«Губернатор, губернатор!» - кричали привезённые из Алекс-Заводской школы дети, размахивая цветными флагами перед приближающимся рабочим поездом. «Который из них губернатор-то?» - бурчали мужики в тулупах, вглядываясь в толпу выходящих из парадного вагона чиновников. Вернувшись из Александровского Завода, губернатор края Равиль Гениатулин дал интервью ИА «Чита.Ру».
- Представитель «Норильского никеля», выступая на митинге по поводу открытия станции Александровский Завод, говорил о двух ГОКах – на Быстринском и Бугдаинском месторождениях. При этом изменений в частно-государственный паспорт проекта ещё не внесено. Насколько сокращение проекта устраивает наш регион?
- Конечно, мы бы хотели получить на проведение проектно-изыскательских работ со стороны «Норильского никеля» не 670 миллионов рублей, как это запланировано на 2010 год, а миллиарда два. Но в нынешней ситуации и это большие деньги. Работы по проектированию и строительству конкретных ГОКов будут продолжаться.
Сейчас обсуждается другая тема - участие «Норникеля» в строительстве, которое планировалось за счёт средств Инвестфонда. Ведутся переговоры между Минтрансом, «Норникелем», правительством края, хотя мы тут выступаем больше посредником. Я лично периодически веду переговоры с министром и руководством «Норникеля», и мы близки к тому, чтобы выйти на какую-то согласованную сумму с обеих сторон. Думаю, что это даст возможность не остановить работы по ветке Александровский Завод – Газимурский Завод.
- Можно ли говорить об этом уверенно?
- Больше да, чем нет.
- Прохоров и Финский не готовы возвращаться к теме юго-востока, да?
- Насколько я знаю (это информация конца года) – таких переговоров не ведётся. Конечно, жаль, потому что мне, в общем-то, хотелось, чтобы они договорились, и лучше, чтобы проект был совместным, но от нас тут практически ничего не зависит: это два собственника, которые сами принимают решение.
- И поиска новых инвесторов, о котором заявлялось весной, не происходит?
- Поиск новых инвесторов на данном этапе не ведётся. Не будь кризиса – если не пять, то три-четыре ГОКа точно можно было бы строить. Провал, который случился, ещё несколько лет будет сказываться на инвестиционных возможностях. В том числе, и на возможностях «Норникеля». Но два комбината на месторождениях Быстринское и Бугдаинское планируются очень мощными, и, если появятся к 2017 году и полномасштабно заработают – будет вполне достаточно. Кроме того, уже запущен в эксплуатацию Новоширокинский ГОК, от которого всего 22 километра до Газимурского Завода. «Казцинком» - головным предприятием – рассматривается вопрос о возможности строительства железнодорожной ветки к ним от Газ-Завода. Финансирование они планируют взять на себя. Тогда автомобильные схемы не нужны совсем. Продукция с комбината, погруженная в контейнер, идёт на экспорт, заходит в цех в Челябинске, Астане или Китае. Это идеальный вариант – с минимизацией транспортных расходов. Параллельно, я думаю, появятся более мелкие предприятия, связанные с добычей известняка, песчаников, гравия. Это вообще не финансово ёмкие проекты, а три ГОКа – абсолютная реальность этого десятилетия.
- Как вы оцениваете итоги проверок балансовой комиссии под руководством Кошелева? В ходе их выясняется, что в Каларском районе глава продал помещение магазина, находящееся в муниципальной собственности без согласования с депутатами районного совета. Главе Читинского района было рекомендовано на 13% сократить численность муниципальных служащих.
- И не только по этим районам. Много вопросов возникло и по Забайкальску… Я отношусь положительно. У таких проверок очень серьёзный экономический эффект: они показывают, где перерасход заработной платы, где неэффективное расходование бюджетных средств. На 2010 год поставлена задача проверить не только районы, но и все министерства и крупные государственные предприятия. Я бы вообще поставил эту работу на плановую основу.
В ходе проверок выявляется неэффективное использование средств, материальных ресурсов, кадрового потенциала. Ведь в отдельных районах главврачи больниц даже не понимали, что можно приличные деньги взять из Фонда медицинского страхования, в том числе и на повышение зарплаты медработникам. Балансовая комиссия проверяет системы здравоохранения, образования, культуры. Это очень нужное дело, очень чёрная, неблагодарная работа. Неслучайно группа депутатов не утвердила Кошелева с первого захода: где-то на отраслевые интересы посмотрел не так, как они. Пожалуй, только с таким характером можно делать работу, за которую никто до него не брался.
- Устраивает ли вас команда министров и заместителей, набранная два года назад. Не планируются ли кадровые перестановки?
- Резких движений не будет. Придёт министром трудовых ресурсов и демографической политики вместо Валерия Буянова, возглавившего краевой избирком, новый, молодой человек.
- Придёт ли кто-нибудь министром спорта вместо Юрия Коноплёва, отстранённого от должности в связи с подозрением в хищении бюджетных средств? Не сказывается ли отсутствие министра на работе министерства?
- Сказывается. Юрий Коноплёв отстранён от должности временно, и всё зависит от решения суда. Если суд решит, что Коноплёв не прав – буду искать другого человека. Тоже молодого.
- Где вы находите молодых чиновников?
- Выращиваем на огороде (улыбается) и проверяем в бою. Наша кухня – ведь тоже огород. Как посеешь – так и пожнёшь.
- Странная ситуация на протяжении длительного времени складывается с руководителем общественной приёмной Натальей Новиковой, мошенницей которую признал суд?
- Мы сейчас реорганизуем всю систему общественной приёмной. Сделать это заставляет жизнь - есть приёмная президента, премьера, значителен охват живого участия по партийной линии, по депутатской. Необходимости в сохранении приёмной больше нет, и по итогам реорганизации вы узнаете о судьбе Новиковой.
- А если бы не было реорганизации?
- Она всё равно бы не работала. Руководителем. Не факт, что не работала бы вообще. Решение суда не запрещает ей оставаться на госслужбе.
- Как вы можете прокомментировать неофициальную информацию о назначении федеральным инспектором по краю Баира Жамсуева?
- Об освобождении с этой должности и назначении помощником полпреда президента в Сибирском округе Валерия Попова официальное решение есть. Об официальном назначении Жамсуева я не знаю. Если всё так и есть, это хорошо. С новыми людьми всё равно приходится знакомиться, притираться – каждый со своими настроениями, амбициями, задачами. А Баира Баясхалановича я великолепно знаю с его 17 лет, со студенчества. Знаю сильные стороны: хорошо разбирающийся в госустройстве человек. Будет эффективно заниматься своими делами, я буду заниматься своими. Всё будет нормально.
- Существуют ли какие-нибудь оптимистичные перспективы у системы ЖКХ в крае?
- Покажите мне в стране, где с ЖКХ всё хорошо. Везде плохо. Но у нас - энергичные журналисты, это здорово, но так должно быть в целом по стране. В некоторых субъектах замерзают целыми посёлками, и об этом никто не узнаёт. К сожалению, болезнь ЖКХ –очень серьёзная системная болезнь всей РФ.
- Которая не лечится на уровне субъекта?
- Только деньгами. У нас есть федеральная программа модернизации. Естественно, есть краевая. За последние пять лет столько всего построили, столько ликвидировали маленьких убитых котельных, переложили сетей, очень серьёзно сократили выбросы в атмосферу. Большая и затратная работа была проведена в той же Борзе, но беда в том, что в Борзе - кризис управления.
- Что вы можете сказать о новом мэре Борзи?
- Мы как раз искали человека, понимающего в самой болезненной теме – ЖКХ. Стали перебирать кадровый потенциал на уровне Борзи - никого нет. Поэтому пришлось посмотреть, где у нас есть специалисты и пошли по этому пути. Последние две недели, которые работает Николай Яковлев, стало значительно легче. Ряд вопросов снимает оперативно, практически на ходу, не доводя до критических ситуаций, до поездок в Борзю на сумасшедшей скорости председателя комиссии по чрезвычайным ситуациям Холмогорова, чуть было не закончившейся трагедией. Ведь просто повезло мужикам. Сейчас поднимают шумиху вокруг того, что купили очередную машину. У меня были бы деньги – я бы вертолёт купил. Потому что иногда часы решают, быть такой ситуации как в Степи – или не быть.
Избежать аварий в стране невозможно, и работу системы ЖКХ я оцениваю не по отсутствию аварий, а по быстроте и профессионализму устранения.
- Какую оценку можно ставить военным, устранявшим аварию в Степи?
- Плохо. Непрофессионально. Бесконтрольно. У меня был на эту тему разговор с премьер-министром Путиным. Он спросил, что я думаю о возможных путях решения проблемы военных гарнизонов. Я предложил два пути - либо это всё передавать нам с полным денежным сопровождением на модернизацию, либо – менее радикальный способ – вводить независимый технический контроль. Наш контроль, не ведомственный. Который может в августе, в сентябре зайти в любую котельную и немедленно проинформировать и командование, и Минобороны, если потребуется, о возможных проблемах.
- В декабре вы заявляли о «чётком курсе» на изменение уставов районов, чтобы главы приходили к власти на конкурсной основе, а не в результате выборов? Взят ли он?
- Да, уставы изменены уже в 13 районах из 32-х, и это моя чёткая позиция. Я за то, чтобы все муниципалитеты, включая Читу, изменили свои уставы, и мы приводили бы к власти глав исполнительных органов власти не через прямые выборы, а через представления губернатора или выдвижение из числа депутатов – без разницы. В этот исторический момент это вещь абсолютно необходимая. Нам нужны эффективные менеджеры.
- И народ не может их выбрать?
- Нет. И зачастую их не из кого выбрать. Ладно, в Краснокаменске большая конкуренция, но есть небольшие районы, где два-три выдвигающихся кандидата, которые, как правило, много-много лет ходят по кругу, меняя друг друга. Их профессионализм, как руководителей, остаётся на одном уровне, никакого роста. У некоторых как был уровень председателя колхоза – так и остался. Взять Борзю - творят там всенародно избранные, а получаю от премьер-министра я.
- Не получится, что в результате изменения уставов главой района будет становиться человек, которого назовёт губернатор?
- Ничего подобного. Это совсем не факт ведь форма избрания, хоть и депутатами, всё равно остаётся.
- И депутатам нельзя давать прямых указаний?
- С депутатами надо работать. Убеждать, что кандидат, которого мы предлагаем, действительно лучше.
- Но ведь экс-главу Читинского района Бутрия как раз назначали?
- Да, это был первый опыт. И Бутрий, кстати, как глава был неплохой глава. Он очень успокоил ситуацию в районе, что было чрезвычайно важно. Достаточно спокойно район решал сложные, особенно коммунальные, проблемы в Новой Куке и Птицефабрике. Во многом он инициировал строительство огромной котельной в Атамановке. Не до конца всё довёл, конечно.
- Неплохой глава, несмотря на приговор суда за служебный подлог и превышение должностных полномочий?
- Да. За то, что где-то повёл себя не так – он был справедливо наказан.
- Вы думаете, что год лишения свободы, штраф в 50 тысяч рублей и лишение права занимать руководящие должности – справедливое наказание?
- Наказание моральное намного жёстче, чем уголовное. Когда человек был у власти и вдруг по решению суда за свои проколы стал никто – это очень серьёзно.
- Что вы думаете о потоке уголовных дел в районах края, возбуждённых из-за превышения полномочий, подлога, халатности, мошенничества?
- Я думаю, что мы начали, наконец, бороться с коррупцией.
- Когда?
- Наверное, импульс дала более смелая и решительная позиция президента Медведева, который инициировал внесение изменений в законодательство. Созданы специальные комиссии в регионах, даны чёткие полномочия прокуратуре. Единственное, чего я боюсь – не увлеклись бы и не превратили эти меры в кампанию. Это хорошо, что мы находим, изобличаем, отстраняем, наказываем, но снижается авторитет власти, и это большущий минус.
Про власть ведь когда люди вспоминают. Когда где-то что-то случилось – трубу прорвало, льготы не дали, работы нет. А если всё стабильно – и дома тепло и уютно, и у детей всё хорошо – никто не вспомнит, как кого зовут в правительстве. И это правильно.
Екатерина Шайтанова









Вот эта фраза характеризует всю власть в нашем Забайкальском раю. Иначе говоря: "Мне, на самом деле, плевать на людей, пускай мрут - лишь бы об этом никто (наверху) не узнал. Мне что, больше всех надо? Везде же так.". Видимо Путин из телевизора новости узнаёт, раз губер считает, что его журналисты сдали. Кошмар. Тьфу.