«Я дорисовывал спину Илье Муромцу за Перцова»: истории мастера миниатюры

Мастерская оловянной миниатюры «Даурия» — это портал в прошлое Забайкалья. Тут живут крохотные фигурки, но зато каких великих людей: герои страны, казаки и декабристы, врачи, которые боролись за жизнь каждого в пандемию. Это сначала кажется, что оловянная фигура объёмная, но, когда берёшь в руки, понимаешь — она плоская. И тяжёлая. Каждый брусок Церкви декабристов, каждая складка в одежде у мужественных казаков и солдат сделаны вручную. Именно они и создают тот объём. И, кстати, не «солдатики», а «оловянные миниатюры», настаивает художник Артём Декин - один из создателей студии «Даурия». И чем тоньше — в прямом смысле — работа, тем считается лучше. Так гласят законы нюрнбергской миниатюры. Образ будущего сюжета рождается сначала в голове, а дальше — сложный, кропотливый труд. «Придумываю. Где-то смотришь в интернете, где-то стреляет. Иногда не понимаешь, как сделать складку. Очень плоская фигура, и надо точно знать, как пойдёт складка, чтобы показать объём», — говорит художник Артём Декин. В работе много сюжетов, и каждая миниатюра — со своей историей создания. Какие-то не получаются до сих пор, например, герой Советского Союза Матюгин — не отливается и всё тут. Другие не хотят рождаться даже на бумаге, и приходится обращаться к реконструкторам. Например, достоверно показать казаков во всех их традиционных нарядах помог художник-реконструктор из Кирова Николай Фомин. Кстати, скоро полноценную коллекцию можно будет посмотреть в краеведческом музее. «Будет феноменальная по красоте фигурка — казак. Я рисовал всех казаков в кафтанах, а мне Коля (Николай Фомин, реконструктор — В.А.) сказал: какие при таком морозе кафтаны — они все были одеты в одежду местного населения. Даже стрела была особенная, как битка. Ударяли, и соболь падал», — делится мастер. Сейчас готов набор «За ВДВ», в работе «Герои-забайкальцы». В него входят миниатюры с отважной медсестрой Валентиной Казакевич, которая в 24 года уже взяла в плен 150 фашистов, уничтожила 12 гитлеровцев. Есть и герой России агинчанин Бадма Жабон — на его биографию Артём наткнулся на мемориале в Чите, и собирательный образ воплотился сам собой. «Кто-то увидел эту фигурку, кто знал его — он умер в 95-м — и сказал: «Ну, похож!» Хотя я этот образ собрал, я не подгонял его до портретного сходства. Мне кажется, если бы мы детям правильно рассказывали о подвигах забайкальцев, дети были бы другими. К сожалению, нет информации даже о Казакевич, очень сложно найти», — с горечью говорит Артём. Сейчас в планах Артёма создать коллекцию, посвящённую жизни декабристов. Говорит, хочет поменять их образ в сознании забайкальцев, ведь они очень много сделали для Читы. На подходе фигура декабриста-художника Николая Бестужева. «Сидит Бестужев где-то на улицах Читы. У него стоит мольберт, а позади него коза. Смотрит, как он рисует. Почему коза? Потому что деревня, они сюда приехали, было 175 домов. Люди после балов занялись обычной жизнью. Вот это я хочу показать. Они выживали, оставались людьми. Чита многим осталась обязанной декабристам», — говорит художник. Мастер изготавливает и фигуры-репродукции картин известных художников. Однако случаются трудности. Например, иллюстратор Владимир Перцов изобразил только лицевую сторону Ильи Муромца, а вот каким богатырь был со спины, никто не знает. А ведь у оловянной фигурки две стороны. Пришлось набираться смелости и рисовать. «Рисовал маэстро, а тут какой-то дядька из Читы. Понимаете, что такое рисовать по работам мэтра? Изобразить спину какого-то героя — это сложно. Я боялся долго, потом нарисовал, сыну отправил, он сказал: «Да нормально, что ты!» Страшно, что сделаешь некрасиво», — говорит мастер. Своё мастерство Артём оттачивал шесть лет. И всё это время посвящает своей второй работе много времени, доводя фигурку до идеала. Хотя, говорит, ожидание никогда не совпадает с действительностью — выходит иначе. Но больше всего ему хотелось бы, чтобы миниатюры были востребованы. Ведь цена чёрной фигурки — всего 300 рублей, в росписи — дороже. При этом, чтобы создать первую фигурку-модель, уходит 15 тысяч рублей. «Я думаю, если всё хорошо будет, то при хороших финансовых вливаниях… Я почему всегда про деньги говорю? Потому что сейчас мы тонем, с деньгами тяжеловато. Я ищу спонсоров, иначе мы потонем. А люди в соцсетях говорят только хорошие вещи», — с надеждой говорит Артём. Но в Чите мало коллекционеров или желающих купить. Чаще говорят: «Красиво, но зачем она». Тогда забайкальские врачи, герои и казаки отправляются на северо-запад страны и даже в Европу. «Уезжают в Москву, в Петербург, в Магадан, Мурманск, недавно ковидного врача продали в Лейпциг, в Германию — праздник был большой, я думал, что я лучший в мире. Там люди этим занимаются, у них такие выставки. Они дарят на Новый год сувениры, там движение. У нас тут такого нет», — говорит мастер.