«Ребенка не было на момент гибели». В Забайкалье вдова участника СВО не получает выплату на дочь, родившуюся после смерти отца

Жительница Читы, муж которой погиб на СВО, рискует не получить выплаты на ребенка, так как дочь еще не родилась в момент смерти отца. Об этом в своем Telegram-канале написала член Совета по правам человека Марина Ахмедова.

В публикации Ахмедовой говорится, что вдова бойца СВО родила дочь через 11 дней после смерти мужа. При назначении выплат дочь не учли, хотя брак был официально зарегистрирован, и мужчина ушел на СВО, когда его жена Тамара была беременна. В июле 2025 года он перестал выходить на связь, 13 июля его признали пропавшим без вести, 24 июля у него родилась дочь. Официальной датой смерти указано 13 июля 2025 года.

Ахмедова приводит цитату вдовы военнослужащего, со слов которой ей сказали, что на момент гибели мужа ребенка еще не было, значит, ей ничего не положено. Но к моменту назначения выплат ребенок уже появился. Также 13 июля военная часть назначила выплаты по 20 тысяч рублей на ребенка. То есть часть автоматически признала дочь, поэтому непонятно, почему было отказано в выплате. 29 января 2026 года Тамаре выплатили 1,6 миллиона рублей без учета дочери.

«Адвокаты говорят, что, согласно законодательству, если на момент гибели военнослужащего его официальная супруга находится в положении, военная часть обязана дождаться рождения ребенка. Если ребенок появляется на свет живым, он учитывается при распределении компенсации за смерть военнослужащего в зоне СВО. Да и я на заседании Совета по правам человека своими ушами слышала, как президент страны поручал обеспечить поддержку детям, которые родились после смерти их отцов, погибших на СВО. Надеюсь, с проблемой Тамары разберутся», — написала Марина Ахмедова.

Юрист Екатерина Шаферова сказала, что в законе этот момент никак не определен. Если трактовать закон буквально, то на момент гибели мужа ребенка еще не существовало. Значит, формально выплаты на него не положены. Но такой подход она считает абсолютно формальным и недопустимым в такой ситуации.

«Мы сейчас, по сути, живем в прецедентном праве, потому что такой ситуации, как СВО, в нашей стране раньше не было. И всё создается прецедентами. Думаю, если подключить уполномоченных по защите прав ребенка и по защите прав человека, то конкретно этот случай, возможно, удастся решить. Потому что ребенок погибшего участника СВО должен получить поддержку», — добавила юрист.