувствую, крепенько вас приложили…

– Приложили?! Да они чуть жизнь мою личную не искалечили!

– Даже так?

– Да, «Комсомольская правда». У меня все эти статьи есть дома: «У Федорцова жена без рук, без ног». «Федорцов женился на родственнице». Да вы и в Интернете все это можете увидеть. «Федорцов попарился с женщинами в бане». Там куча дерьма всякого!

– Вижу, вы, Андрей, близко к сердцу все это принимаете. Другой бы, глядишь, на вашем месте, быть может, только радовался. Пишут? А нехай пишут что угодно, лишь бы писали в любом случае какая-никакая реклама…

– Фигня! Это все – полная фигня!.. Спросите у… там, я не знаю… с кем я уже много лет дружу, у того же Миши Пореченкова. Или у Кости Хабенского. Когда, извините, в газете «Жизнь» на обложке выходит фото его умирающего от рака отца! Фото, сделанное втихаря! Это что такое?.. Я бы, в принципе, вот если б такая ситуация произошла у меня… Блин, надо найти этого человека и, извините, сделать ему темную, как в армии! Просто его из-з-збить! До полусмерти! За такие вещи. Здесь же слова уже не помогают…

Я не эстрадная звезда. Я не поп-певица. Или певец. Мне звонят: «Вы хотите на обложку журнала?» Я говорю: не хочу. «Почему? Вам что – не нужен пиар?!» – «Нет, мне не нужен пиар». Мне НЕ НАДО ничего. Мне не надо ЭТОГО… Это, помните, как в «Собачьем сердце»? «Купите журнал для детей в Германию». – «Не хочу». – «Почему? Вы не сочувствуете?» – «Сочувствую». – «А почему не хотите купить?» – «Не хочу».

Не хочу. НЕ ХОЧУ. Не хочу давать интервью. Не хочу сниматься для обложки. Мне это не надо. У меня своя профессия, и она мне нравится, все!

– А знаете, что самое обидное? Когда из-за нескольких таких вот моих «коллег» у человека потом формируется негативное представление вообще обо всех журналистах…

– Нет, у меня целый список есть этих людей! Хотите – напечатайте, я могу дать вам. Дать?

– Что ж я буду их рекламировать?

– Так вот в том-то и дело, в том-то и дело… Понимаете, артисту не нужен пиар. На артиста либо идут, либо не идут, и всё. Пиарь не пиарь – всё! Эстрада и актерское мастерство – это разные вещи. Нам не нужен пиар! Просто надо хорошо играть на сцене и в кино. И быть разным. А не одинаковым. Это не мои слова, меня так учили четыре года в институте, после которого я получил диплом – «Драматический актер театра и кино».

Быть смешным, быть комедийным, быть драматичным, быть глубоким, искренним, ребенком, дураком, дебилом – всё, ты должен играть ВСЁ. У нас же либо комик, либо трагик – что за чушь? Ну полный бред! Де Ниро, он что – комик? Депардье – мы с ним играли в Каннах три серии «Ментов» – он кто?.. С Джоном Малковичем я не так давно снимался, он театральный человек, режиссер, на Бродвее свой театр имеет – он играет и в сказках, и в этом, и в этом, и голый может показаться, и «голубого» сыграть, причем замечательно! Он кто – комик, трагик? Он просто АРТИСТ. А у нас же всё штампы, всё штампы… У нас есть слово «амплуа». Я не знаю, что это такое вообще. Амплуа – это для плохих артистов создано! А журналисты эти!.. Одни и те же вопросы, одни и те же вопросы, все одно и то же! Зачем? Мне неинтересно. Я не хочу… Вы видели – полные залы собираются на наши спектакли. И это замечательно! Идут и идут, и уже какой год идут… Вот для меня это показатель.

– С одной стороны, Андрей, я вас понимаю, но…

– Я знаю, что вы хотите сейчас сказать. Знаю.

– Ну и?..

– Другую точку зрения на все это, да?

– В некоторой степени. Просто мне доводилось неоднократно слышать от многих очень уважаемых мэтров, ваших коллег, мысль о том, что… Мы, конечно, все понимаем, говорили они, нам самим это все уже поперек горла, мы бы с удовольствием подписались под словами Федорцова, НО отвернутся так вот, не дай бог, все средства массовой информации…

(Не дослушав.) И, типа, все, да, прощай популярность? То есть вы хотите сказать, что без стабильного внимания прессы известность пропадает у артиста?.. (Пауза.) Ну и что? А… а кино-то снимается, пардон.

Вы знаете, вот я вам честно говорю – я НИ С КЕМ не разговариваю. Я просто снимаюсь и играю в театре. И я, извините, на себе не ощущаю, что на меня перестал ходить народ. Вообще не ощущаю.

– Вы на самом деле никогда не мечтали о славе?

– Ни-ко-гда. И даже не думал об этом! Я вам серьезно говорю. А учился потому, что мне это было просто интересно, понимаете? Просто я считаю, что если человек профессионально относится к своему делу (необязательно актер – врач, геолог, кто угодно!), он по-любому станет востребованным. А востребованность у нас сейчас в каждой профессии. Извините, даже хорошего сантехника или плиточника уже сложно найти, потому что они все востребованы, хорошие… Молодежь вон сейчас считает, что можно стать – ха! – звездой за месяц?.. Ну, не знаю, я в своей профессии, кажется, шестнадцать лет уже, и до сих пор много вопросов возникает.

– Зато везунчик! Не мои слова, коллеги ваши опять подкинули.

– Эх… Не так это все… Скорее трудяга. Который старается не повторяться в своих ролях. А что вы на меня как-то с недоверием смотрите?

– …Может, я и не прав, но, по-моему, ЛЮБОЙ артист (пусть, быть может, и в глубине души хотя бы) все-таки стремится к тому, чтобы стать известным, стать популярным, востребованным, чтобы к нему подходили, брали интервью, автографы, фотографировались чтобы с ним. Иначе зачем идти в эту профессию?

– Это все не так просто. У меня мореходная школа за плечами с отличием, я профессиональный моряк. Потом я пошел сам в армию. Это… это разные дела вообще – внутренние, человека! Потом фермерская школа… А потом театральный институт, и то – в каком году это было, на минуточку? Когда все, наконец-то, перестало быть запрещенным. И тут вдруг мы начали читать «Архипелаг ГУЛАГ», смотреть фильм «Покаяние», открывать для себя Довлатова, Маканина, дневники Достоевского, а уж когда я ознакомился с философией Сенеки, Эпиктета и Марка Аврелия, у меня голова вообще перевернулась напрочь!.. Я еще раз повторяю – учиться на актера мне было просто ИНТЕРЕСНО. И не более того. Другие цели, понимаете?

– Ваше самое большое желание? Вот как человека и актера?

– Чтобы не узнавали на улице. Честное слово. Вы знаете, я вот хочу прийти и купить хлеба просто. Я хочу прийти в обычное кафе, купить пончиков, и чтобы никто не смотрел тебе в р-рот! Беспардонно!

Знаете, я за революцию. У нас должно быть возрождение. У нас должно быть модным читать хорошие книги. Модным смотреть хорошие фильмы. Спектакли. Это должно быть МОДНЫМ, понимаете? Кроме хорошей одежды, вкуса и архитектуры. Вот я за это. Должно быть стыдно за то, что ты не уступил женщине место. Ну вот как в старые времена! Мне кажется, это правильные вещи. Потому что нет пока у людей в нашей стране элементарного воспитания. Я же города уже по сто раз объездил все! Везде одно и то же… А у меня, видимо, все-таки другое воспитание. Потому и цели другие. Поэтому слово «слава», или, как вы говорите, узнаваемость, – это… пыль. Если б я стал врачом, то я был бы очень хорошим врачом. И с удовольствием занимался бы этим. И думаю, что клиенты выстраивались бы ко мне в очередь, чтобы только Я сделал им операцию.

Мне иногда, знаете, какие письма приходят? Причем с фотографиями. «Значит так, я приеду, типа, в Питер, ты меня познакомишь с кем-нибудь крутым, подскажешь, как пиариться и все такое, учиться я не хочу, ибо покривляться на сцене и без этого можно, главное, звездой стать». Представляете, вот некоторые думают так! А я хочу сказать всем этим людям – ты через месяц сможешь сделать операцию человеку?.. Профессия актерская такая же. Почему люди думают, что это все так легко, просто? Для меня это так тяжело иногда! Почему я смотрю на великих – их трясет перед сценой? Да, потом они выходят и, конечно, как-то все забывается, успокаивается, уже думаешь о деле. Но этот вот момент ВЫХОДА!..

Так что, тезка, вы со мной хотя бы неделю поездите на гастроли – озвереете! Поверьте мне. Вы просто скажете: «Блин! Я просто вот… за вас!» Поехали с нами.

– Андрей, да я уже за вас! (Смех.)

– А знаете, я тут прижал как-то к стенке одного бульварщика. Говорит: «Ну, понимаешь, нормальные газеты платят копейки. А здесь написал, например, что ты «голубой» и…» Я понимаю его. В общем-то. Я понимаю это все. С одной стороны. Но с другой…

Мне по жизни везло – я как-то всегда мог заработать. Я в институте учился, с девяти утра до часу ночи – лекции и репетиции, а ночью таскал кирпичи. Обыкновенным простым рабочим месил, кладки делал, электрику проводил, унитазы ставил… Понимаете, я считаю, что если человек относится к своей профессии профессионально, он за это всегда получает деньги.

А я хорошо работаю, не халтурю, рожи не корчу на сцене и в кино, поэтому-то все как-то… более-менее, что ли?

– Карьера набирает обороты, в общем.

– Ну вот опя-я-ять! Я это слово… У нас нет карьеры. У актеров нет карьеры! Не знаю, мне кажется, нет… Ну вот с Конкиным я играю сейчас в «Собачьем сердце». Вроде он сейчас не снимается. Хотя я видел, как ему звонили, предлагали. Он говорит: «Что?! Где? В чем?! Ой, даже не присылайте сценарий!» Ха, и я его прекрасно понимаю! При этом как он Преображенского играет – я ва-а-аще просто! Старая классная школа.

Или Жарков. Его сейчас в эпизоды берут. Потому что… (Постукивает указательным пальцем по подбородку). А я знаю, почему вот это. Потому что ему надо давать главные роли. Потому что он – аф-ф-фигенный артист! Он просто чума!.. Вот мне бы до его уровня добраться. Вот ХОТЯ БЫ ДОБРАТЬСЯ… Они невостребованные. А люди встают и хлопают.

Фото: Фото Владимира БУРМАТОВА

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter