СЕЙЧАС +6°С

Опасна ли Фукусима для Забайкалья - в обзоре краевых СМИ

«Во второй половине года роза ветров поменяется, и от Дальнего Востока к нам может что-то принести. Мы не застрахованы, и на нас может что-то выпасть, вопрос – сколько...»

Об особенностях регионального телевидения с исполнительным директором ЗАО «Альтес-Медиа» Верой Селезнёвой беседует на страницах «Азии-Экспресс» Дарья Михайлова. Вера Ивановна убеждена, что региональные телевизионные СМИ обладают рядом преимуществ, среди которых здоровая конкуренция, мощное обновление кадров и постепенное улучшение технологичности телевидения. Среди недостатков исполнительный директор ЗАО «Альтес-Медиа» выделяет узкую информационную площадку, что приводит к тому, что конечные продукты – сюжеты – мало чем отличаются. Проблемой местного телевидения собеседник газеты называет засилье рекламных сюжетов, от которых сложно избавиться ввиду дороговизны телевизионного производства. «Выходом из этой ситуации могут стать проекты, которые финансируются государством. Молодёжные, детские программы, документальные фильмы», - считает Селезнёва.

- Сегодня все хором ругают телевидение, обвиняя его в негативном воздействии на аудиторию. Считается, что телевидение сегодня более развлекает, чем информирует или просвещает. Это справедливо и по отношению к региональному ТВ?



- Всё-таки, я думаю, к региональному ТВ это относится в меньшей степени. В силу нашей большей зависимости от общественного мнения. Нас так мало, мы все друг друга практически знаем, работать надо очень осторожно, чтобы не причинить вреда другим. Особенно когда это не в процессе конструктивной критики, а так просто, по ходу пьесы. Всё-таки, региональное телевидение более руководствуется здравым смыслом, стремится к более правдоподобному информированию.

Под толстым слоем рекламы



- На Ваш взгляд, каких материалов, каких проектов явно не хватает сегодня на местном телевидении?

- Будем смотреть правде в глаза, есть дисбаланс в сторону коммерческих проектов, что, конечно же, объяснимо: телевидение – очень дорогое производство. С другой стороны, зритель устаёт от коммерческой рекламы, от телепиара, от «джинсы» - так на телесленге называется замаскированная под информацию всё та же реклама. Нам всем очень нужны сегодня социально значимые проекты. По правде, к таковым на читинских каналах сегодня с большой натяжкой можно отнести только выпуски новостей и прогнозы погоды, ряд просветительских программ – на медицинскую тему и т.д., но все это тоже так прочно обросло толстым слоем коммерческой рекламы, что контент теряется среди многочисленных спонсоров и партнёров проекта. Повторяю, всё это понятно и по-другому сегодня быть не может. Выходом из этой ситуации могут стать проекты, которые финансируются государством. Молодёжные, детские программы, документальные фильмы.

- Документальные фильмы, действительно, редкий феномен сегодня на местных каналах, но исключения всё же появляются. Расскажите о работе Вашей телекомпании над проектом «Забайкалье. Страницы истории». Эти фильмы по-настоящему обратили на себя внимание зрителей.



- Знаете, пусть это прозвучит банально, но я повторю известную идею о том, что уровень цивилизованности сегодня, да и всегда, определялся и определяется не техническим комфортом, а отношением народа к своему вчерашнему дню, к своей истории. Думаю, забайкальцам повезло в этом смысле. Например, не каждый регион в стране сегодня может похвастаться существованием собственной энциклопедии. А в нашем крае она есть – академическая информация обо всех направлениях и сторонах жизни региона! И очень хорошо, что сейчас мы делаем в некотором роде видеоверсию энциклопедии.

Соскучились по документальной журналистике



- Не опасаетесь стать объектом критики со стороны специалистов, учёных-историков, краеведов? Ведь у них своя оценка событий истории.

- Нет, мы стараемся давать материал, руководствуясь взвешенной оценкой. Да и, по счастью, сегодня наше общество всё дальше уходит от однобокой, предвзятой оценки прошлого, пытается понять свои исторические корни, осмыслить место и роль своего края в истории великого Российского государства.

Что касается возможного дилетантского подхода к историческому материалу, то как раз забайкальские краеведы и историки и стали нашими первыми помощниками в работе. Это, прежде всего, Н.Н. Константинова, Н.В. Гордеев, В.В. Кузнецов, Т.А. Константинова, А.В. Соловьёв, Н.С. Козлова, А.А. Вырупаев. Мы можем только благодарить их сегодня за знания, которыми они щедро поделились с нами. Многие из них выступили не только историческими консультантами, но и активно принимали участие в съёмках, давали комментарии в кадре. Они, прекрасно понимая, что мы – дилетанты, были очень терпеливы с нами.

Да и вообще, к кому бы мы ни обращались, все с удовольствием нам помогали. Для нас открывали свои двери читинские архивы, музеи, библиотеки. Читинцы делились материалами из домашних, личных архивов. Как, например, В. Перминов, много лет собирающий документы о жизни атамана Г. Семёнова. Возможно, дело в том, что люди действительно устали от развлекающего формата и соскучились по хорошим, серьёзным работам документальной журналистики.

- А что было самым трудным?



- Самым трудным оказалось разобраться в огромном массиве исторических документов. Ужасно, что многие факты приходилось просто выбрасывать из сценария, поскольку в силу удалённости во времени событий очень мало иллюстрирующего материала. А ведь картинка на телевидении – самое главное! Например, как рассказывать о декабристах, которые были в Забайкалье почти 200 лет назад? Можно снять только экспозицию в музее декабристов, какие-то оставшиеся предметы, их книги, акварели, портреты. Но этого очень мало для получасового фильма. Поэтому большой груз лёг на плечи наших режиссёров. Отмечу и работу операторов. Впервые телекомпания задействовала на съёмках кран, и это расширило пространство. Сделало его многомерным, осязаемым, приблизило прошлое.

Для проекта «Декабристы в Забайкалье» придумали телевизионный ход – группа молодых ребят бродит по залам музея, рассматривает экспонаты, трогает клавиши старинного клавесина, примеряет мундир офицера. Были и поездки по краю, по местам, где декабристы пребывали на каторге и потом на поселении.

Немного проще в этом смысле было подобрать видеоряд для фильма «На сопках Маньчжурии», уже есть кинохроника, фотографии, даже живы участники тех военных событий. Мы очень благодарны ветерану Г.И. Кряжеву, рассказавшему в фильме о своей войне, на которой ему было всего 18 лет. Для подбора видео мы обращались к нашим телевизионным партнёрам в Монголии и Китае. В Китай наша съёмочная группа

даже выезжала. В Хайларе, где шли основные бои в августе 1945 года, корреспонденты выполнили уникальные панорамные съёмки.

Чувство изумления



- Эти работы «Альтеса» зрители заметили, а сами Вы какие эмоции пережили?

- Мы испытали чувство изумления. Как много, оказывается, мы не знаем о прошлом нашего края! Да, есть расхожее мнение о Забайкалье как о крае каторги и ссылки, но кто были эти каторжане и ссыльные, по большому счёту? Это были высокообразованные, прогрессивные для своего времени люди. Какой глубокий, значимый след они оставили нам в наследство. Ведь что самое интересное в истории? Человеческие судьбы. Конечно, увидеть и понять поступки многих наших героев глазами человека из XXI века сложно, но тем и интереснее!

- Вы продолжаете эту работу? Будут ещё фильмы?

- Конечно! В работе сейчас проект «Серебряный век» - об истории освоения и развития горнорудной промышленности края. Будут и другие проекты: история нашего Забайкалья многогранна, прошлое – уникально. Самое главное – понять, какие уроки мы извлекаем из этого нашего прошлого. И такие задачи решает, в том числе, наш проект «Забайкалье. Страницы истории».

И, кстати, Вы спрашивали о новых тенденциях в региональном телевидении? Я думаю, интерес к телевизионной публицистике – одна из таких тенденций. Хороших, смею надеяться!

Дарья Михайлова, «Азия-Экспресс», №14

Открытое письмо к губернатору Забайкальского края от председателя первичной организации инвалидов городского поселения «Дровянинское» Евгения Дьяченко опубликовано в газете «Земля». В нём Евгений Петрович просит главу региона помочь с регистрацией общественной организации, призванной помогать семьям, в которых воспитываются дети-инвалиды. По словам автора письма, ему приходится много работать с такими семьями: «Ко мне звонят со всего края: кто-то не знает, как ему поступить в той или иной ситуации, другие жалуются на произвол чиновников или врачей, третьи делятся информацией, а многим необходимо просто поговорить о своих детях, ощутить поддержку». Для полноценной работы общества необходимо финансирование, которое отсутствует, а идей и предложений по работе организации у Евгения Дьяченко уже достаточно.

Одна из главных трудностей – это отсутствие информации. Ко мне звонят со всего края: кто-то не знает, как ему поступить в той или иной ситуации, другие жалуются на произвол чиновников или врачей, третьи делятся информацией, а многим необходимо просто поговорить о своих детях, ощутить поддержку.

Последнее время меня всё чаще просят создать и возглавить региональное общество родителей детей-инвалидов. Уверяю всех, что более достойного дела я не знаю. Уже почти готов устав организации. Но… Для создания и полноценной работы общества нужны соучредители с денежными средствами или постоянные спонсоры, а таковых нет. Кому я только не писал, к кому только не обращался, результат – нулевой! Без финансовых влияний организация не сможет существовать. Организацию необходимо зарегистрировать на какие-то средства, элементарно – канцелярские товары нужно приобрести.

Господин Губернатор, нет более благого дела, чем помощь детям-инвалидам! Я не понаслышке знаю, как Вам не безразлична жизнь инвалидов. Вы тесно взаимодействуете с региональной организацией «Всероссийского общества инвалидов», и я, являясь председателем одной из первичных организаций общества инвалидов, не единожды был свидетелем Ваших благих действий по отношению к людям с ограниченными возможностями.

Равиль Фаритович! Я обращаюсь к Вам от имени всех детей и их родителей. Помогите нашим детям! Иначе нам остается надеяться только на Господа Бога! Большинство детей-инвалидов с диагнозом ДЦП без операции не сможет ходить, сидеть, ползать. ДЦП – это очень больно…

Я понимаю, что в бюджете края может и не найтись денег. И я понимаю, что это не лёгкая задача. Но Вы, как Губернатор Забайкальского края, можете собрать представителей крупного, среднего и даже малого бизнеса и объяснить им ситуацию. Что бы, и кто бы плохо не думал про россиян, но я точно знаю, что только в России могут сострадать и помогать.

Помогите нам найти соучредителей или спонсоров. Наша организация будет открыта для всех, и мы с огромной благодарностью примем любую помощь. Я думаю, Вы и сами понимаете, что такая организация в нашем крае просто необходима. В перспективе, организация должна контролировать всё, так или иначе, связанное с детьми-инвалидами. Создание фонда помощи детям, нуждающимся в лечении, поможет снизить напряжённость в поисках средств. И если хоть один ребёнок получит шанс на счастливую судьбу, это будет высшей наградой нам всем.

Но это потом, а сейчас появилась реальная возможность помочь в проведении операции детям с диагнозом ДЦП. Я очень прошу, не оставьте это обращение без внимания. Только Вы способны провести столь необходимую и богоугодную работу! У меня огромное число предложений по работе организации, но нет главного – самой организации.

Очень надеюсь на Ваше понимание, сострадание и желание помочь в организации регионального общества родителей детей-инвалидов.

С уважением, Дьяченко Евгений Петрович, председатель первичной организации инвалидов ГП «Дровянинское», «Земля», №14

Каким был Юрий Гагарин в воспоминаниях Иосифа Кобзона, слушали читинские школьники в «Мегаполисе» и могут найти читатели «Экстры». О его очередном визите в Читу пишет Ирина Баринова. «Юра был очень весёлым человеком. Шутил, разыгрывал, пел плохо, но… жутко любил петь. Любил песни Пахмутовой, Фрадкина, Френкеля. А самая любимая песня была «Девчонки танцуют на палубе», - Иосиф Давыдович говорил первому человеку в космосе «ты» и участоввал в розыгрышах. – Помню, мне Юра говорит: «Хочешь потрясающую аргентинскую сигарету выкурить?». Говорю: «Давай». Сам понимаю, что готовится прикол, но…Юра зажигает спичку, даёт мне прикурить… Только я затянулся, сигарета взрывается у меня во рту. Они дружно расхохотались».

«Это был незабываемый апрель»



1 апреля забайкальский депутат пообщался с читинскими школьниками во Дворце молодёжи «Мегаполис». Встреча эта под названием «Моя Земля – моя планета» была посвящена 50-летию со дня полёта в космос Юрия Гагарина.

- Апрель 1961 года был незабываемым: советский человек первым полетел в космос! Этот день можно сравнить с Днём Победы, - вспоминал Иосиф Давыдович. – Не одна наша страна, весь мир ликовал. Потому что это был прорыв в космос не только советского человека, это был прорыв в космос всего человечества. Гагарин полетел первым – полтора оборота вокруг земного шара, первым испытал перегрузки. Конечно, после Белки и Стрелки, это был риск. Ведь никто не знал, как отреагирует человеческий организм на такое испытание.

Дня через три, на приёме у Хрущёва, когда Гагарин вернулся из космоса, Кобзон выступал в его честь. Юрий Гагарин попросил исполнить его любимую песню «Мальчишки, мальчишки». Тогда впервые прозвучала и написанная специально для этого случая песня «На Луну и на Марс». Потом все поехали на Шаболовку, в телецентр, где снимали «Голубой огонёк», там ещё пообщались. Возраст и взаимоотношения позволяли обращаться друг к другу на «ты».

- Позже было много космических полётов, и мы не переставали восхищаться героизмом космонавтов. Но случилась беда – погиб Комаров, а вскоре Волков, Добровольский и Пацаев сгорели прямо в корабле. Это теперь народ адаптировался, привык к подвигу космонавтов, а раньше люди понимали, насколько это опасное занятие, и всегда волновались, когда слышали, что космический корабль выведен на орбиту. «Хочу быть Гагариным», - так тогда говорили дети, мечтая о своём будущем, - рассказывал Иосиф Кобзон читинским школьникам. – Юра был очень весёлым человеком. Шутил, разыгрывал, пел плохо, но… жутко любил петь. Любил песни Пахмутовой, Фрадкина, Френкеля. А самая любимая песня была «Девчонки танцуют на палубе».

К космонавтам приезжало много артистов: Кристалинская, Пахмутова, Пьеха, Толкунова… Часто в гости наведывался и Иосиф Кобзон, тогда в компании появилась традиция различных розыгрышей:

- Они жили в Чкаловской – Звёздного городка ещё не было. Однажды встречали новый год у Юры, а он возвратился из Латинской Америки и навёз кучу сюрпризов-розыгрышей, например, авторучки с чернилами, которыми можно облить. Какое-то время человек стоит столбом в растерянности, потом кричать начинает: «Рубаху испортили!». А чернила между тем высыхали и исчезали. Помню, мне Юра говорит: «Хочешь потрясающую аргентинскую сигарету выкурить?». А я курил тогда. Говорю: «Давай». Сам понимаю, что готовится прикол, но…Юра зажигает спичку, даёт мне прикурить… Только я затянулся, сигарета взрывается у меня во рту. Они дружно расхохотались. Я им: «Ну и что?». «А ты, - говорит Юра, - посмотри на своё лицо». Я к зеркалу – лицо в чёрной саже. Вот такой прикол был. Ещё помню, в доме у космонавтов во время какого-нибудь праздника обязательно наливалась полная ванна воды. Если кто-то опаздывал, молча хватали опоздавшего и, в чём был, макали в эту ванну. В общем, хулиганили мы…

Как рассказал Иосиф Давыдович, в Гагарине сочетались юмор, незаносчивость, доброта и старание помочь людям. Он, душа компании, был очень обаятельным человеком:

- Помню, Софи Лорен, когда приехала к нам на кинофестиваль, сказала, что, если бы у Юры не было семьи, она напросилась бы к нему в невесты. Гагарин обезоруживал своей открытой улыбкой. И была большая всенародная трагедия, когда его не стало. Сейчас мы перестали замечать людей подвига, перестали ими восхищаться. И живые легенды уходят из жизни…

Депутат Кобзон считает, что должного внимания космонавтике в нынешнее время нет, и только то, что 2011 год объявили годом космонавтики в России, вселяет надежду:

- Ведь космос – это не только подвиг отдельных людей, но это подвиг человечества – космические полёты помогают жить обществу. Вы, наверное, не знаете, что, например, Павел Попович в своём втором полёте был первым в мире космическим разведчиком – он снял практически все американские и европейские стратегические военные объекты, которые тогда существовали. Космос – это полезное дело, и ему необходимо внимание.

Иосиф Кобзон дружбу с первым космонавтом не забывает: каждый год 9 марта – в день рождения Юрия Гагарина – приезжает в его родной город – Гагарин, бывший Гжатск, где проходят «Гагаринские чтения». Уже 6 апреля он поедет в Саратов на место посадки первого космонавта, а 12 апреля будет выступать в Королёве на концерте, посвящённом 50-летию полёта.

Кто-то из молодых людей спросил Иосифа Давыдовича, а смог бы лично он полететь тогда в космос, и тот уверенно ответил:

- Конечно, да. Когда я был молод, были космические врачи, космические инженеры, но артистов космических не было. Но, если бы тогда мне предложили полететь в космос, полетел бы. Конечно, не ради любопытства, а для того, чтобы самоутвердиться.

И добавил:

- Мне всегда хотелось испытать неизведанное. Я могу с гордостью сказать, что первым поехал на Дальний Восток, когда произошел конфликт с китайцами на острове Даманском. Я поехал туда встретиться ребятами, которые совершили подвиг. Я первым поехал в Афганистан, вообще там был девять раз. Трижды был в Грозном. Был в Чернобыле, тоже первым. Был первым после землетрясения в Спитаке, в Армении. Я первым зашёл к захватчикам в «Норд-Ост». И не потому, что я такой уж храбрый…

По мнению Иосифа Давыдовича, и современная молодёжь способна на подвиг. И хотя у неё уровень патриотизма пониже, чем у советской, она – замечательная:

- Только негоже молодых людей растаскивать по политическим квартирам: молодёжь «Единой России», молодёжь ЛДПР, молодёжь КПРФ… У нас одна страна и молодёжь одна – и мы должны жить единой перспективой. Как бы не старался ваш губернатор, он никогда без вас, молодых, ничего не сделает. Поэтому помогайте стране, помогайте своему краю, городу!

«Ко мне прислушиваются…»



На следующий день Иосиф Давыдович встретился с читинскими журналистами, чтобы подвести итоги своего визита в Забайкальский край. Он был, как всегда обстоятелен:

-Я получаю моральное удовлетворение от того, что приношу пользу, от того, что мне удается сделать что-то нужное. Ко мне прислушиваются. Раньше была такая формулировка «депутат – слуга народа». И правильно: депутат должен служить народу, и здесь нечего стеснятся. Я себя политиком никогда не считал и не считаю, а депутатская деятельность мне нравится. Я дорожу этим, и пытаюсь закончить своё депутатское пребывание достойно, чтобы о моей работе за четыре созыва вспоминали добрыми словами.

Высказался Иосиф Давыдович и о печальном событии – смерти народной артистки СССР Людмилы Гурченко:

- Мы были женаты с Людмилой Марковной только три года – ровно 40 лет назад расстались. Она была необыкновенно талантливым человеком – за что бы не бралась. Играла на гитаре и фортепиано, пела, сочиняла музыку, прекрасно шила, великолепно двигалась. Это была уникальная актриса, и очень жаль, что кинематограф – был такой период – её мало снимал. Кроме своего восхищения, как человек, как зритель, ничего высказать не могу. Я заказал в Никольском храме в Агинском и кафедральном соборе Читы поминальные молитвы в её память, и попросил, чтобы цветы возложили от моего имени в день похорон. Что касается наших человеческих отношений, они сегодня не обсуждаются.

Отвечая на вопрос журналиста о присвоении Чите звания города воинской славы, Кобзон сказал, что абсолютно уверен – наш город, многие десятилетия бывший столицей военного и пограничного округов, достоин такого звания. И депутат убежден, что в достаточно скором времени такой указ появится, только местные власти должны проявлять больше настойчивости.

Визит завершён, но Иосиф Кобзон – народный артист СССР, педагог, бизнесмен, общественный деятель, депутат Государственной думы – ещё немало сделает для Забайкальского края. И не только потому, что он – артист, звезда, профессор. Главное, он – очень сильный и яркий человек.

Ирина Баринова, «Экстра», №14

Алексей Будько в «Эффекте» пишет о погибшем 28 марта в селе Верхний Алкун Республики Ингушетия Романе Елизове. «Несмотря на свои 33 года, Роман Елизов был одним из старожилов читинского ОМОНа. Уроженец таёжного села Малета Петровск-Забайкальского района, он пришёл в спецназ в далеком 1999 году сразу после армии. С неба звёзд не хватал, но службу нёс с охотой и хорошо, говорят коллеги Романа по отряду «Коршун». Как результат – погоны старшего прапорщика милиции и должность помощника оперативного дежурного отряда. Именно на таких крепких тружениках, пахарях и фанатах своего дела держится нормальная работа любой организации», - пишет журналист, опираясь на рассказы его боевых товарищей. Говорится и о ходе операции по захвату подозреваемого в организации взрывов в «Домодедово» Аслана Цечоева: «Боевик вначале вступил в переговоры с оперативниками, даже изъявил желание сдаться, но для начала попросил разрешения выпустить из дома свою семью. Когда женщина и двое детей вышли, Цечоев с чердака дома открыл по бойцам спецподразделений, прикрывавшим их отход, огонь из пулемёта. Роман Елизов, находившийся в авангарде группы захвата, погиб на месте».

Когда братьев Яндисвых выводили в наручниках из дома в Назрани, другая группа силовиков брала дом на улице Северной в Верхнем Алкуне, где обитал Цечоев. Его надеялись взять живым.

Основу отряда спецназа составляла сводная группа ОМОН УВД по Забайкальскому краю, которая с весны 2009 года находится в Сунженском районе Ингушетии. Боевик вначале вступил в переговоры с оперативниками (они продолжались около двух часов), даже изъявил желание сдаться, но для начала попросил разрешения выпустить из дома свою семью. Когда женщина и двое детей вышли, Цечоев с чердака дома открыл по бойцам спецподразделений, прикрывавшим их отход, огонь из пулемёта.

Роман Елизов, находившийся в авангарде группы захвата, погиб на месте. Также были убиты двое сотрудников ФСБ. Один боец спецназа был ранен. После этого дом, где засел террорист, был расстрелян из крупнокалиберных пулемётов БТР.

По факту боя в Верхнем Алкуне Следственное управление по Республике Ингушетия возбудило уголовные дела по 317-й и 222-й статьям УК (покушение на сотрудника правоохранительного органа и незаконный оборот оружия и боеприпасов).

Третьим этапом операции российских силовиков стало уничтожение лесной базы боевиков.

Жизнь милицейского труженика



Несмотря на свои 33 года, Роман Елизов был одним из старожилов читинского ОМОНа. Уроженец таёжного села Малета Петровск-Забайкальского района, он пришёл в спецназ в далеком 1999 году сразу после армии.

С неба звёзд не хватал, но службу нёс с охотой и хорошо, говорят коллеги Романа по отряду «Коршун». Как результат – погоны старшего прапорщика милиции и должность помощника оперативного дежурного отряда. Именно на таких крепких тружениках, пахарях и фанатах своего дела держится нормальная работа любой организации. И спецназ тут исключением не являлся.

Роман Елизов был награждён медалью «За отличие в охране общественного порядка» и несколькими ведомственными наградами МВД России. У погибшего милиционера осталась вдова, она преподаёт в одном из вузов Читы, и 10-летняя дочь.

В составе сводных групп читинского ОМОНа старший прапорщик Елизов семь раз выезжал в служебные командировки на Северный Кавказ, неоднократно участвовал в боевых операциях.

Нынешняя поездка началась в конце февраля. Тогда омоновцев сопровождала группа депутатов краевого Заксобрания и Читинской городской Думы. Мероприятие широко освещалось многими СМИ региона. О том, что 28 марта в ингушском Верхнем Алкуне прольется кровь забайкальца, не знал, да и не мог знать никто...

Прощание с героем



1 апреля проститься с Романом Елизовым в клуб краевого УВД пришли несколько сотен человек. Родственники, друзья, сослуживцы, представители общественности, органов власти и других силовых структур. С погибшим Романом, конечно, лично были знакомы не все, но их объединяло безграничное уважение к людям, для которых постоянный риск является профессией. Для многих пришедших на похороны слова о спецназовском братстве были не пустым звуком, а жизненным принципом. За гробом в траурной процессии несли венки абсолютно от всех специальных подразделений Забайкальского края, а также от ОМОНа соседней Бурятии.

Роман Елизов стал пятым сотрудником забайкальской милиции, погибшим на Северном Кавказе. С 1996 года война унесла жизни инспекторов батальона ДПС Владимира Мазурантова и Андрея Левоненкова, бойцов ОМОНа и СОБРа Ивана Морозова и Вадима Минина, сотрудника патрульно-постовой службы Олега Коровкина. Вечная память им всем…

Алексей Будько, «Эффект», №14

Заведующий сектором радиационной и экологической геохимии Забайкальского научно-исследовательского института, академик МАНЭБ Владимир Флешлер стал собеседником «Земли». В интервью он даёт оценку происходящим в Японии событиям. По его мнению, для предупреждения выбросов и утечки радиации на атомной станции Фукусима необходимо привлекать специалистов со всего мира, а не замалчивать проблемы и отправлять пожарных-самураев заливать водой постоянно нагревающийся реактор. Также Владимир Исаакович объясняет, насколько опасны выбросы йода и цезия для Забайкалья и есть ли в регионе современные измерительные системы.

Правда, проскакивают какие-то сведения по обнаружению плутония. Но это совсем непонятно. Во-первых, ядерная реакция с 235-м ураном плутония не даёт. Другое дело: уран 238-й, который при облучении нейтронами переходит в ппутоний-239. Но для проведения таких реакций нужны специальные типы реакторов – размножители. Насколько мне известно, на Фукусиме таких нет. Плутоний очень опасен. У него большой период полураспада. А летальная доза для человека – одна миллионная доля грамма. Это значит, что одного грамма хватит на миллион человек, а одного килограмма – на миллиард. Плутоний – один из самых опасных радионуклидов.

Вообще говоря, присутствие плутония – не новость, он есть везде. Мы специально проводили наблюдения – брали снег на озёрах Арей и Арахлей – и обнаружили ничтожные концентрации плутония. Из-за того ли, что были ядерные испытания или из-за чернобыльской аварии, атмосфера земли загрязнена плутонием, но в безопасных для жизни масштабах. Почему плутоний обнаружили чуть ли не в Штатах? Так это, скорее, связано с общим плутониевым загрязнением планеты – небольшим, но реально существующим. «Оборони, бог», если полетит плутоний в приличных количествах.

- Как думаете, удастся ли реакторам «Фукусимы» выдержать тепловые атаки?



- На «Фукусиме» старые реакторы, они гораздо слабее в отношении безопасности, чем те, которые стояли в Припяти. Они одноконтурные. Что это значит? Тепло, которое излучают тепловыделяющие элементы (ТВЭЛы), разогревает воду, находящуюся в корпусе. Вода превращается в пар, а пар пускают на лопатки турбин, как на обычных ТЭЦ. Пар крутит турбину, а турбина – генератор. В наших двух-контурных реакторах первый пар не идёт в работу – он весьма радиоактивен, а второй – относительно слабо радиоактивен, с ним можно работать. А в Японии, я очень удивился, оказались одноконтурные.

- Как же так: в стране технического прогресса...



- Но ставили-то американцы, ещё до того, как японцы стали разбираться в конструкциях атомных станций.

- По последней информации ликвидаторы аварии пытались накрыть реакторы тканью. Зачем?



- Чтобы уменьшить выброс вещества. Какая тут опасность? Если вылетит «белый дым» - радиоактивный пар, надо не дать ему подняться в верхние слои атмосферы. Иначе куда угодно полетит – струйные течения идут на высоте порядка 10 тысяч метров. Это первое. Второе – надо любым путём предотвратить выброс радиационного вещества: и цезия, и йода. Система охлаждения нарушена, станция не работает, но ТВЭЛы продолжают нагреваться и выделять тепло, пар идёт, хоть не столь интенсивно. Значит, могут разогреваться и сами ТВЭЛы, и конструкции. Ликвидаторы аварии пытались охлаждать их морской водой. Но это опасно: ёмкости, которая позволила бы сделать замкнутый цикл, нет, и эта облучённая и содержащая радиоактивные изотопы вода уйдёт в океан и перемешается. Вопрос в том – насколько большим будет выброс.

Странно, что японцы отказываются от помощи других государств, имеющих опыт работы. Всё-таки восток – дело тонкое. А надо бы всем миром наваливаться на решение этой проблемы, не терять голову, не спешить. Для этого и было создано международное агентство по атомной энергии, но тут оно оказалось неэффективным. Посмотрите, что получилось сейчас. В конечном счёте, на борьбу с этим неприятным явлением вышли обыкновенные пожарные, которые поливают реактор водой, ведут себя, как самураи – лезут куда угодно. Кто должен удержать их от того, куда лезть не следует? И у нас на Чернобыле всё было не лучшим образом. Кстати, японцы тоже были на Чернобыле, перенимали опыт. Выход единственный – подключить специалистов со всего света.

- Скажите, в Забайкалье есть необходимое оборудование для измерения радиационного фона?



- Конечно, есть. Причём не хуже, чем на Дальнем Востоке. Такая работа ведётся постоянно, независимо от чрезвычайных обстоятельств.

- Насколько велики наши риски «поймать» радиационные выхлопы?



- Каким будет атмосферный ветер, сказать сложно. Во второй половине года роза ветров поменяется, и от Дальнего Востока к нам может что-то принести. Мы не застрахованы, и на нас может что-то выпасть, вопрос – сколько. Для этого и существует система наблюдения.

Равиль Фаритович сказал, что целесообразно будет создать у нас в крае центр с хорошо мобилизованной командой. Кто-то спросил: «Зачем, ведь в Забайкалье нет АЭС?». А мне кажется, надо поддержать эту идею и не зубоскалить.

- Владимир Исаакович, каковы допустимые нормы радиации?



- Считается, что в жилых, культурных, лечебных и учебных учреждениях уровень гамма-излучения не должен превышать 33 микрорентген в час над естественным фоном. У нас средний уровень радиационного фона – 17. Радиоактивное излучение до 50-60 микрорентген в час безопасно. Если оно достигнет 100-120, надо разбираться, с чем это связано. Может, притащили кусок радиоактивной руды или воду с повышенной концентрацией родона. Если больше 100-120, полагается найти людям другое жильё или принять меры по уменьшению излучения.

Владимир Исаакович Флешлер



Родился в 1934 г. В Сретенске. Учился в Томском политехническом институте. Работал техником-геофизиком, инженером-геофизиком, старшим геофизиком в производственных партиях Министерства геологии СССР на территории Читинской области и Бурятии. В настоящее время – руководитель лаборатории экологических проблем. Заслуженный геолог Читинской области, Почётный разведчик недр, академик МАНЭБ.Татьяна Решетникова, «Земля», №14

Светлана Личисникова в «АиФ - Забайкалье» напоминает, как в 1997 году было обещано установить мемориальную доску на дом №46 по улице 9-го Января, где когда-то была редакция «Забайкальского рабочего» и пять лет прожил «легендарный российский джазмен» Олег Лундстрем. «Родители говорили, что Чита – это один из самых культурных центров Сибири, - рассказывал Олег Лундстрем на гастролях в 1998 году, - и с этим я жил все годы и за границей, и потом в России. Чита казалась мне самым важным городом, моя мать особенно любила этот город». 2 апреля ему бы исполнилось 95 лет.



В самой же Чите памятные места, связанные с детством музыканта с мировым именем, сегодня практически преданы забвению.

У дома с адресом ул. 9-го Января, 46, богатая и знатная история. О его известном прошлом говорит изрядно потрёпанная временем табличка. С1905 до 1906 года в комнатах этого дома располагалась редакция газеты «Забайкальский рабочий», а также бюро местного комитета РСДРП. Но мало кто знает, что до этого, сразу после постройки, в доме жил будущий джазмен Олег Лундстрем. Автор книги «Прогулки по старой

Чите» Валерий Немеров знал музыканта лично.

- Как-то прогуливаясь по Чите, мы пришли к этому дому, - рассказывает Валерий Немеров. – Он достал из кармана старую пожелтевшую фотографию, на которой был изображён его отец. Подошёл к дому, прикоснулся рукой – это было его прикосновение к истории рода...

В Чите Олег Лундстрем прожил всего 5 лет. В 1921 году его отца пригласили на работу на КВЖД, вся семья переехала в Харбин. Там он и создал свой легендарный джаз-бэнд, 3 саксофона, 2 трубы и тромбон. Совершенно новой для того времени музыкой ритм-группа покорила сначала весь Харбин, затем и Шанхай. Шаг за шагом завоёвывалась известность. С гастролями в свой родной город джазмен приезжал 5 раз.

- Родители говорили, что Чита – это один из самых культурных центров Сибири, - рассказывал Олег Лундстрем на гастролях в 1998 году, - и с этим я жил все годы и за границей, и потом в России. Чита казалась мне самым важным городом, моя мать особенно любила этот город.

Имя великого музыканта навсегда запечатлено на московской площади звёзд возле концертного зала «Россия». В Чите подобных знаковых отличий нет, но ещё в 1997 году пообещали разместить на здании мемориальную доску... Горожане вправе надеяться, что когда-нибудь память великого музыканта, коренного читинца, будет, наконец-то, увековечена и на его малой родине.

Светлана Лисичникова, «АиФ - Забайкалье», №14

30 марта в Чите прошла очередная акция автомобилистов, организаторы и участники требовали снижения цен на бензин до 15 рублей. Почему топливные компании не могут этого сделать в беседе с журналистом «Читинского обозрения» Еленой Сластиной объясняет заместитель директора ООО ПК «Эталон Плюс» Михаил Малышев. Он утверждает, что свои требования забайкальцы должны адресовать государству: «В среднем чистая прибыль от продажи топлива составляет от 5% до 8% - от 2 до 2,5 рубля с литра. Это уровень рентабельности. И он небольшой. Работая «в ноль», мы сможем опустить цену на 92-й бензин максимум до 25 рублей за литр. Оставшиеся десять рублей (если целью ставить бензин по 15 рублей) – вопрос к оптовикам. Основным же поставщиком нефтепродуктов для Забайкальского края является Ангарский нефтехимический комбинат, который входит в структуру государственной компании «Роснефть». Так что сложившиеся высокие тарифы на топливо в нашем регионе – это результат ценовой политики, проводимой государством».

- Но от Краснодара до Бурятии ценники на АЗС ниже читинских. Проезжаем Читу – на востоке опять бензин дешевле. Чёрная дыра?



- Цены Бурятии и Забайкальского края сопоставимы: железнодорожный тариф увеличивает розничную стоимость топлива в среднем от 1,8 до 2 рублей за литр в зависимости от района поставки. Сейчас розничная цена дизтоплива на АЗС в Бурятии – 25 рублей за литр. Если прибавить к ней тариф за транспортировку до Забайкальского края, получится 26,80 рублей за литр.

Но в Бурятии игроки топливного рынка волком воют, потому что прибыли мизерные. Поверьте, это действительно так. Оптовая цена на дизтопливо – 22 рублей за литр, розница – 25. Минус расходы. Чистая прибыль составляет не более 1 рубля с литра! Так что низкая цена на топливо обусловлена не позицией бурятских операторов, а демпинговыми мероприятиями «Роснефти». Чтобы не растерять клиентов, частные операторы вынуждены снижать цены, по сути, работать себе в убыток. Поэтому у наших соседей с конкуренцией на рынке нефтепродуктов всё хуже и хуже. Мелкие игроки уходят с рынка, и их скупает – угадайте кто...

- Значит, когда премьер Путин стучит кулаком по столу, и цены снижаются, это не более чем показательное выступление?



- Смотрите: после февральского выступления Путина цена на топливо на АЗС «Роснефть» упала в среднем на 4-5 рублей. Но вроде рыночную экономику строим, а методы всё больше и больше напоминают командно-административную систему. «Роснефть» может себе позволить уронить цены до такого уровня, ведь их цель – увеличение сбыта, доход – вопрос второй. Но как может простой владелец АЗС опустить розничную цену с 28 рубля за литр до 24, если оптом он купил её у той же «Роснефти» по 26 рублей? К такой цене он может выйти, только реализовав топливо по старой – высокой (на это уйдёт не меньше месяца), и затем купив оптом топливо у компании «Роснефть» уже по низкой цене. Ведь согласно логике, опт тоже должен дешеветь. Но вопреки ей оптовые цены не падают! А слова премьера воспринимаются буквально и ломают рынок.

Цены вообще берут с потолка. Даже транспортная составляющая в расчёт не идёт. В Улан-Удэ «Роснефть» на своих заправках установила розничные цены 24,60 рубля на 92-й бензин. А в Иркутске торгует по 25 рублей за литр.

От завода – дальше, а цена – ниже...

- Нам, значит, гордиться надо, что цены выше, чем в других регионах?! Конкуренция есть – рыночные механизмы работают...



- Наш край, пожалуй, один из немногих, где ещё сохранилась свободная экономика, где цены действительно образуются по законам рынка. У нас отличная конкуренция. А это залог успешного развития рыночной экономики региона в целом. Буквально несколько лет назад рынком безраздельно владел «Нефтемаркет». Сейчас появляются другие игроки – сеть АЗС «Коре», «Эталон Плюс» «БРК», «КМСЦ», «Чупток». Появилась первая автоматическая АЗС у торгового центра «Макси»...

- Но, судя по ценам на бензин в других регионах, получается, конечному потребителю хорошо, когда нет этой конкурентной среды?



- Убеждён, что отсутствие конкуренции на рынке – беда. Это на данном этапе ценовая политика госкомпаний нацелена на выживание нас с рынка, поэтому цены ниже рыночных. А когда установится монополия, потребителю даже сравнить не с чем будет, занижены или завышены цены на АЗС. Железная дорога – вот пример, к чему может привести монополия.

Сейчас на топливном рынке нашего края около десяти игроков. Они создают здоровую конкурентную среду. Когда останется один, не будет борьбы ни за цену, ни за качество. А схему вытеснения с рынка «лишних» игроков, госкомпании успешно реализуют. Пример – Бурятия.

- И наших трейдеров скоро потеснят?



- Если государство поставило цель монополизировать рынок, оно будет к этому стремиться. Хотя для абсолютного доминирования компании «Роснефть» ещё далёко. Строительство АЗС – процесс долгий и затратный. Даже если строить в год в среднем по пять АЗС, на создание сети, подобной той, что есть у «Нефтемаркета», нужно не меньше десяти лет.

- Насколько продуманной Вам кажется отмена бензина АИ-80?



- Проблема серьёзная. Автомобили многих госучреждений, скажем, того же управления Федеральной службы исполнения наказаний, работают на низкооктановом топливе. Заключённым нужно возить еду. Да и самих их не на велосипедах же перевозить! Автомобильный парк учреждений здравоохранения практически наполовину укомплектован техникой, которая, кроме как на 80-м бензине, ездить не может. Надежда только на наших забайкальских «кулибиных», которые смогут настроить оборудование так, чтобы затраты на ремонт двигателя после езды на альтернативном 92-м бензине были минимальны.

А вообще, регламент был принят ещё в феврале 2008 года, но вовремя и должным образом информацию до конечных потребителей не донесли. Отсюда – растерянность.

- Если бы донесли, сдвинули бы сроки, дали больше времени на подготовку?



- Нет-нет, отодвигать ничего не надо. Решение в целом правильное. Мы ведь свои топливные стандарты приводим в соответствие с европейскими. Но толком людям ничего не разъяснили, а с 1 января просто взяли и запретили производство 80-го для внутренних нужд России. Начать бы с экономических методов. Оптовую цену установили бы примерно такую же, как на 92-й, чтобы естественным образом вытеснить 80-й с рынка. Вот сейчас, в принципе, так и есть: закупочные цены на 80-й выше, чем на 92-й.

- Выходит, вопрос ценообразования надо переадресовать туда, где формируется ценовая политика?



- Вот именно. Вопрос на местном уровне вряд ли решится. Со своей стороны операторы рады поддержать акции, подобные той, что прошла в Чите 30 марта. Помните «Зелёные ленточки»? Мы тоже тогда участвовали в демонстрации. И определённый эффект был – цены немного, но снизились: и опт, и розница. Значит, если стучаться всем вместе, может, и достучимся...

Справка



23 рубля – средняя цена 1 литра бензина АИ-92 в России. В Голландии он стоит 67 (в пересчёте на наши рубли), в США – 27, в Казахстане – 18, в Алжире – 8,44) в Саудовской Аравии – и вовсе 4,4 рубля. Поневоле задумаешься: чем мы хуже арабов?..

Елена Сластина, «Читинское обозрение», №14

Корреспондент «Забайкальского рабочего» Мария Вырупаева, напоминая читателям о том, что в будущем году появятся новые образцы одежды для заключённых, выясняет у заместителя начальника управления Федеральной службы исполнения наказания по Забайкальскому краю Виктора Офтина, как обстоят дела с вещевым довольствием в нашем регионе. «Часто задается вопрос: «Почему осуждённым не выдаётся тёплое нательное бельё?» Согласно нормам вещевого довольствия осуждённых и лиц, содержащихся в следственных изоляторах, тёплое нательное бельё выдается осуждённым в районах Крайнего Севера и местностях, приравненным к районам Крайнего Севера, а также осуждённым, отбывающим наказание в воспитательных колониях, - терпеливо поясняет полковник. – Учитывая климатические условия Забайкальского края, администрацией исправительных учреждений принято решение о принятии в посыпках и передачах таких видов вещевого имущества, как валенки, тёплые носки, бельё нательное тёплое».

«Гримасы идиотизма» – под таким заголовком и без подписи вышел материал в газете «Земля», в котором редакция выясняет в поселковых школах, были ли они расформированы или продолжают бороться за своё существование. «Учебный год 2010-2011, видно, последний. Официального приказа о реорганизации не издано, но устно из районного комитета образования «посоветовали» готовить документы. При этом оснований для реорганизации школы нет. Лицензия в порядке, учеников больше рекомендуемой нормы (нужно 120, а учатся порядка 136 человек). Да и как возить детей по разбитой дороге, если с 2005 года она официально числится в разряде аварийных. Тем более что отвечающих требованиям безопасности автобусов в сёлах нет», - говорится в статье о школе Казаковского Промысла в Балейском районе.

Мы достали эти письма на свет божий снова и позвонили по некоторым из них в посёлки: а стало ли лучше детям? Повысилось ли качество образовательных услуг? И где школы всё же сократили?



Школа в Казаковском Промысле Балейского района с боями продолжает выпускать старшеклассников. Два года учителя и население школу в статусе полной средней отстаивают. Учебный год 2010-2011, видно, последний. Официального приказа о реорганизации школы пока не издано, но устно из районного комитета образования уже «посоветовали» готовить соответствующие документы. Депутаты местного Совета недоумевают: оснований для реорганизации школы вроде бы нет. Лицензия в порядке, учеников больше рекомендуемой нормы (нужно 120, а учатся порядка 136 человек). Да и как возить детей по разбитой дороге, если с 2005 года она официально числится в разряде аварийных. Тем более что автобусов – современных и отвечающих требованиям безопасности – в сёлах нет.

Село Васильевский Хутор Александрово-Заводского района. До близлежащей школы в с. Манкечур 42 километра. После 2009 года, когда 10 и 11 классов в хуторской школе не стало, никто из учеников не пошёл учиться дальше 9 класса. Дети отправились по училищам и техникумам. А чтобы наладить автобусное сообщение между селами, прокуратура обязала поселковую администрацию оборудовать автобусную остановку в селе. Работники на личные средства закупили дорожные знаки. А ГИБДД проезд автобуса через аварийный мост в 7 километрах от посёлка не разрешает. Знаки лежат невостребованными, потраченные средства работникам администрации сельского поселения не возвращают.

В интернате села Манкечур сейчас проживают 27 детей, и принять на следующий год нынешних 9-классников (около 10 человек) он не в состоянии. Не так давно Манкечурскую школу обязали уплатить штраф ... за то, что детей в интернате больше, чем положено. «А мне, - говорит директор СОШ Елена Лапердина, - важнее, чтобы дети получили полное, 11-летнее, образование». На будущий год в интернате освободится, максимум, 5-6 мест. Куда деваться остальным? Где и с кого спрашивать им права, гарантированные государством: учиться бесплатно и жить достойно?



«Земля», №14

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter