Не стало Командора

Сейчас мне кажется, что я уже очень древняя — почти как его любимый Херсонес. В моём посёлке почта была напротив дома. Деревянная почта напротив деревянного дома. Я быстро обедала после школы, потом надевала шубу, шапку, валенки и отправлялась, стараясь не начерпать в них снег, через дорогу — за газетами. Брала родителям стопку скучных серых еженедельников, редко — цветную «Крестьянку» — всё это меня не волновало.

Эта колонка о смерти детского писателя Владислава Крапивина была опубликована в разборе недели 6 сентября.

Мне была «Пионерская правда» — сразу два или три номера, а в ней, на последней странице — «Мальчик со шпагой», Серёжа Каховский, отряд «Эспада», море, пацаны со сбитыми коленками, смелость, правда, честь, принципы — всё вот это, полчаса счастья.

Крапивин был старшим вожатым для всех подростков с обострённым чувством справедливости.

Вокруг 90-е годы — взрослые теряли работу, прорывались, пили, осваивали рецепты праздничных столов из немудрёных ингредиентов с огородов, заправляли машины по 5 литров бензина, приносили сникерс и киндер в день зарплаты, не отпускали на дискотеки, потому что страшно, ездили вместо того, чтобы вести историю, в Маньчжурию с полосатыми баулами, крутились как могли.

У Крапивина было море, капитаны, рыцари, белый город, солёный ветер, яхтклубы, надёжные взрослые, у которых было время на детей.

То, что он ушёл 1 сентября — очень символично. Кончилось это длинное лето, холодно уже и в его Тюмени, и в Екатеринбурге. Только в Севастополе несётся где-то по Шестой Бастионной к морю третьеклашка Алька (Алькой ведь может быть кто угодно — Александра, Алексей, Алёна, Алла, Альберт, Олег) — коленки в зелёных ссадинах, глаза весёлые, быстро обедать после школы, потом надеть шорты — и впереди ещё длинный летний день, можно купаться, лежать животом на горячей гальке, вечером смотреть на огни маяка. Какие они растут, новые Альки, без Крапивина, я пока не представила. Но другие, наверное. Наверное, давно уже.