Вспоминаем, как в Чите встречали новый, 1945 год

Ощущение близкой Победы уже витало в воздухе. Все понимали, что будут еще тяжелые сражения, но поражение врага неминуемо. О том, как встречали 1945 год, рассказывали ветераны и дети той войны. Но главным источником по сей день остаются публикации в главной газете края того времени «Забайкальский рабочий». 1 января 1945 года газета вышла с передовицей «1945». «1944 год принес нам выдающиеся победы на фронте и в тылу, — говорилось в ней. — Но советский народ не привык успокаиваться на достигнутом. В наступающем новом году перед нами стоит задача полного и окончательного разгрома немецкого фашизма. Чтобы выполнить эту великую, историческую задачу, мы должны напрячь все свои силы, не допускать ни малейшего послабления в работе, самоотверженным трудом в тылу помогать героическому фронту». Читая между строк В оперативных сводках Совинформбюро от 29 и 30 декабря 1944 года, 1 и 2 января 1945 года, традиционно публиковавшихся в каждом номере, рассказывалось, как наши части громят нацистов в Чехословакии и берут столицу Венгрии Будапешт. 1 января сообщалось о трагическом случае, произошедшем в окруженной войсками 2-го и 3-го Украинских фронтов столице Венгрии. Кольцо было замкнуто 26 декабря, и во избежание ненужного кровопролития командующие обоих фронтов отправили к фашистам двоих офицеров-парламентеров и переводчика. Они ехали на машинах с большими белыми флагами. По первому парламентеру нацисты сразу открыли огонь и убили. Второго приняли, подписывать капитуляцию отказались, а затем, когда парламентер с переводчиком отправились обратно, стреляли уже в спину. Парламентер погиб, переводчик чудом выжил. Понятно, что после этого желание «добить гадину в ее логове» стало еще сильнее. «На других участках фронта — поиски разведчиков и в ряде пунктов бои местного значения», — говорилось в оперсводках. Опытные читатели понимали: это означает лишь то, что наши войска готовятся к главным и финальным сражениям. Впереди были битвы за Кенигсберг, Вену и Прагу, а главное — за Берлин. На второй полосе первого в 1945 году номера газеты была напечатана большая статья Ильи Эренбурга «Горе и счастье». «В четвертый раз мы встречаем Новый год в разлуке с нашими близкими, — писал знаменитый публицист. — Не вино жжет наше небо — соль слез, желчь обиды. Но теперь мы вправе сказать друг другу: самое страшное позади. Розовеет небосвод, и впереди победа, первое утро глубокого мира». Новогодний подарок от Верховного Совета Третья полоса этого же номера вышла под общим заголовком «Наш вклад в дело победы», говорящим сам за себя. Здесь рассказывалось и о наших шахтерах, и о колхозниках, и о металлургах, и об энергетиках, и об учителях. Каждый на своем посту также совершал свои ежедневные трудовые подвиги, приближая дело Победы. Многие были награждены. 29 декабря 1944 года в газете был опубликован большой список медицинских работников Забайкалья, чьи имена были внесены в областную Книгу Почета. А на следующий день в ней же напечатали также большой список учителей Читинской области, награжденных орденами Ленина и Трудового Красного Знамени, медалями «За трудовую доблесть» и «Трудовое отличие». Причем трудились забайкальцы в эту зиму, как и во все годы войны, в весьма непростых условиях. Холод и голод были более чем реальными, хотя газеты об этом не писали. Людям было тяжело, и не у всех выдерживали нервы. Дезертиры были не только в армии, они были и на производстве. И наказания для тех, кто покинул свои предприятия, были суровыми. Шла «война народная, священная война». О необычном «подарке» со стороны властей страны сообщили уже после встречи Нового года. 30 декабря 1944 года был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР «О предоставлении амнистии лицам, самовольно ушедшим с предприятий военной промышленности и добровольно возвратившимся на эти предприятия». В Чите он был опубликован 3 января 1945 года. Амнистировались те, кто вернется на свои предприятия до 15 февраля. Кому-то это спасло жизнь. Проблемы с новогодней елкой «Где купить елку?» — под таким заголовком 26 декабря 1944 года вышла критическая статья Людмилы Бондаренко. «Канун нового года. Через несколько дней в домах, школах, детских садах зажгутся разноцветные огни новогодней традиционной елки, — отмечала автор. — С каким нетерпением ожидают малыши этого радостного дня. К нему начинают готовиться задолго до праздника. В магазинах Читы всё больше и больше появляется детей, взрослых, спрашивающих о продаже елок, елочных украшений. Невозмутимые продавцы отвечают: „Нет“…» Оказалось, что еще в апреле 1944 года Читинский облисполком вынес специальное решение, которым ряд организаций обязывался начать работу по производству елочных игрушек. Но, к сожалению, руководители большинства этих организаций посчитали это задание не самым важным. Положительный пример показала лишь типография облисполкома, никогда прежде не изготавливавшая елочных игрушек. «Много выдумки и изобретательности проявили руководители типографии и старейший мастер-переплетчик тов. Никитин, — отмечалось в статье. — В декабре типография должна была изготовить на 12 тысяч рублей игрушек, уже изготовлено на 16,5 тысячи рублей». В городе в середине декабря даже провели специальное совещание. Но ни елки, ни игрушки так и не появились. Увы, от этого очень страдал лес, потому как горожане, вооружившись топорами, сами отправились добывать елочки. Игрушки делали из различных подсобных материалов. Так что Новый год в большинстве семей, не говоря уж о детских садах, школах и учреждениях культуры, встречали как положено — с елками, украшенными игрушками. Праздник состоялся О том, как прошел праздник в Чите и ее пригородах, было рассказано в той же газете 6 января. Вот лишь несколько фрагментов из репортажей: — Всеми цветами радуги сверкает елка. Дед Мороз настоящий — с длинной седой бородой, в белой шубе — поздравляет воспитанников Читинского детдома — детей фронтовиков — с Новым годом. Детишки, одетые в красивые костюмы, вместе с Дедом Морозом закружились вокруг елки. Веселье не прекращалось ни на минуту. — 4 января в Атамановской неполной средней школе было празднично. Дети веселились и танцевали вокруг разукрашенной елки весь день. Женя Чугунникова прочла стихотворение «Аттестат зрелости», Галя Якушенко и Галя Третьякова в украинских костюмах станцевали «Гопак» и «Калинку». Ребята 4-го класса хорошо исполнили песенку «Бескозырка». С 8 часов вечера начался бал-маскарад. Из Н-ской части прибыл духовой оркестр. Только в 11 часов вечера все разошлись по домам. — Весело проходят елки во всех школах города. В школе № 4 для старшеклассников был организован бал-маскарад. Бал открылся монтажом «Наша Родина». — Елку для детей фронтовиков, устроенную в пионерском клубе г. Читы 2 января, посетили 1200 детей. Долго продолжались веселые игры вокруг красавицы-елки и выступления участников художественной самодеятельности пионерского клуба. Порадовали читинцев и гостей города коллективы фронтового Дома Красной армии (так тогда именовался Дом офицеров) и Клуб управления дороги (понятно, железной). В последнем детей с 3 по 6 января развлекал ансамбль детской миниатюры и эстрады, а также областной театр кукол. В кино и… Опять же по традиции праздничное настроение у людей создавали кинотеатры и читинский драмтеатр, в районах эта задача лежала на Домах культуры. Телевидения еще не было, фильмов выпускалось немного, а потому их смотрели порой не по одному десятку раз. Кинотеатров в Чите тоже было немного: «Забайкалец», «Комсомолец» и «Пионер». Новогодней премьерой стал показ полнометражного художественного фильма «В шесть часов вечера после войны» (6+), снятого в 1944 году на киностудии «Мосфильм» режиссером Иваном Пырьевым. В нем рассказывалось о любви зенитчицы Вари Панковой и артиллериста Василия Кудряшова (их роли сыграли звезды советского кино Марина Ладынина и Евгений Самойлов), которые через всю войну пронесли свою любовь, смогли выжить и встретиться. На этот фильм люди ходили по многу раз. И, как уже много раз, веселила зрителей музыкальная кинокомедия «Антон Иванович сердится» (12+). Ее снял на «Ленфильме» еще до войны режиссер Александр Ивановский. В главных ролях играли советские звезды — Людмила Целиковская и юный Павел Кадочников. Премьера фильма состоялась в августе 1941 года. О том, сколько раз ее показывали в читинских кинотеатрах за время войны, даже гадать не стоит. …в драмтеатре В драмтеатре зрителям в канун Нового года и первые дни 1945-го предложили пьесу американского драматурга, антифашистки Лилиан Хеллман «Семья Ферелли теряет покой», написанную в 1944 году. В ней рассказывалось, как в обычной американской семье шла своя борьба с нацизмом. «Постановку Читинским областным драмтеатром пьесы американского литератора, антифашиста, посвященной общественной жизни современной Америки, следует всячески приветствовать, — писал в „Забрабе“ 12 января 1945 года Оскар Хавкин. — Спектакль в целом удался — в нем есть идейность, напряженность, темперамент. Он в сценических образах показывает советскому зрителю то, что до сих пор ему было известно только по газетным и журнальным статьям, — демократическую Америку, просыпающуюся для борьбы с гитлеризмом». Но неожиданно с критикой пьесы на страницах фронтовой газеты «На боевом посту» 13 января выступил журналист Л. Степанов, который главным недостатком посчитал то, что в ней автор «не показывает Америку 1944–45 годов». 9 февраля того же года в «Забайкальском рабочем» ему возразил художественный руководитель Читинского областного драматического театра Николай Германович Гнедич (Лопатин). «Эта пьеса, — писал он, — понятна и тепло принята советским зрителем. Советские люди, чуждые национальной ограниченности, проявляют глубокий интерес к жизни, культуре, быту дружественных нам народов Америки, Англии, Франции и других союзных стран. При этом внимание советского человека привлекает не только ход борьбы Объединенных наций против гитлеровской Германии, но и поучительный процесс политического прозревания народов Запада, включившихся в активную борьбу против фашистского варварства». На всякий случай этот автор добавил, что постановка этой пьесы «осуществляется в Москве театром им. Ленинского комсомола». Кроме того, в первые дни 1945 года театр показал зрителям и советскую сатирическую комедию «Чрезвычайный закон», написанную братьями Тур (Леонидом Тубельским и Петром Рыжим) и Львом Шейниным. А для детей была представлена пьеса «Снежная королева», написанная в 1938 году Евгением Шварцем по одноименной сказке Ганса Христиана Андерсена. *** Забайкальцы, как и все советские люди, с большой надеждой и верой встречали новый 1945 год, веря, что именно он действительно станет годом Победы. Статья Ильи Эренбурга, о которой речь шла выше, завершалась словами, актуальными и сегодня: «Прежде говорили: с Новым годом, с новым счастьем! Может быть, тогда мы и не знали, что такое счастье. Нужны были годы в окопах, в блиндажах, в землянках, в грязи, в снегу, в крови, нужно было хлебнуть горя, потерять братьев, сына, друга, чтобы понять простое слово „счастье“. Мы говорим теперь: счастье будет, большое человеческое счастье, когда солдат, вернувшись с победой, обнимет жену, возьмет на руки сына, оглядит знакомые с детства дома, деревья, увидит родные лица. Счастье будет, настоящее счастье, когда вспыхнут огни городов, когда перестанут женщины в тоске спрашивать: „Есть ли письма?“, когда длинный летний день поднимется над зреющими нивами. Счастье будет, счастье Победы, и теперь мы скажем: с Новым годом, с годом Победы!»