Кто крайний? Почему в Забайкалье годами мурыжат сирот в очередях за бесплатным жильем

Дети-сироты в Забайкалье на себе прочувствовали фразу «Строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения», удостоенной из-за своей актуальности отдельной статьи в электронной энциклопедии. По российскому законодательству каждому ребенку без родителей к 18 годам полагается отдельное жилье, но в Чите и районах края есть нюанс: денег на покупку квартир и строительство домов у властей мало, поэтому право на жилье есть, а жилья нет. Чтобы добиться своего, сироты объединились и подали коллективный иск в суд. Кто по 15–20 лет стоит в очереди и какие требования предъявляют очередники — узнал корреспондент «Чита.Ру».

Кроме детей-сирот, у которых умерли родители, в России есть значительная категория юных граждан, официально называемых «детьми, оставшимися без попечения родителей». В основном это те, у кого маму и папу лишили родительских прав либо осудили за преступления и отправили отбывать срок в колонию. Такие дети не обязательно живут в детдоме — могут быть под опекой, к примеру, бабушки, но всё равно попадают под льготу.

Забайкалье по уровню преступности, алкоголизации населения (а часто именно алкоголиков лишают родительских прав) занимает лидирующие позиции среди регионов России, поэтому и детей, оставшихся без попечения родителей, меньше год от года не становится.

При этом средств, которые в крае выделяют на покупку квартир и строительство домов для сирот, хватает, чтобы обеспечить около 5% очередников в год. При этом ежегодно в очередь встают новые 18-летние забайкальцы, что превращает проблему в замкнутый круг.

К примеру, в марте 2024 года в очереди стояли 8,2 тысячи человек, из них 6,9 тысячи достигли совершеннолетия. За полтора года показатели региона улучшились незначительно — соответственно 7,9 тысячи и 6,7 тысячи человек.

В этом вопросе Забайкалье уверенно держит одну из лидирующих позиций среди худших субъектов РФ. Так, в марте 2025 года, по данным председателя комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нины Останиной, в крае было 7003 очередника. Больше только в Кемеровской (7004) и Иркутской области (10 525). При этом пять лет назад, исходя из отчета Контрольно-счетной палаты, край замыкал топ-4, а в 2024-м вновь ворвался в тройку отстающих.

Многие дети-сироты, которые уже давно не дети, идут в суд, выигрывают дела и встают в новую очередь — в регионе свыше 2000 сирот имеют на руках решения суда, обязывающие чиновников предоставить жилье.

В итоге в Забайкалье есть три очереди:

• общая (в ней все дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, кому по закону полагается жилье);

• дети-сироты, которым уже исполнилось 18 лет, но они ничего не получили;

• дети-сироты, которые выиграли суд, но всё равно годами ждут жилье, потому что раньше суд выиграли еще свыше 2000 человек.

Поскольку проблему в регионе не решают десятилетиями, в сфере юридической помощи появились люди, специализирующиеся на делах о жилье для сирот и компенсациях за нарушение жилищных прав этой категории льготников.

На «Чита.Ру» выходил материал о забайкальце, который 12 лет ждет квартиру. Он уже женился, воспитывает дочь, выиграл несколько судов у Министерства труда и социальной защиты населения и год отслужил в зоне специальной военной операции.

В 2024 году боец обратился к юристам проекта «Квартиру сироте». Один из его авторов Евгений Крылов из Екатеринбурга — сам сирота, который в 2019 году выбил себе квартиру и теперь помогает другим получить жилье.

По словам Евгения Крылова, Забайкалье — один из самых неблагополучных регионов в вопросе обеспечения детей-сирот недвижимостью. Из Читы он получает около 25–30% обращений.

В мае о коллективном иске в Центральный районный суд Читы сообщил юрист из Саратова Дмитрий Лиманский. По его словам, истцы просят взыскать из бюджета Забайкальского края компенсацию морального вреда, а также хотят получить ответ на вопросы:

• имеют ли органы государственной власти право не исполнять требования федерального закона о сроках предоставления жилья?

• является ли отсутствие надлежащего финансирования, достаточного количества жилых помещений в специализированном жилищном фонде основанием не исполнять органами государственной власти требования о сроках предоставления жилья?

Кроме того, сироты составили открытое письмо, которое адресовали президенту Владимиру Путину, председателю правительства Михаилу Мишустину, председателю Верховного суда России Игорю Краснову и руководителям других структур и ведомств. По данным Дмитрия Лиманского, документ подписали около 100 человек.

«Мы не выбирали свою судьбу, но так сложилось, что у нас нет родителей и кроме вас нам больше не к кому обратиться за помощью. В Забайкальском крае средний срок ожидания, когда жилье будет предоставлено детям-сиротам, составляет 15 лет и более. Как нам объясняют, эта проблема связана с недостаточностью финансирования, которое возложено законом на субъекты РФ. То есть органы государственной власти субъектов Российской Федерации отказываются исполнять закон в связи с отсутствием денег», — говорится в письме.

В редакцию «Чита.Ру» обратились около 15 сирот, которые подписали коллективное письмо. Они поделились своими жизненными историями. Кроме того, одна из инициаторов группового обращения в суд Екатерина Р. предоставила копию иска, рассказав, что сама стоит в очереди с 2009 года, в июне 2016-го выиграла суд и была первой в «судебном» списке (в общем — в начале третьей тысячи), но до сих пор не получила жилье.

«Судебный пристав в 2025 году окончила исполнительное производство, которое получилось возобновить через суд только 13 мая 2026 года, практически год длился суд, переносили, откладывали. На сертификат подавала — отказ, обжаловала в суде вплоть до Конституционного суда РФ — также отказ. С краевым Министерством социальной политики пыталась заключить мировое соглашение на сертификат, не пошли мне навстречу, отказали», — рассказала Екатерина Р.

В коллективном иске она требует выплатить компенсацию в размере 150 тысяч рублей. Другие истцы также ждут исполнения судебных решений не один год. Сумму компенсации они оценивают в зависимости от периода нарушения прав — от 35 тысяч до 225 тысяч рублей.

Среди «ветеранов» очереди Аида, которой уже 34 года. Жилье в Чите она ждет с 2008 года. Также в редакцию обратилась Екатерина Р., которая на общем учете с 2012 года, а на основании вступившего в законную силу решения суда — с 2019 года.

Аклима стоит в очереди по решению суда от 2023 года под номером 1270, общая очередь — 1977. Она работает учителем в школе и снимает квартиру за 26 тысяч рублей.

«Стою в очереди с 2009 года, сейчас мне 27 лет. На компенсацию подавала один раз в 2025 году, размер компенсации — 40 тысяч рублей», — рассказала Аклима.

Наталья ждет квартиру в Чите с 2014 года. В январе 2021 года суд обязал предоставить ей жилье.

«Никаких звонков и даже писем о предложениях не поступало. Мы организованно подписывали и петиции, и обращались в приемную президента, и вот даже в суд подали групповое исковое заявление, но пока нет решения. У меня есть двое несовершеннолетних детей, мне пришлось оформить ипотеку, в жилищном сертификате мне отказали по причине имевшегося решения суда», — уточнила Наталья.

Открытое письмо также подписала Екатерина Т. Она мать‑одиночка с тремя детьми, один из которых инвалид.

«Снимаю жилье всю свою сознательную жизнь. В очереди на квартиру стою уже 23 года — с 2003-го. В 2021 году я выиграла суд. Судья обязал Министерство социальной политики предоставить мне жилье. Прошло пять лет, а решение не исполнено. Приставы разводят руками — денег нет. Должник, то есть государство, просто не хочет платить. По законодательству нет такой уважительной причины, как отсутствие денежных средств», — рассказала сирота.

Она уточнила, что в марте подавала заявление на региональный жилищный сертификат — около 5,2 миллиона рублей, но ей отказали якобы из-за приоритета СВО.

«Тогда подала заявление на федеральный сертификат, тоже около 5,2 миллиона. Заявление приняли, но сказали: по доходам можете не пройти. То есть даже с тремя детьми и ребенком‑инвалидом можно не заслужить сертификат, потому что я получаю слишком мало — только пособие по уходу за ребенком-инвалидом 13 тысяч рублей. У меня хорошее образование, по профессии я хирургическая медсестра, прохожу профессиональную переподготовку и аккредитацию, надеясь, что смогу выйти хотя бы на неполный рабочий день, т. к. ребенок нуждается в уходе. В ипотечном кредите отказывают из-за низкого дохода. Бесконечный тупик не заканчивается», — поделилась Екатерина Т.

По ее словам, в Забайкалье многодетные сироты уступают в приоритете участникам СВО, поэтому сейчас очередь Екатерины Т. в Чите в конце седьмой сотни.

«Я больше не верю, что дождусь квартиры. Я подала в суд заявление об изменении способа исполнения: прошу не квартиру, а жилищный сертификат. И подала иск о компенсации еще за один год неисполненного суда. Министерство уже принесло возражение. Секретарь суда обронила, что компенсация якобы считается по 20 тысяч рублей за год. Двадцать тысяч — цена года моей жизни, снятых углов, слез, бессонных ночей из-за проблем, которые вытекают из-за отсутствия собственного жилья.
Я устала. Я не прошу милостыни. Я требую того, что мне давно положено по закону», — добавила Екатерина Т.

С 2024 года в России появилась новая мера поддержки детей-сирот — жилищный сертификат. Это именной документ, который дает право на выплату на приобретение благоустроенного жилья в собственность или полное погашение ипотечного кредита.

Сертификат можно получить, если сироте исполнилось 23 года, но он по той или иной причине не дождался жилья от государства. При этом купить квартиру по сертификату можно в любом регионе России, чем и пользуются забайкальские льготники.

Об этом корреспонденту «Чита.Ру», в частности, говорил юрист Евгений Крылов. По его словам, в некоторых регионах (к примеру, Ленобласти) можно даже выбрать квартиру из нескольких вариантов, в то время как в Забайкалье приходится ждать десятилетиями.

Однако не все очередники могут получить сертификат. Есть несколько условий, среди которых — средний доход не ниже прожиточного минимума, отсутствие долгов и прочее. К тому же в Забайкалье желающие, даже при соблюдении всех условий, не смогут в один момент оформить эту меру поддержки — выделенных денег в 2026 году хватит примерно на 200 человек.

Всего на год в краевом бюджете предусмотрели 1,5 миллиарда на обеспечение жильем детей-сирот. Из них на покупку квартир 775,3 миллиона рублей и 725,6 миллиона рублей — на жилищные сертификаты.

По данным правительства Забайкалья, 395,7 миллиона рублей из средств, выделенных на жилищные сертификаты, направят на принятую в 2025 году меру социальной поддержки, которая позволит приобрести жилье детям-сиротам в сельской местности.

Новая социальная мера появилась после критики генпрокурора России Игоря Краснова, который в июне 2025 года побывал в Чите. Он назвал негативными факторами формализм и возможные злоупотребления со стороны должностных лиц. Спустя четыре месяца губернатор Александр Осипов анонсировал новую программу по выдаче жилья детям-сиротам «Сельский сертификат».

Для властей региона такое решение предпочтительнее, поскольку сельский сертификат дешевле в разы — 1,5 миллиона вместо 5,2 миллиона рублей, а значит можно быстрее сократить очередь, потратив меньше средств. В 2025 году таких сертификатов раздали 54, а в 2026 году уже запланировали выдать 254 штуки.

Всего в этом году жильем хотят обеспечить 460 сирот в Забайкалье, что почти в два раза больше показателя 2025-го. На текущий год также предусмотрено расселение сирот, получивших квартиры в борзинской девятиэтажке, признанной аварийной. Оттуда предстоит переселить 33 человека, на что запланировано 145,1 миллиона рублей. Кроме того, 30-квартирный дом для детей-сирот в поселке Ясногорск, который должны были сдать в 2023 году, планируют достроить.

До 2030 года на реализацию программы по обеспечению детей-сирот жильем в Забайкалье рассчитывают потратить 9 миллиардов рублей. Если выделять, как сейчас, по 5 миллионов рублей на квартиру, этого хватит на 1800 человек. Учитывая, что ежегодно новые и новые сироты празднуют совершеннолетие, проблему с очередями в регионе вряд ли получится решить в ближайшую пятилетку.