«Городские мелочи»: Осенний дождь и летние аллеи

Французское слово «аллея» означает дорожку, с обеих сторон отороченную деревьями или, что несколько менее эффектно, кустами. Аллеи человек придумал для того, чтобы прогуливаться культурно, наполняя лёгкие чистым кислородом, а голову — благостными мыслями или хорошими чувствами. Полезная вещь, не поспоришь. Давайте посмотрим, как обстоят дела с аллеями в Чите. Подбираясь к заданной теме, я рисовал в воображении залитые ярким сентябрьским солнцем читинские аллеи, прогулка по которым доставит мне исключительное удовольствие. Но погода выдалась пакостной, и объект изучения предстал в довольно раскисшем виде. За первыми промокшими аллеями я пошёл на площадь Ильича. Наверное, 99,9% посещающих Читу людей пробегают здесь. Но куда более красивые аллеи находятся буквально в двух шагах от площади, через дорогу, на Чайковского и Бутина. Их окаймляют высокие, нездешнего вида ели. В мире как-то принято устраивать аллеи с разными смыслами. Аллея Лессинга, Петровско-Разумовская, Аллея звёзд, космонавтов, первоклассников, пекарей. Вряд ли в мире найдётся профессия, на которую не нашлась бы где-нибудь соответствующая аллея. Не отставая от прогрессивного человечества, Чита тоже обзавелась несколькими подобными местечками. Теперь у нас есть своя Аллея звёзд. И в отличие от голливудской, наша может похвастать ещё маленькими, но самыми настоящими, клёнами. Самая странная тематическая аллея находится в парке ОДОРА. Здесь лицо пешехода не щекочут листья. Здесь на него с двух сторон глядят большие, очень большие стволы. Это Аллея боевой славы забайкальцев, которая никого не пугает, а напротив, радует весьма. В солнечные дни редкие экземпляры боевой техники облеплены ребятишками, и иногда, подвыпившими взрослыми. Но не сегодня. Вернёмся к типичным зелёным аллеям. Есть такие и в самом парке ОДОРА. Ещё две можно найти совсем рядом. Это тихий тротуар на улице Ангарской с истоком на Полины Осипенко. И узкий пешеходный участок улицы Пушкина. Самые длинные в городе аллеи, кажется, проложены на территории стадиона СибВО. А по пути туда не лишним будет заглянуть на улицу Горького, одну из лучших прогулочных улиц Читы. Она выглядит хорошо зимой, весной, летом и даже в самые промозглые дни осени. А это уже стадион СибВО, где разнокалиберные аллеи соединяются между собой в замкнутую систему — бесподобное место для бегунов и велосипедистов. Здесь же есть и Аллея героев забайкальского спорта с фотографиями и описаниями к ним. Начинается она с портрета Софьи Гончаровой. Так постепенно стало понятно, что в Чите гораздо больше аллей, чем можно вспомнить сразу, навскидку. В восточной части Читы есть зеленеющий соснами и акациями Украинский бульвар, упирающийся в пышный цветник. В западном районе ровными зелёными аллеями отличается парк «Коллективный труд», или Парк культуры и отдыха железнодорожников. На севере есть парк МЖК, которому чего-то не хватает. Если за эту территорию как следует взяться, получится превосходное место отдыха для огромного района с десятками тысяч жителей. Ещё больше отсутствие нормальной хозяйственной руки чувствуется в Парке Победы. Возможно, в мае здесь всё выглядело пристойно, но к осени места стали совсем дикими. Одна из аллей этого парка мне и тысячам других читинцев знакома очень хорошо. По ней старшеклассником я чеканил шаг от здания Поста №1 до Вечного огня и обратно. На контрасте с Парком Победы интересно посмотреть на одну из самых уютных и благоустроенных аллей Читы. Это «Шахматная аллея» в одноимённом парке. По замыслу создателей, здесь должны стоять ряды лавочек и столиков для шахматных состязаний. Столиков пока нет, но выглядит всё равно очень хорошо. Ещё одна из любимых. Аллея на улице Бабушкина вдоль главного корпуса моего университета. По бокам здесь не только живая зелень, но и каменные лепные букеты. Осталось показать самую дорогую для меня аллею. Она тянется вдоль машзавода по Новобульварной от Журавлёва вниз, меняя свой облик от перекрёстка к перекрёстку. Самая дорогая она, потому что из самого детства. По этой аллее меня водили за руку в детский сад и обратно, а я всё норовил сорвать со свисающих ветвей наше забайкальское, с ноготь величиной яблочко, которых было невероятно много. Да и сегодня не меньше. На этих постаментах стояли каменные вазоны, а рядом — Доска почёта, на которой был и мамин портрет. А на этой темной поверхности из реек, насколько я помню, раньше была надпись: «В труде слава твоя, человек». Ни Доски почёта, ни надписи, ни вазонов уже не осталось. Да и самого машзавода, практически, тоже. Но деревья стоят.