20idei
СЕЙЧАС -22°С
Все новости
Все новости

Тени Ильковского, который не мама – в обзоре событий недели

Мамочка, если ты это читаешь - не волнуйся. Все вышеперечисленные напитки я знаю, в основном, по художественной литературе, употребляю крайне редко и, если ты вдруг скажешь не делать этого совсем, буду пить только ягодные морсы. Но губернатор не ты.

Ксения Зимина: Арахлей после пожара

Поделиться

Екатерина Шайтанова: Губернатор не мама

Запрет продажи алкоголя на трое суток введён в регионе из-за пожаров. Так выглядит, на мой взгляд, беспомощность губернатора. Или растерянность. Или паника.

В целом, не позавидуешь - всё вспыхнуло в разных местах одновременно, эвакуация не была организована, погиб ребёнок, пожарные дали повод обсуждать профессионализм, полпред президента занял целый рабочий день околесицей про шаманов, металлолом и оппозиционеров-поджигателей, вице-премьер и председатель КЧС Геннадий Чупин вместо работы звонит журналистам и убеждает их, что Рогожкин всего этого не говорил. Балагура арестовали - то ли за пожары, то ли за коррупцию - не разберёшь. Ещё прокуратура требует от следствия шесть уголовных дел в отношении "некоторых должностных лиц правительства региона". Ещё добровольцы - ладно бы тушили и собирали деньги, так переругались между собой и перешли к организации митингов. Ещё прямая линия с Путиным - нашлась всё же где-то бабушка-ветеран без жилья. Ещё эвакуируют основную клиническую больницу - вытаскивают пациентов из операционных и реанимаций. Сюр. Осталось запретить алкоголь. Как в Хакасии.

Судя по этой мере, губернатор видит забайкальцев аборигенами, которых хлебом не корми, дай спьяну спалить всё вокруг. Вообще-то да, я чувствовала по себе - стоит выпить бокал "Саперави" или там "Ахашени", как так и тянет в лес. И, главное, от пива такого эффекта нет. И от медовухи нет. И от пуаре даже! А вот красное вино - и всё, амба, берегись, лес, от пожара.

Рогожкин, знаете, хотя бы безобиден. Диверсионные группировки оппозиции в лесах - это, во-первых, весело, во-вторых, не имеет никакого отношения к моей личной реальности. А Константин Константинович росчерком пера обозначает отношение к людям своего региона. Причём ко всем.

Я не юрист, и сходу не разобралась, может ли мне запретить пить губернатор. Окей, нельзя в лес. Это плохо, но хотя бы понятно: на каждой лесной дороге не поставишь наряд, который по тестам на IQ будет проверять на адекватность. До этого он запретил продажу алкоголя в праздники и по вечерам. Окей, это странно, но заставляет заранее планировать выходные. Но режим ЧС - не праздник. Не ШОС. Не 9 Мая. Почему меня автоматически приравнивают к проценту быдла, которое напивается так, что не может затушить костёр, мне непонятно. Почему эту проблему не могут решить специально обученные структуры, которые патрулируют леса за зарплату. Патрулировать леса собирались даже необученные депутаты краевого заксобрания. Где все эти люди? Почему я не могу в ветреный вечер субботы сварить глинтвейн?

P.S. Мамочка, если ты это читаешь - не волнуйся. Все вышеперечисленные напитки я знаю, в основном, по художественной литературе, употребляю крайне редко и, если ты вдруг скажешь не делать этого совсем, буду пить только ягодные морсы. Но губернатор не ты.

Андрей Затирко: Тени Ильковского

На прошедшей неделе случилось то, чего ждал весь занесённый пеплом Забайкальский край. Был задержан один из ключевых чиновников, ответственных за ситуацию с лесными пожарами - исполняющий обязанности руководителя Гослесслужбы региона Руслан Балагур. Пусть и предъявлены ему обвинения пока только в неком «злоупотреблении полномочиями», не связанном с лесными пожарами, но лиха беда начало. СУ СКР уже анонсирует возможное выдвижение новых обвинений.

11 ноября 2013 года. Губернатор Константин Ильковский о назначении Балагура: «Служба, в которой Балагуру предстоит работать, находится в некотором кризисе, причём уже достаточно давно. Опять-таки проблемы не связаны с какой-либо персоной, а связаны с тем, что долгое время в Гослесслужбе были не определены чьи-то полномочия, то они федеральные, то муниципальные, то краевые, то теперь совместные и всё это наложило существенный отпечаток на эту деятельность. Во время выборной компании, общаясь с Русланом Балагуром, я понял, что в силу того, что он военный, он умеет добиваться результата».

Оценивать работу того или иного чиновника, находясь вне его сферы деятельности, очень сложно, но только ровно до тех пор, пока проблемы не вышли за её пределы. Балагур почти 1,5 года неизвестно чем занимался в Гослесслужбе. Его не было видно и слышно на заседаниях правительства, он не собирал пресс-конференций (до того момента, пока прокуратура не ткнула в бок) и даже на сайте своего ведомства так и не разместил свою биографию и фото, ограничившись только должностью, ФИО и рабочим телефоном. Эдакая тень, получающая солидную зарплату за распоряжение лесами региона. Вспоминали про него только с релизами прокуратуры региона, не успевающей выписывать ему штрафы. Так бы и сидел дальше в своём тёплом тёмном углу, если бы не надобность законно исполнять свои прямые обязанности и отвечать за последствия своих решений.

Чтобы сегодня не звучало от официальных лиц, Балагур – человек Ильковского. Именно он его за ручку непонятно откуда привёл и усадил в тёплое креслице, после того, как тот оттянул на выборах голоса у Николая Мерзликина. Сегодня Балагур в СИЗО, и вина за всё происходящее в его сфере не только на нём, но и на человеке, сделавшем неправильное кадровое решение.

Бог с ним, с Балагуром, дело даже не в нём, а скорее в компетенции Ильковского при принятии кадровых решений. По-моему, она хромает на обе ноги, но умеючи приставляется, что нет, а проверить её сложно без медобразования.

Один лишь Балагур был ошибкой или нет? Сейчас во власти региона, таких как он теней у губернатора предостаточно. Взять того же Фёдора Луковцева, я уверен многие даже не знают, кто это такой, а не то чтобы способны назвать его должность и полномочия. А это, между прочим, целый вице-премьер краевого правительства, у него есть подчинённые, секретарь, рабочая машина и зарплата, которая в последнее время изрядно подросла. При этом, если открыть сайт представительства края в Москве, которое он возглавляет, так там нет записей с сентября 2014 года. Чем он вместе со своими подчинёнными занимается? Это только один пример. Уверен, что о многих таких тенях нам даже неизвестно, а они, вроде бы, «решают» наши проблемы.

Конечно, скорее всего, эти люди не бездельничают, но насколько они эффективны? Оценить со стороны невозможно. Известно одно – в регионе полный кавардак практически во всех сферах. Так, может быть, все проблемы региона не в банальной нехватке средств, а в людях, ими руководящих, то есть и в некомпетенции Ильковского, как губернатора? Поймём мы это только когда узнаем о нанятых им персоналиях побольше – либо во время ЧП в их сферах, либо из пресс-релизов следствия и прокуратуры.

Непонятно зачем привлекавшийся в правительство, а затем уволенный Алексей Сидоров, задержанный Руслан Балагур, народный нелюбимец и частый герой релизов УФАС и прокуратуры Михаил Лазуткин… Список кадровых промашек открыт, как только он выйдет за рамки в пять фамилий, можно признавать другую, более значительную ошибку, которой к нам отправили Константина Ильковского. Но о виновнике таких ошибок у нас говорят как о покойнике – или хорошо, или ничего, поэтому дальше молчу.

Роман Шадрин: Исход

Ответственность. Ум. Способность просчитать последствия своих действий. Наличие хотя бы одного из этих качеств у санитарки Краевой клинической больницы не допустило бы произошедшего в пятницу. Но случилось то, что случилось, женщина утром позвонила в полицию и сообщила о готовящемся в крупнейшей больнице региона взрыве, после чего началась масштабная, тотальная эвакуация медиков, пациентов и всех, кто находился в учреждении в этот час.

Большинство плановых операций происходит именно утром, а значит какая-то часть персонала узнала о возможном взрыве у операционного стола, в положении, при котором невозможно быстро надеть куртку и выбежать на улицу. В палатах и реанимациях боролись за жизнь больные, очень тяжело больные и только что прооперированные пациенты со всех уголков края. Им эта срочная эвакуация тоже была некстати. В каждом отделении есть свой график будущих операций, на часть из них люди записываются заранее, за несколько месяцев, но все операции после 9 часов 40 минут пятницы были отменены, а график, от которого зависят жизни, полетел к чертям. По Коханского шли и падали завёрнутые в одеяла старики, машины развозили лежачих во все концы города, где, кстати, не особенно готовились к тому, чтобы молниеносно предоставить десятки дополнительных коек. И это только поверхность того, что сделала своим звонком мать троих детей. Теперь хочется спросить, оно того стоило?

Юлия Скорнякова: Оппозиция палит

Полномочный представитель президента в Сибирском федеральном округе Николай Рогожкин на минувшей неделе прилетел в Забайкалье и открыл нам всем глаза на пожары: пока мы боремся с огнём и говорим о готовности пожарных подразделений, леса края палят специально обученные диверсанты-оппозиционеры, которые забираются в труднодоступные места забайкальских лесов, и, как саранча кукурузу, косят огненной косой наше зелёное богатство. Одевайте, батенька, портки, белые в городе.

Жизнь забайкальских диверсантов трудна и опасна. Во-первых, нужно всё время быть в курсе политической ситуации в стране: звание оппозиционера – не значок на лацкане, ему нужно откликаться сердцем ежесекундно. Во-вторых, нужно незаметно оптом закупать бензин, спички, зажигалки и вообще всё горючее. В-третьих, переть всё это в трущобы на своём горбу приходится. Ну и в-четвёртых, базы, где проводятся круглосуточные тренировки, нужно грамотно маскировать, чтоб ни одна мышь… Ну, вы поняли.

Так что, граждане не-диверсанты поджигатели, будьте бдительны и на шашлыки по лесам не ездите: того и гляди последователи Рогожкина дадут пожарным дробовики. А там даже если и соль в заряде – всё равно не очень приятно будет.

Андрей Козлов: Непогрешимость несовершенства

Моим личным событием недели был фильм «Территория», который, к сожалению, не показывают на действительно большом экране кинотеатра «Удокан». Но если отключиться от искусства, то нельзя не написать про двухминутный кусок выступления полпреда президента России в Сибирском федеральном округе Николая Рогожкина, который предположил, что леса и степи в Забайкалье могли поджигать специально обученные люди, которые «в широком смысле слова» находятся в оппозиции к «решениям местных властей». Разобраться, к каким именно решениям и каких именно властей – решительно невозможно, да и вряд ли нужно.

Рогожкин вряд ли имел в виду ту оппозицию, которая немедленно после трансляции цитат на федеральный уровень начала совершенно бессмысленно комментировать ситуацию, привычно расставляя по дороге диагнозы (по комментариям того же Владимира Рыжкова видно, что комментирует он то, в чём совершенно не разбирается; в частности, политик полагает, что полпред президента должен выполнять работу вице-премьера Геннадия Чупина). Но дело не в оппозиции и не в том, что полпред, кажется, не очень чётко понимает, как работают современные СМИ. Дело в том, что полпред президента следом за региональными властями по сути-то демонстрирует некоторую растерянность.

Любому человеку, который хотя бы косвенно следил за событиями в Забайкальском крае на минувшей неделе, могло показаться, что всё это реально спланировано – ей-богу, сложно поверить в то, что весь край одномоментно вспыхнул в сотнях разных мест. Другой вопрос в том, что он ровно так же вспыхивал то в марте, то в апреле многие последние годы, когда ещё и Константина Ильковского не было в регионе, и Николай Рогожкин командовал внутренними войсками.

Дело и тогда, и сейчас было не в оппозиции, и не в каких-то людях, которых где-то учат грамотно поджигать траву, а в неспособности власти готовиться к пожароопасному сезону. После каждого такого сезона кажется, что вот теперь-то, наконец, кто-то поручит разобраться в том, что происходит на самом деле – потому что ведь это не великая тайна. Но разобраться на самом деле нет никакой возможности, потому что придётся признавать чудовищное несовершенство и какое-то бармалейство Лесного кодекса. Нужно будет признавать косность и неэффективность нужной в общем-то властной вертикали, которая была отлично задумана, но на уровне реализации уткнулась в глупость, чванство и бездарей, почитающих за своё основное достоинство умение грамотно смотреть в чужие рты. Надо будет бить по рукам деятелей, которые годами разрушают местное самоуправление – не отменяя его, но и не давая ему работать. Надо будет прямо сказать, что из регионов с опасной скоростью вымывается кадровый потенциал. Про то, что систему губернаторских выборов и назначений подменили феодальными принципами. Принципами, которые автоматически транслируются на тот же муниципальный уровень: районы начали отдавать «на кормление» людям, которых никакие избиратели никогда и в глаза-то не видели. Но признать всё это нет никакой возможности, потому что всё это упирается в обитателей слишком высоких кабинетов, которые никогда не допускают ошибок.

Постоянно кажется, что всё это сойдёт с рук. Что можно врать, недоговаривать, заниматься подменой понятий, назначать на должности людей, которые ничего в порученной работе не смыслят, декларировать несуществующие свободные выборы, выдавать трату времени в псевдовузах за систему подготовки кадрового потенциала и так далее. Вообще-то можно, но иногда приходится расплачиваться – совсем другим людям. Людям, на благо которых должна работать система. Но у системы этой не хватает храбрости на то, чтобы признать собственное несовершенство. И уж конечно её не хватает у тех, кто частью этой системы является.

У Олега Куваева в романе «Территория», по которому снят упомянутый мною в начале одноимённый фильм, такое чувство собственной непогрешимости есть у одного из главных героев – Ильи Николаевича Чинкова. И в книге, и в фильме Чинкову веришь с самого начала и до самого конца – описанный Куваевым главный инженер заслужил это доверие огромным опытом и обточенными на практике глубочайшими знаниями, самопожертвованием, сотнями экспедиций, обузданной и поставленной на службу государства интуицией. В итоге Чинков побеждает, и это, конечно, быль, которой Куваев был свидетелем.

В современном отечестве сильно не хватает Чинковых. Сильно не хватает ему Баклаковых, даже неидеальных, но отдавших жизнь и судьбу стране и работе Монголовых. Да что уж там – Гуриных не хватает нам и Кефиров.

От того, по-моему, и горим.

Егор Захаров: Режим ЧС, который как бы, действует

В среду, когда в Забайкалье полыхали пожары на 57 тысяче гектаров, мы с коллегой ехали в сторону села Акша, мужественно обороняющегося от огня. Под посёлком Курорт-Дарасун Карымского района мы увидели, как можно плевать не только на принятые запреты, но и здравый смысл. В окружении заборчика стоят три бочки. В них буйно горят дрова, чтобы стать древесным углём для шашлычных. Не знаю — нормально это для производства или нет, но огонь любопытно выглядывал из топки и рассылал по ветру искры. Совершенно точно, что такое совсем ненормально для края, где на тот момент сгорело уже более 200 домов.

Вероятно, что бушующий в топках огонь уже делал предупреждения — окружающие угольный заводик берёзки изрядно опалёны. Намёк то ли не поняли, то ли намеренно пропустили мимо ушей, в надежде превратить лесок в сырьё.

Работа этого заводика показывает, что режим ЧС — это весьма условная штука. Можно рассылать миллионы предупредительных СМС, ставить полицейских на лесных дорогах и запрещать алкоголь. Все эти меры тускнеют перед ярким огнём углежогов.

Ирина Халецкая: Чёрный пиар на пожаре

Вместе с пожарами в Забайкалье появился актуальный вопрос - кому это выгодно? Некоторые проговаривают, что всему виной оппозиционеры-поджигатели, (эта фраза не даёт мне покоя), кто-то винит власть, кто-то имеет совесть винить самих жителей, которые якобы сами себе сожгли дома.

Винить и осуждать могут и тех, кто помогает или, как стало модно, стал волонтёром. Наш главный по пожарам вице-премьер Геннадий Чупин на одном из совещаний ответил, что подозрительно относится к добровольцам, которые тушат пожары. Они бесконтрольные, не знают правил безопасности, а ещё «высокая задымлённость, плюс они не привиты от клещевого энцефалита». Отчасти можно согласиться с Геннадием Петровичем, но, как показывает практика, добровольцы отрядами, состоящими из несколько десятков человек, продолжали тушить и справляться со своей задачей. Судить, кто это делал лучше – они и профессионалы, глупо.

Хуже совсем другое, когда добровольное дело можно превратить в свой собственный пиар, причём не самый белый.

В этой истории есть ещё и те, кто собирает гуманитарную помощь погорельцам. К пожаротушениям они не имеют никакого отношения – люди сортируют вещи, развозят по районам и отчитываются о том, что сделали. По совершенно неожиданным причинам пожаротушители, в лице некоторых активистов, вдруг увидели в сборе вещей и денег погорельцам злобный умысел. После появления в нашей ленте информации о реквизитах счёта, и адресов для сбора вещей, один из пожаротушителей (имя его не стану называть, пусть остаётся на его совести) позвонил в редакцию с просьбой убрать новость. Якобы это обманщики и лицемеры, наживаются на чужом горе, да ещё и собирают деньги на обмундирование волонтёрам, чтобы тушить пожары. Такого в новости не было, более того, доподлинно известно, что добровольцы отчитываются о каждой копейке и не думали даже покупать какую-то там амуницию.

Следующим звонком стала уже угроза, с настойчивым требованием убрать новость. Собеседник кричал, что люди сегодня собирают деньги и помогают, а завтра их «морды будут висеть на баннерах в городе». У меня сложилось чёткое впечатление, что человеку завидно – они там по локоть в копоти, подручными методами тушит пламя в лесу, и никто о нём не знает, а здесь люди оказывают поадресную помощь погорельцам и получают слова благодарности.

Третий звонок уже сделала я. Увидела в сети сообщение одной из активисток, кто принимает участие в сборе вещей. Ей написал «доброволец», совсем непрозрачно намекая, что если она не прекратит свою деятельность, её ждёт расплата.

Звоню ему. «А в чём проблема?» - спрашиваю. «Потому что нельзя деньги у людей брать, это грязное дело. Это просто пиар, я съем и сожру их с кишками <…> Хотят помогать, пожалуйста, но при этом их имён не будет», - злобно заявил мой собеседник.

После этого он рассказывал мне схемы, как он может помочь создать аккумулятивные счета, гордился тем, что ему легко съесть их – добровольцев - за три секунды, и все общественные организации уже против. Кричал, как тушил с ребятами с самого начала когда «ещё горела помойка». Даже вспомнил, как они собирали подписи о переводе времени вместе с Екатериной Щербаковой, а теперь она пробилась во власть и ничего не сделала.

А он остался, не засвеченный и без пиара. Чтобы хоть как-то доказать правоту, мой собеседник, срываясь на крик выпалил: «Я в любом случае народ соберу и заявлю, что было и как было, кто пиарился, а кто реально помогал». 3 мая.

Мне будет интересно посмотреть как этот человек, имя которого надежно ассоциируется с бесчисленным количеством митингов о медицине, о переводах времени и прочего-прочего, будет выступать перед толпой. Более чёрного пиара и придумать сложно.

Мария Воронова: Половое воспитание

Закон, конечно, нужно соблюдать. И если прокуратура усмотрит распространение информации, причиняющей вред здоровью и развитию детсадовцев, в близком расположении секс-шоп за глухой дверью, то усмотрит.

Речь о другом. Отношение к проблеме типа «Я не вижу, а значит, её нет». Взрослым очень сложно, практически невозможно заниматься половым воспитанием детей. О месячных учительница биологии рассказывала нам шёпотом, фактически сведя занятие к раздаче прокладок. Учебник биологии за 9-й класс хоть и содержал целый раздел, посвящённый размножению и строению половых органов человека, на уроках не пригодился, тема была выпущена и не поднималась. И это правда.

Родители свели разговор об «этом» к дарению «Детской сексологии». Впрочем, в этом был плюс - не надо было прятать книжку в платяном шкафу или под простынёй, половое просвещение было официально одобрено мамой. О чём во времена моего детства думали взрослые, малодушно прикрываясь борьбой за целомудрие, я не понимаю - в школьных туалетах изображение членов появлялись регулярно, иногда - самого полового акта. А с появлением интернета лицемерие такой заботы стало очевидно.

И эти ханжеские гримасы, когда в городе висят рекламные баннеры с девушками с оголённой грудью, прикрытой кусками угля - откровенной эксплуатацией секса и крайним сексизмом, всего лишь хорошие мины при плохой игре. К тому же появление магазина для взрослых такого уровня и ассортимента в Чите немедленно выявило половую безграмотность населения. Уже взрослого, я имею в виду.

Мария Шестакова: Чуи, мы дома

Вышел второй тизер седьмого эпизода «Звёздных войн». Огромный имперский крейсер в песках Татуина, голос Люка Скайуокера за кадром, Хан Соло и Чубакка – взрыв эмоций, восторга и переживаний – наконец-то!

Есть и новые лица: симпатичная девушка - очевидно дочь Хана Соло и Леи Органо, афроамериканец в костюме штурмовика – может быть, чем чёрт не шутит, Джаггед Фел – хотя гипотеза и из разряда безумия. Эти персонажи появлялись в романах-продолжениях кинематографической истории «Звёздных войн». Но предполагать пока рано – неизвестно, что взяли за основу сценаристы новой трилогии и оставили ли сюжетные литературные ветки или придумали свои.

Потому отчасти и здорово – «Звёздные войны» снова сюрприз, а не фильм-экранизация книги. Я надеюсь, что это так.

А вот, собственно и тизер на английском.

И тот же тизер, но несколько худший на русском.

Чего только стоит этот голос смертельно уставшего пенсионера Хана Соло в русском варианте. Невольно начинаешь жалеть Харрисона Форда – 100 лет в обед, а заставили бедного тряхнуть иссушенной космическими ветрами стариной. Наверное, актёр очень удивился бы этим ноткам. Уже опасаюсь того, в каком же виде выйдет фильм в нашем кинопрокате – будет ли Соло стар или ещё вполне себе Индиана Джонс.

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter