«Город изнутри»: Самое питерское здание Читы

Здание на Амурской, 68 — одно из красивейших в Чите, аргументы против не принимаются. Тут и неприкрытая штукатуркой кирпичная кладка заднего фасада выглядит интересно и даже модно. Сейчас здесь работает президентская приёмная и трудится пара сотен сотрудников аппарата губернатора и правительства Забайкальского края. Гостиница «Селект» в стиле модерн появилась на пересечении улиц Амурской и Николаевской (ныне — Профсоюзной — В.Б.) в 1913 году. Она считалась самой комфортабельной среди дореволюционных отелей города. В своём первозданном виде гостиница, к сожалению, простояла недолго — в 1920-м её взорвали отступающие из города белогвардейцы. Реконструкция завершилась в 1931 году, а внешний облик здания изменился — исчез парадный вход на углу здания, некоторые окна первого этажа были перестроены. Коменданта, который должен был показать нам здание, срочно вызвали на Чайковского, 8. Поэтому охранники на входе долго мялись, не решаясь отпустить фотографа и журналиста исследовать здание самостоятельно. Сразу после реконструкции на Калинина, 68 (название улицы Амурской с 1922 по 1994 год — В.Б.) разместилось читинский горком компартии, позже — Читинский областной исполком. А ещё до постройки этого здания, здесь в деревянном доме заседало первое общественное собрание Читы. Теперь — чиновники Забайкальского края и представительств федеральных структур. На первом этаже, слева от входа разместилась приёмная президента России. Здесь очень много дверей, но все открыты. Внутрь мы не пошли — решили, что без злободневной челобитной на имя Владимира Владимировича нам будут не рады. В другом крыле первого этажа среди десятков одинаковых дверей находится читинский офис Министерства иностранных дел. Он настолько неприметный, что сначала мы просто прошли мимо. Кабинеты министерства финансов и департамента земельных отношений вперемешку разбросаны по этажам — со второго по четвёртый. Департамент занимает большую часть третьего этажа, четвёртый целиком отдан минфину. Всё вроде бы похоже: стенды, зелёные ковры, но в министерстве финансов душевнее. Там картины на стенах, поздравления с днём рождения, воздушные шары и цветастое полотенце в двери. На лестничной площадке каждого этажа висят объявления, объясняющие, что столовая обслуживает только местных госслужащих. Но для попавшего в здание человека главной проблемой было бы найти эту самую столовую, а не пообедать в ней — указатели не встретились нам ни на одном из всех четырёх этажей. Спустившись, мы встретили женщину в белом халате, которая оказалась бухгалтером в столовой. Она подозрительно посмотрела на неофициально одетых нас, нашу камеру, внимательно выслушала, кто мы, и, убедившись, что мы не собираемся вторгаться на кухню, провела в столовую на цокольном этаже. Столовая визуально отличается от остальных помещений. Заметно, что её декор изначально не изобиловал излишествами — просторное помещение, потолок простой с длинными бетонными балками. Но, если в остальных частях здания ремонт убил весь шарм вековой старины, то здесь с потолка свисают простые — чёрные с белыми плафонами — но такие подходящие зданию начала ХХ века люстры. Бухгалтер в белом халате оказалась добродушной женщиной. Она с интересом рассказала историю постройки здания, и с сожалением призналась, что не знает его сохранившихся в первоначальном виде помещений. «Но, — вдруг изменилась в лице и просветлела она, — за постом охраны есть дверь, ведущая к винтовой лестнице в подвал!» Охранники снова чуть замялись, но пропустили нас к лестнице. Она оказалась короткой — всего на один оборот, но за ней открылся, внезапно, колоритный подвал. Спустившись сюда, я сразу вспомнил детство, когда часто оказывался в травмпункте краснокаменской областной больницы. Здесь были такие же окрашенные в белый и синий стены, битая плитка на полу, приглушённый свет. У стен стояли старые сейфы — в травмпункте начала двухтысячных таких тоже хватало. На одном из сейфов висела табличка с лаконичной надписью «Бюджет». Из цоколя во внутренний двор ведёт старая, поломанная, разбитая, но до ужаса фотогеничная лестница, возле которой фотограф Ксюша задержалась минут на пять. Видимо, по ней спускают продукты в столовую документы в архив, и для сохранности массивные вековые ступени накрыты досками. Исследовать здание на Амурской, 68, мы начали с помпезного лицевого фасада, поэтому будет логично закончить осмотром заднего. Старые стены из жёлтого, как по Достоевскому, кирпича обступают тесный внутренний дворик с трёх сторон — вот место в Чите, которое точно похоже на Петербург. Но ощущения гнетущей «достоевщины» нет, всё наоборот.