Покалеченные детища передислокации

Военные городки, от которых Минобороны в последнее время особенно тщательно избавляется, - настоящая головная боль для властей. Нехватка денег на их содержание — это одна сторона проблемы. Вторая — неспособность выполнять действия, с которыми худо-бедно справлялись военные. Полную картину бедствия, которое переживает население городков, можно увидеть, если прокатиться по трассе Чита — Забайкальск.

Станция Безречная осталась без военных одной из первых — в начале 2000 годов. За десяток лет некогда ухоженный населённый пункт превратился в сплошные развалины, рядом с которыми стоят убогие деревянные домики местных. Но полное убожество можно увидеть, если свернуть с трассы Чита — Забайкальск и проехать в сторону школы. Напротив неё стоит заброшенная пятиэтажка — очевидно, место для игр школьников. Это здание среди всего военного наследия сохранилось больше всего. Остальное — дом офицеров, госпиталь, жилые дома — либо расползаются пыльными руинами, либо зияют отверстиями выдернутых плит. Хотя здесь есть ещё и двухэтажный дом, в котором, несмотря на отсутствие отопления и водоснабжения, до сих пор живут люди. Так директор местной школы Юлия Кожуховская — олицетворение того, как на одного человека обрушиваются проблемы, о которых раньше гражданские и не думали.

«Я родилась здесь и училась в этой школе. Раньше учеников было до нескольких сотен — школа рассчитана на 700 детей. Наполняемость, естественно, резко сократилась после отъезда офицерских семей, а затем в течение нескольких лет уезжали и местные жители. Сейчас в школе 60 ребят», - говорит Кожуховская.

Из-за малого количества учеников школу вскоре сделали неполной. Десятый и одиннадцатый классы из Безречной ездят на станцию Мирную. Некоторые учителя поступают точно так же — ведут уроки в двух школах. Дефицит педагогов — тоже следствие расформирования частей.

В школе на каждом шагу видно проблемы, которые успешно решали военные, но почему-то не может победить местная власть. Несколько лет назад третий этаж пришлось закрыть — обслуживать его дорого, а учеников можно разместить на двух. А нынешним летом дожди затопили школу так, что рыжие потёки добрались до второго этажа. Котельную для школы, слава богу, построили, но вот воду, как и для всего посёлка, возят со скважины.

Но больше всего беды можно проследить на маленьких детях. Кто родители этого пацанёнка в растоптанных кроссовочках — банальная пьянь или люди, которые не нашли работы в опустевшем селе, но не смогли уехать из него? Каким образом зарабатывают они на жизнь — разбирают по кирпичам бывший госпиталь или собирают осколки снарядов на полигоне? И что, самое главное, думает пацанёнок, когда видит строчки «Широкий простор для мечты и для жизни грядущие нам открывают года» из гимна, висящего в школьном коридоре?

Станция Мирная тоже лишилась воинских частей в начале 2000-х. Раньше здесь стояли связисты, танкисты, сапёры — всего семь частей.

«Наш посёлок попал в зону, из которой по соглашению с китайцами власти вывели военных. Какие-то части расформировали, какие-то вывели в Дровяную, а основную массу отправили на Алтай. Людей было много, — директор местной школы Марина Лобанова показывает в направлении пустоглазых пятиэтажек. — Всё это было заселено. Местные жители работали в частях, а после вывода войск, естественно, оказались никому не нужны. Люди были вынуждены добывать кирпич, шлакоблоки и арматуру, чтобы как-то жить. Сейчас ездят на полигоны, чтобы собирать осколки и сдавать их на металлолом. У кого была возможность — те уехали. Но, как говорят, хорошо там, где нас нет. У кого-то нет возможности, кто-то привык к месту. Мне вот нравится здесь жить — у нас хорошие люди, мы пытаемся что-то сделать. Глава администрации, например, восстановила не работавший несколько лет клуб, чтобы молодежь смогла куда-то пойти».

Во время разговора с директором в кабинет заходит старейший педагог школы — Татьяна Алексеевна Бородина — живое воплощение слов о «хороших людях».

Трёхэтажный сталинский дом, в котором живёт Бородина, заселён примерно на треть. В 2011 году его лишили коммунальных услуг. Воду пожилая женщина носит сама, а зимой из-за постоянно работающих обогревателей платит за электроэнергию 5 тысяч рублей.

«Когда я возмущалась по поводу отключения воды, то мне сказали — у вас есть квартира в Ясногорске — уезжайте туда. А я, может, хочу пользу детям приносить», - говорит Бородина.

В один прекрасный момент эти женщины уедут из Мирной. Одна будет коротать старость в Ясногорске, вторая вернётся в родную Читу. Возможно, так же поступит большинство педагогов. Что станет с посёлком без школы?

Среди списка военных городков Ясная потеряла своих защитников гораздо позже. Последние части покинули её летом 2012 года. Сокращение, как и разруха, началось гораздо раньше. Городок — яркий пример бесхозяйственности и короткого ума высокопоставленных чиновников. В одном посёлке власти тратят сотни миллионов рублей на строительство бассейна. В другом - не могут найти значительно меньшие суммы для сохранения существующего. И в это же время намерены строить ещё пять по краю.

По словам замглавы администрации Михаила Хохлова, на охрану законсервированного в 2008 году бассейна не было средств. Постепенно местные жители разобрали его. Однако сейчас у местных властей есть планы по восстановлению за счёт, разумеется, внебюджетных источников.

«Они просто ничего не хотят делать», — комментирует действия местной администрации пенсионерка Вера Смирнова, организовавшая в Ясной территориальное общественное самоуправление. В ТОС входят 15 человек, требования которых ясны и понятны — администрация должна следить за порядком, обеспечить охрану строений, отчитываться о расходах и своей деятельности. Свои требования ТОСовцы подкрепляют жалобами в прокуратуру и другие надзорные органы. По мнению Смирновой, активность привела к тому, что членов ТОС просто выселили из кабинета, который они занимали в местной администрации.

Смирнова считает, что администрация сводила личные счёты: «Чиновникам просто неудобно, что мы требуем. Сейчас разбирают военные ангары — администрация не реагирует. Один из домов перевели в разряд аварийных и тоже разобрали. Почему-то люди, которые получают прибыль от сдачи металлолома и кирпичей, не дают денег в местный бюджет».

Попытки пенсионерки защитить городок выглядят немного нелепо. Но как бороться с безработицей, из-за которой люди вынуждены разбирать здания и металлолом?

Из всех военных объектов Степь, является, наверное, самым хлопотным. После вывода военных здесь опустел крупный аэродром, ракетные шахты и около десятка домов офицерского состава. Гражданским, живущим в ДОСах брошенного гарнизона, неоднократно предлагали переселяться в Ясную. Местные власти угрожали оставить степнинцев без тепла, а федеральные и вовсе выселяют их из квартир через суд.

Сейчас из десятка домов в Степи заселено только три — и то не полностью. Летом Минобороны на короткое время отключало в гарнизоне водоснабжение и канализацию, но переселяться никто не поспешил. Осенью вместо обещанных буржуек заработала модульная котельная. Однако тепла от неё немного. Тем более, что в конце ноября в неё завезли вещество, отдалённо напоминающее уголь. Возможность ЧС в городке уже пообещал вице-премьер краевого правительства Александр Холмогоров.

Но переезжать в Ясную жители всё равно не хотят, объясняя свою настойчивость нежеланием менять шило на мыло. В Ясной так же нет работы, перспектив, зато коммунальных проблем в избытке. После слов губернатора о возможном переселении в другие регионы прошло чуть меньше месяца, но каких-то активных действий степницы пока не наблюдают. И по-прежнему ждут жилищных сертификатов.