Как сквозь землю — поиски пропавшего Сергея Федореева

Читинец Сергей Федореев, сын женщины, тело которой нашли на Кеноне 15 июля, пропал в Чите 20 июля. По крайней мере, его машину нашли в этот день в посёлке Рудник Кадала. — Что он там делал, непонятно. Машина открытая, вещи на месте, у неё сел аккумулятор — может быть, фары были включены. Должен был ехать к матери на ГРЭС. Его видели в 12 часов дня на Руднике Кадала — весь в крови забежал в магазин, держался то ли за бок, то ли за грудь. Попросил попить. Ему предложили скорую вызвать, он отказался и убежал, — рассказывал нашему корреспонденту друг Сергея. Так как я живу в этом посёлке и хорошо знаю местность, то решила присоединиться к поискам пропавшего парня, которые анонсировал поисковый отряд имени Кости Долгова на 31 июля. Со мной пошла ещё одна журналист «Чита.Ру» Анна Петрова. В 12.00 мы все собираемся у придорожного кафе на федеральной дороге рядом с Рудником. Народ есть; я впервые участвую в таком мероприятии, поэтому не могу сказать, много или мало. Ситуацию помогает прояснить старший по сегодняшним поискам Игорь, он из отряда. — Ой, как вас много! Давно я вас столько не видел, — удивлённо говорит Игорь и начинает раздавать добровольцам зелёные светоотражающие жилеты. Девушка, тоже из отряда, просит нас по очереди назвать свой порядковый номер, чтобы понять, сколько человек. Насчитывает около 38 добровольцев. После этого она записывает наши фамилии. Подходит к рядом стоящей со мной девчонке, называет её имя, но просит уточнить фамилию: — Какой раз ты уже с нами? — Четвёртый, — отвечает девушка. С нами также сотрудники полиции, собака, среди добровольцев есть как друзья, так и не знакомые с Сергеем люди. Кто-то из толпы шепчет, что в поисках также участвуют и родственники. — Мы с вами выстроимся полосой на расстоянии 5 метров друг от друга и пойдём вперёд, — рассказывают организаторы поисков. — Не теряйте из виду людей, которые слева и справа от вас. Сначала я думаю, что мы пойдём полосой в лес, но мы выстраиваемся перед большим полем, за которым посёлок Черновские. Почему именно это место, мне расскажут позже. Идём по полю в горку и постепенно растягиваемся, чтобы расстояние друг от друга было минимум 5 метров. Не всегда так получается, конечно. После 30 минут мы рассредоточиваемся настолько, что многих людей, которые были по краям, я теряю из виду. Но это не страшно, так как рядом с каждой группой есть подготовленные люди с рациями, они координируют движение людей: — Стоим, левая (иногда правая — прим. авт.) сторона отстаёт, ждём. Пошли! Проходит уже час. Мы с Аней всё время держимся рядом. Спрашиваю у неё: — Как думаешь, почему в поле ищем? Я уже устала идти, а раненый человек тем более не дошёл бы, да и следов от машин нет. — Коллега соглашается. К нам подходит Игорь, интересуется, как наше состояние, а мы спрашиваем его, почему это место выбрали для поисков. — Выбор места основывается на показаниях свидетелей. Говорили, что он мог пойти домой пешком через поле. Но, как показывают практика и боевой опыт, если он был ранен, то больше двух километров не прошёл бы. По пути встречаются карьеры, их осматривают мужчины, девушкам говорят обходить. Люди заходят в небольшие лесочки, заглядывают под каждое дерево и куст — Сергея нигде нет. Через полтора часа мы все доходим до озера, которое называют Швейка. Отдыхаем, восстанавливаем дыхание. Вдруг девушка из толпы читает информацию из интернета: — Тут пишут, что какой-то парень зашёл на ГРЭСе в магазин, увидел ориентировку и забрал её. Продавщица сказала, что этого человека ищут, на что мужчина сказал ей, что парня уже нашли, он в полиции даёт показания. Информация, к сожалению, оказывается ложной, так как с нами есть и полицейские, которым в случае чего сразу бы сообщили об этом. Минут через 15 снова построение, надо пересчитаться, не потеряли ли кого по пути. — Вас, наоборот, больше стало (примерно 45 человек), — говорит Игорь и немного недоумевает. Оказалось, что некоторые люди догнали нас по пути. Я спрашиваю у девушки с рацией, почему обратно мы пойдём опять через поле, а не по дороге. — Чтобы ещё раз всё проверить, — говорит она. На обратном пути мы с Аней всё-таки идём через один карьер. В нём я вижу зимний замшевый женский сапог серого цвета. Так жутко. Что произошло с той женщиной? Почему её обувь в каком-то карьере посреди поля... Хочется верить, что она жива. И Сергей тоже. Когда мы возвращаемся к той дороге, с которой начинали искать, встречаем друзей Сергея. — Если его видели на улице Забайкальской и машину там нашли, то искать надо в том поле, которое напротив, там очень много карьеров, — говорю я им. — На три раза просмотрели поле, нашли кофту и носки, но не факт, что это его. Речку, которая в другой стороне, тоже просмотрели. Ничего. — Я сижу и думаю, что это какой-то бред, ну не сквозь землю же он провалился? — А вообще могла у него произойти какая-то ситуация, которая заставила бы его сейчас прятаться, например? — Да нет. Ну если только не история с мамой. Может, у него на этом фоне срыв произошёл какой-то. В магазине на следующий день после того, как нашли его машину, рассказывали, что он как в кино залетел — весь в крови, за бок держится. Это было днём, но при этом никто ничего не видел больше. Он должен был поехать к матери на ГРЭС, видимо, дома нашёл её предсмертную записку. Поехал обратно, и вот на Руднике пропал. А, может, он и не доехал даже до ГРЭСа. После разговора с друзьями Сергея я иду домой, однако отряд имени Кости Долгова после обеда продолжает искать Сергея как раз на том поле. За это им огромное человеческое спасибо, очень тяжёлая работа во всех планах. Это были первые масштабные поиски Сергея, к сожалению, его не нашли. О следующих пока не известно. Но тем не менее теперь территория поиска гораздо уменьшилась. Будем верить в чудо.