Все новости
Все новости

Рабочее время чиновников и бусики для аборигенов — события недели

У наших чиновников есть несколько золотых правил, но самое главное из них – соблюдение времени работы.

Андрей Затирко: Вас убивают? Позвоните в рабочее время

«Я всегда даю комментарии, но насчёт этого я ничего не слышал. Давайте до завтра отложим, я вот только приехал из деревни, ничего не слышал», - так прокомментировал драку якобы пьяных полицейских у кафе в Чите, в которой пострадали двое сотрудников заведения, уполномоченный по правам человека в Забайкалье Николай Каргин.

У наших чиновников есть несколько золотых правил, но самое главное из них – соблюдение времени работы. Как только на часах стрелка перевалила через 18.00, они немедленно превращаются из способных что-то комментировать людей в тыквы. Ничего не слышу, ничего не знаю, ничего не скажу. Пусть даже небо на землю забайкальскую упадёт – комментарии в рабочее время. Конечно, есть исключения, но правило они, к сожалению, не отменяют.

Наши коллеги с «ЗабТВ» ранее сообщали, что зарплата Каргина составляет около 200 тысяч рублей в месяц. Как сообщается на сайте уполномоченного, все его задачи крутятся вокруг одного – защиты прав и свобод человека и их восстановление. Интересно, сколько нужно платить, чтобы ответственный за права и свободы человека чиновник ценил их больше своего рабочего графика?

Тимур Куприянов: Экономика нищих учителей

Есть у меня в Чите знакомый предприниматель, с которым мы периодически спорим о сути неолиберальных и прочих, в том числе социалистических, концепций, применяемых правительствами разных стран. Бизнес у моего знакомого вполне обычный для столицы Забайкальского края – он перепродаёт продукты в нескольких магазинах, разбросанных по окраинам Центрального района города. Не бог весть что, но на жизнь хватает семьи из двух человек (дети выросли и разъехались). Второй член семьи - жена, конечно. Она учит в обычной читинской школе детей. Муж семью обеспечивает, и жена ходит на работу не за зарплатой, а потому что всю жизнь работала учителем и вряд ли представляет себе какое-то другое мироустройство, в котором нет тетрадок и указок или чем там сейчас пользуются учителя в школе.

Взгляды наши, скажем так, разнятся. Друг мой в спорах про экономику скорее либерал, а я скорее социалист, пусть все эти ярлыки и весьма условны, к тому же мы давно пытаемся нащупать не столько названия, сколько здравый смысл. Но вот на уходящей неделе друг мой в разговоре упомянул примечательный факт – жена его накануне Нового года получила аванс на карточку за какой-то месяц, который был меньше 2000 рублей. Я уж не помню точную сумму, да и в Чите её опасно называть – сразу все бросятся искать того, кто посмел открыть рот, чтобы его, рот этот, немедленно заткнуть. Но дело тут, по-моему, не совсем в сумме, а в, так скажем, масштабах происходящего.

Дана нам учительница в средней школе, которая несколько десятков лет назад получила высшее образование, после чего много лет воспитывала несчётные количества поколений читинцев. Рассказывала им о том и о сём (вновь упущу специфику предмета, дабы не запустить охоту), проверяла тетрадки, пережила самые разные события, никуда из школы не ушла, да и в принципе не очень-то и хотела – ничего другого не умеет. И вот перед новым 2017-м годом она получает на карту 1756 или там 1999 рублей – не важно. По-моему, в этот момент становится совершенно очевидно, что в нынешнем Забайкальском крае, да и в России в целом какие-то общепризнанные экономические теории не очень работают, или работают, но направлены на вымывание фундамента из-под ног уже ныне здравствующих поколений. Потому что если вы учителям в школе накануне Нового года даёте аванс в 2000 рублей, пора не экономические теории изучать, а пристально знакомиться с основами натурального хозяйства.

Екатерина Шайтанова: А у нас нельзя по картам (с)

Министр финансов России Антон Силуанов на дискуссионной площадке партийного съезда единороссов 21 января заявил , что Минфин поддерживает предложение по ограничению расчётов наличными при покупках. Всё же на посту министра финансов нельзя быть безумным, и Силуанов отдельно отметил, что идти к этому надо постепенно, особенно в тех регионах и муниципалитетах, где нет условий для безналичных расчётов, а также ввести некую планку - до достижения которой следует оставить расчёт наличными.

Как человек из региона, в котором фактически нет условий для безналичных расчётов, я в таких случаях чувствую себя затерянным в цивилизации аборигеном эфиопского племени, которому показывают бусики. При этом сама инициатива мне не может не нравиться, как не могут не нравиться бусики, но, по-моему, ни Силуанов, ни я до этой прекрасной поры не доживём.

На моей памяти, дальше окружного учебного центра СибВО в Песчанке Силуанов, будучи с визитом в Чите 8 лет назад, не уезжал. Но и так понятно, что пока терминалы дальше квадрата центральных улиц Читы воспринимаются как чудо. То есть они уже много где есть, но это почти всегда скорее восторг, чем норма. И, конечно, гораздо больше мест, где их наотрез нет. И это, например, кинотеатр «Бригантина»: «По картам нельзя. Идите снимайте где-нибудь. Девушка, какой «Сбербанк онлайн»?!»

Более того, с учётом того, что у нас до сих пор не везде есть сотовая связь... Да что там сотовая связь - даже в Дарасуне, куда час ехать из города, иногда по несколько дней нельзя снять деньги, потому что банкомат был один и он сломался, мне страшно представить, что скажет Силуанову моя бабушка. Что сказала она мне, когда я объясняла, как можно рассчитываться айфонами и самсунгами, я вам повторить не могу.

Андрей Козлов: Черепановым по алкоголю

Читинский блогер Юрий Черепанов на новогодних праздниках заснял незаконную торговлю алкоголем в печально известном магазине «Айпара». Комментируя эту историю, глава городской полиции Геннадий Мосякин ожидаемо развёл руками – фактически МВД не имеет законных оснований для закрытия торгующих алкоголем ночью заведений. Штрафы, которые накладываются на такие алкоточки, понятное дело, легко перекрываются получаемой в том числе незаконно прибылью.

«Айпара» - информационный флагман читинского рынка торговли алкоголем после официально разрешённых 20.00. Порождённый классическим для России спросом рынок этот весьма богат предложением. Купить любой алкоголь после 20.00 в Чите или любом другом населённом пункте Забайкальского края не составляет особенной проблемы ни для бомжей, ни для тех, кто после возлияний таранит на люксовых иномарках ледовые скульптуры. Максимально насыщен специализированными учреждениями для продажи спиртного после 20.00 центр города – вокруг моего дома на расстоянии километра есть как минимум шесть точек, где круглосуточно можно купить что угодно (моими соседями является городская администрация, правительство края, региональное управление Роспотребнадзора и иже с ними). Беззубая и беспощадно бессмысленная политика региональных властей за последние лет пять сняла, по-моему, все барьеры для тех, кому нужно выпить, и у кого есть для этого деньги. Полиция, равно как все остальные контролирующие органы, по-моему, являются заложниками того, что городит исполнительная и законодательная власти.

Всякий раз, когда я встречаю в Сети обсуждения того, что происходит в «Айпаре» или любом другом подобном заведении после 20.00, я автоматически задумываюсь о том, в чём нынче заключается антиалкогольная политика региональной власти. Но чем больше я гуляю вокруг своего дома со своими растущими детьми, тем больше убеждаюсь, что заключается она ни в чём, и этим ничем активно пользуются создатели «баров», единственными блюдами в которых являются алкоголь и пакетированные «Кириешки».

Самым значимым событием в борьбе с зелёным змием в отсутствии другой активности можно назвать десантирование в Госдуму известного борца с алкоголизацией населения – Николая Говорина. Но генерация законодательных инициатив на федеральном уровне отделена от реальности торговых помещений на первых этажах читинских многоэтажек годами лоббистской возни в самой Госдуме и прочей бесконечной бюрократической волокитой.

До Говорина региональные власти прославились ужесточением ограничением времени продажи алкоголя на четыре часа – с 20.00 до 11.00. Инициатива, по-моему, объяснялась в основном чутьём губернатора Константина Ильковского и заявлениями одного из его замов о том, что они изучили опыт подобной работы в неизвестных «других регионах». Интуитивную инициативу в заведениях типа «Айпары» вполне можно было отмечать банкетом. Теперь же вполне можно отметить её сравнением карты Читы до ужесточения и после ужесточения – если отметить на этих картах красными точками круглосуточные бары. Как только закон вступил в силу на улице Малой, где я тогда жил, за три месяца открылись сразу три заведения, где можно было хоть в три часа ночи купить хоть «Хенесси», хоть какую-нибудь 40-градусную бурду за 180 рублей бутылка.

После этого особенных инициатив не было, и мне постоянно кажется, что проблемы этой в повестке дня краевого правительства вообще нет. Если раньше антиалкогольные кампании с кем-то ассоциировались – пусть даже с интуицией Ильковского – то теперь кроме фамилии давно работающего в Москве Говорина да блогера Юрия Черепанова никто и в голову не приходит.

Роман Шадрин: #крещенскиекупания

Привет, я Роман Шадрин, мне 36, я православный. Вы можете закидать меня вопросами о православии, о Боге и атеизме, об историческом материализме, который мне преподавали в школе и университете, об истине, корнях, обрядах, церкви, попах на мерседесах, бабушках на папертях, страдающих детях и преуспевающих наркобаронах, ворах и политиках. Вряд ли у вас получится втянуть меня в дискуссию. Не потому, что я просветлённый религиозный циник - барахтайтесь, мол, в жиже своего сознания как хотите. Всё гораздо проще - я сам мало знаю и сам хотел бы на многие вопросы получить ответы.

Один из таких вопросов - Великие русские крещенские купания. Что это? Очевидно же, что все эти бултыхания в проруби далеки от православия настолько, насколько само православие далеко от цифровых, эфирных и газетных скандалов. А тем временем купания превращаются в натуральный скандал. В прорубь окунают младенцев, в соцсетях окунают в дерьмо тех, кто окунает своих детей, в СМИ повсеместно отчитываются о положительной динамике роста числа окунувшихся, на фотках - венеры в секси-купальниках с пристывшими ко льду тапками, чиновники с парящими на морозе плечами, бабули с замирающим сердцем по пояс в воде, выдолбленные в форме идеальных осмиконечных крестов купели, люди в плавках, люди в форме, палатки, перила, машины, фары, ночь, азарт, страсть. Окунулся? Красавчик! Не было тебя на купаниях? Затянем в следующем году.

Я прекрасно понимаю всех, кто приехал в ночь на 19 января на водоём и погрузился с головой в реку или озеро. Это сильные ощущения, повод для гордости, ну и модное, чего греха таить, дело. Но так хочется, чтобы купающиеся не превращали православный праздник в то, чем стал, например, футбол силами так называемых болельщиков. Насколько чистый, настоящий футбол далёк от агрессивных алкоголиков на трибунах, настолько и чистое православие далеко от лайков под фоточками с людьми в плавках и купальниках, позирующими на камеру. Не сочтите за брюзжание, но то православие, которому я доверяюсь как идее, не имеет ничего общего с динамикой роста купающихся в ночь на 19 января.

Юлия Скорнякова: Спасатели в обороне

На минувшей неделе 2017 год в России объявили годом гражданской обороны. Следом за федеральными ведомствами праздничным его сделали и в Забайкальском крае, пообещав провести множество мероприятий, «направленных на дальнейшее развитие и укрепление системы гражданской обороны Забайкалья».

Но руководство департамента по делам гражданской обороны и гражданской безопасности, как и положено ему по статусу, сработало на упреждение, вручив своим работникам главный подарок ещё в начале декабря прошлого года. Все сотрудники тогда получили извещения, что с 1 марта их оклады урежут на 30%, а в случае несогласия с этим контракты с мятежниками расторгнут.

Руководитель департамента по ГО и ПБ края Фёдор Кургузкин в ответе на официальный запрос мне объяснил, что изменение размеров окладов будет компенсироваться спасателям стимулирующими выплатами, «размер которых определит руководитель подведомственного учреждения в соответствии с интенсивностью, профессионализмом, слаженностью и объёмом труда работника». О том, чем стабильно выплачиваемый оклад отличается от стимулирующих, которые начисляются едва ли не в зависимости от настроения начальства, указки сверху и, что немаловажно, в зависимости от прибыли предприятия, он умолчал. Уточнил только, что «уровень заработной платы сохранится в полном объёме», однако оговорился, что каким-то волшебным образом при сохранении уровня оплаты труда за год ведомство сэкономит 5,82 миллиона рублей, из которых 1,8 миллиона рублей – налоги.

Впору переименовывать департамент гособороны и пожарной безопасности в Хогвартс и сокращать расходы, фактически не сокращая их, практику патентовать и продавать в другие регионы. Туда, где не всё так спокойно в делах спасения людей, как в Забайкалье, и где всё ещё боятся оттока кадров.

Забайкальский край, конечно, не горит из года в год, здесь десятками тысяч не вытаскивают людей из покорёженных в ДТП машинах, не уезжают регулярно в командировки с несколькими днями без сна на поиски пропавших без вести, не говорят об острой нехватке специалистов при и без того низких зарплатах за риск жизнью и, что самое главное и горькое, не дорожат жизнями тех, кому спасатели приходили на помощь. Ведь даже одно увольнение из-за урезания оклада на треть – это потенциально чья-то жизнь или здоровье, которые не удалось спасти. Впрочем, в руководстве края и департамента сегодня больше увлечены математикой и оптимизацией, нежели мыслями о последствиях своих действий.

ИА «Чита.Ру»

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter