«Любо» атаману Боброву

Забайкальские казаки решили извести беспорядок в своих рядах, возникший в позапрошлом году, а для этого первым делом выбрать атамана.

15 января в Чите состоялся большой казачий круг Забайкальского войска, на котором присутствовало более 90 человек. Делегатам, которые обладали правам голоса, предстояло выбрать атамана, его товарища и членов Совета стариков. Кроме этого, в повестке дня прозвучали слова об объединении в одно войско.

Казаки, пришедшие во Дворец молодёжи, чувствовали значимость большого Круга, и от этого их суровые лица становились совсем каменными.

Открыл круг, как и положено в казачестве, председатель Совета стариков. «Господа казаки, - с дореволюционными нотками начал он. – Именем господа нашего, - и в голосе его стала появляться дрожь. – Начать Круг».

Заканчивал фразу он уже с блеснувшими в глазах слезами. Выступление его прервали важные гости – чиновники и духовенство. На круг были приглашены главный федеральный инспектор по краю Валерий Попов, сотрудники администрации президента и помощники президентских замов, начальник краевого УВД, спикер заксобрания Анатолий Романов и губернатор Равиль Гениатулин. Его присутствие демонстрировало серьёзность намерений объединиться. Не хватало подле Гениатулина только экс-главы АБАО Баира Жамсуева.

Затем стали созывать стариков в Совет. Председатель выкрикивал со сцены фамилии:

- Перфильев.

- Он умер, - отвечали из зала.

- Таракановский?

- Тоже умер.

- Эрдынеев, Котлецов?

- Умер, умер...

К тому времени началось голосование за дежурного есаульца – главного человека на Круге. Право давать голоса и выкидывать дебоширов из зала досталось атаману Иркутского войска Николаю Шахову. Он уже распоряжался церемонией вноса знамени. Под гимн России юноши в камуфляже внесли стяг и установили его на сцене. Гимн сменился казачьей песней, прослушав которую казаки стянули шапки и приготовились молиться.

Епископ Евстафий, напомнил о традиции начинать всякое дело молитвой, процитировал слова Иоана Златоуста и пожелал голосовать благоразумно.

Молились долго. С полчаса. Губернатор единственный, из всех стоявших на сцене, кто не осенял себя крёстным знамением. Спикер Романов клал широкие кресты, сотрудник администрации президента Владимир Серчук быстро водил рукой.

Из зала слова Евстафия дублировались сдавленным шёпотом.

После молитвы Евстафий с помощниками и епископом Улан-Удэнским и Бурятским Савватием пошли по залу окроплять казаков святой водой.

Евстафий и его бурятский коллега, по-видимому, были самыми почитаемыми гостями. Епископ ещё долго говорил про единение, про чаяния митрополита Кирилла, про борьбу с кривотолками.

Первым вопросом в повестке круга стояли выборы атамана. Кандидатов было двое – войсковой старшина, исполняющий обязанности главы войска, Александр Кадейкин и офицер разведчик, тоже исполнявший обязанности атамана, Сергей Бобров. Оба они известны в среде казаков, из-за чего им было задано мало вопросов, но дано много рекомендаций.

Зачатки бузы, которой опасались и епископ, и чиновники, начали появляться сразу после открытия Круга. Один из казаков, представившийся сретенским, спросил, кто сегодня представляет Сретенскую станицу. На него непонимающе посмотрели. Он вновь повторил, что он атаман Сретенской станицы, приехал с делегацией и не имеет права голоса. «Кто приехал от Сретенской станицы?», - спрашивал он. На него снова посмотрели. «У меня есть информация, что на Круге присутствует фальшивая делегация от Сретенска, которая может голосовать», - наконец нашёл слова он.

Информация оказалась ложной, и сретенцу пояснили, что никто от его станицы, не вошедшей в состав войска, голосовать не может.

В выступлениях претенденты рассказали о своих планах. Бобров - по-военному чётко, Кадейкин – более связно. Ни один, впрочем, не поклонился старикам и не попросил благословления священников.

Первый вопрос из зала задал здоровый казак в тесном кителе: «Какое отношение Бобров имеет к раскольнику Жербакову? Я знаю, что они недавно встречались». Прямым вопросом он не ограничился, назвал Жербакова стервецом и посетовал на замаранную его выборами совесть.

Бобров, не моргнув глазом, ответил, что обсуждал с экс-атаманом его работу и все связанные с этим вопросы.

Атаман городского казачьего общества «Читинское» Владимир Погосов поинтересовался, как претенденты на атаманство хотят решить вопрос с объединением казаков.

Кто-то из зала выкрикнул, чтоб оба кандидата соблюдали традиции, прося благословления и кланяясь старикам.

Интереснее вопросов были рекомендации кандидатов. Степенно вставая, казаки говорили: «С Кадейкиным я знаком давно. Были с ним в 95-ом в Чечне, где он показал себя как грамотный офицер». «У Кадейкина конёк – это дети. Я его очень давно знаю, но призываю голосовать за Боброва. Он сумел навести порядок в документах, в делах».

«Любо, любо», - поддерживали выступавших.

Суматоха началась в зале после того, как один из стариков потребовал пересчитать казаков, имеющих право голосования. Властно указывая руками, он приказывал: «А ну, пересаживайтесь. А теперь посчитайтесь». Обескураженные безголосые казаки поплелись на другой ряд кресел. Дежурный есаулец попытался остановить их и пригрозил старику удалением с Круга: «Хоть вы и старик, нарушать вам правила я не позволю». В зале моментально нашлись несогласные, в том числе и среди пересаженных. «Учите устав, старика нельзя с Круга удалять».

Казаки не рубятся на шашках со времён атамана Семёнова, но атмосфера подсказывала, что такое может случиться прямо сейчас.

При подсчёте казаков выяснилось, что вместо заявленных 82 человек присутствуют 75.

Старик, требовавший пересчёта, с негодованием смотрел в зал.

Постепенно утихшие выкрики из зала возмутили Евстафия. Уже после всех выступлений, объявления правил голосования и перерыва он призвал казаков не предаваться греху гордыни, быть смиренными и терпеливыми.

Всё время, пока казаки обсуждали их кандидатуры и отдавали им голоса, оба кандидата мирно разговаривали.

Похожие друг на друга Кадейкин и Бобров не напоминали соперников. Оба крупные, читают в очках, оба исполняли обязанности атамана. При этом Кадейкин – глава Забайкальского казачьего кадетского корпуса, а Бобров – офицер разведки.

Большинство голосов, видимо, с учётом рекомендаций было отдано за Боброва. При оглашении итогов, едва услыхав о голосовавших за Кадейкина, казаки стали жать победителю руку. Радости на лице разведчика, как, впрочем, и печали на лице Кадейкина заметно не было.

Дав казачьему «избиркому» закончить, Бобров раскланялся перед залом и поблагодарил господ казаков за доверие. «Любо, любо», - отвечали ему.

Следующие события вернули зал «Мегаполиса» на несколько десятилетий назад. Если до атаманской присяги современность как-то напоминала о себе, то во время неё ритуалы выглядели, по крайней мере, дореволюционно.

Знание традиций показали, едва ли не все казаки. «Смотри крест, рви ворот», - подсказывали из зала казаку, проверяющему, христианин ли будущий атаман. В Совете стариков уже нашлась плётка, которую председатель крутил в руке и приговаривал что-то вроде «Ужо я с тебя спущу три шкуры. Я тебя не пожалею, голубчика».

Нательный крест Боброва показали залу, окропили его святой водой и благословили. Затем, держа за руки, подвели к скамье стариков. «Давай, проверь атамана. Да не жалей его», - советовали уже главному старику. Тот надежд не оправдал. С грозным видом едва коснулся плёткой спины атамана и заткнул её за пояс.

После первого и главного вопроса Круга казаки ещё выбирали товарища атамана, членов Совета стариков и решали другие насущные вопросы.

Окончательно вступить в должность атамана Сергей Бобров сможет после указа президента. Он получит все полномочия и наверняка сможет, как надеются многие, навести порядок в раскалывавшемся войске.

Егор Захаров