Это было время реального голода. Как работал первый послевоенный председатель Читинского облисполкома

Фотографию председателя облисполкома Константина Павловича Голубева, который в 1945 году сменил на этом посту Михаила Афанасьевича Константинова, найти было уже легче, чем его предшественника. Её, к слову, до сего дня не было ни в интернете, ни в «Энциклопедии Забайкалья». Но был уже ясен алгоритм поиска, который не подвёл. Оба советских руководителя работали в тандеме с первым секретарём обкома партии Иваном Алексеевичем Кузнецовым.

Информации о Константине Голубеве крайне мало, и всё же кое-что удалось найти. Хочу отметить, что первой небольшую справку о нём для «Энциклопедии Забайкалья» подготовила историк и архивист Вера Владимировна Бардакова. Сейчас удалось найти чуть больше сведений об этом государственном деятеле.

Стремительная карьера сына рабочего

Одним из безусловных достижений Октябрьской революции 1917 года были начавшие работать «социальные лифты» для тех, кто ранее не имел шансов. В газете «Забайкальский рабочий» в напечатанном 20 января 1946 года агитационном материале о Константине Павловиче несколько высокопарно, но справедливо было сказано: «Жизненный путь тов. Голубева — путь многих тысяч советских людей, выращенных и воспитанных советской властью, партией Ленина — Сталина».

Родился он в Твери в 1905 году (полная дата пока неизвестна), в семье рабочего-текстильщика.

«Большая семья, в которой единственным кормильцем был отец — багажник фабрики Берга, — еле сводила концы с концами, — рассказывалось в уже упомянутом материале. — Отец изо дня в день грузил в вагоны кипы мануфактуры, но не имел денег, чтобы купить достаточное количество дешевенького ситчика и одеть своих детей. Бедная, тесная каморка, которую занимала семья, забота о копейке денег, о куске хлеба — с первых детских дней напоминали ему о нужде и лишениях. Очень рано пришлось ему, старшему сыну в семье, заняться сапожным, а затем столярным ремеслом. Один за другим умерли от туберкулеза легких два брата и сестра».

Отец и после окончания Гражданской войны продолжал трудиться рабочим, сначала на фабрике, а затем в одном из первых совхозов в селе Каменка, куда семья перебралась и где дети стали наконец учиться. В 1922 году 17-летний Костя Голубев вступил в комсомол. Именно комсомольская организация направила молодого, но активного парня сразу после окончания школы воспитателем в детский дом, а вскоре он поехал учиться в Калининский сельскохозяйственный техникум.

В 1927 году 22-летнего агронома-практиканта направили работать на станцию Княжьи Горы Ржевского уезда Тверской губернии. После окончания практики, получив звание агронома средней квалификации, Голубев был направлен на работу помощником участкового агронома в один из самых глухих уездов Тверской губернии — Весьегонский. Там он участвовал в проведении коллективизации.

В ноябре 1929 года Константина призвали в ряды Рабоче-крестьянской Красной армии (РККА). Год он служил в 62-м полку особой кавалерийской бригады им. И. Сталина. Во время службы был принят в ряды партии большевиков.

В 1930 году агроном-коммунист вернулся в родную Тверскую (ставшую Калининской) область и проработал там более десяти лет. Начинал районным агрономом, одновременно учась в научно-исследовательском институте усовершенствования специалистов сельского хозяйства на факультете социалистического животноводства. И вот уже не только опытный, но и образованный специалист в сельском хозяйстве, к тому же член партии, направляется руководителем одной из машинно-тракторных станций (МТС). Это была одна из самых отстающих МТС области, занимавшая 134-е место. Уже через год молодой директор вывел её на 4-е место. Стало ясно, что он к тому же хороший организатор. И его назначили начальником областной конторы Госсортфонда. Через 2 года обком партии направил его на работу сначала заместителем, а затем начальником областного земельного отдела. Можно сказать, что с этого момента он попал в ряды партийно-советской номенклатуры.

В январе 1941 года последовало новое назначение — заместителем наркома земледелия новой советской республики — Латвийской ССР. «За короткий срок в республике было создано 50 МТС, 150 машинно-конных станций для оказания помощи бедняцким хозяйствам, получившим земельные наделы, — рассказывалось в „Забайкальском рабочем“. — Весь опыт организатора-большевика отдает тов. Голубев новой работе, добиваясь, чтобы как можно успешнее провести первый весенний сев. Зазеленели поля, свободное советского крестьянство Латвии готовилось к уборке урожая, когда началась Великая Отечественная война».

Вместе с войсками Голубев отходил к Пскову, затем к Новгороду и в родную Калининскую область, где получил новое задание — организовать эвакуацию скота в тыловые районы страны. Несмотря на трудности, включая бомбардировку гитлеровской авиацией, ему удалось эвакуировать в безопасные Ивановскую и Горьковскую области 180 тысяч голов крупного рогатого скота и лошадей.

Город Калинин был занят противником, и Константин Павлович отошёл в северную, наполовину окруженную нацистами часть области, где продолжал вести партийную работу. После того, как в декабре 1941 года Калинин в ходе контрнаступления под Москвой был освобожден, Голубев вошёл в разрушенный город с передовыми частями и, став заместителем председателя облисполкома, занялся работой по восстановлению области и помощи новому Калининскому фронту.

В апреле 1943 года Константина Голубева отозвали в Москву, где назначили заместителем народного комиссара (наркома) земледелия РСФСР Николая Васильевича Жильцова, который руководил этим наркоматом с 1941-го по 1946 год.

А в октябре 1944 года Голубев стал первым заместителем наркома. В это время ЦК ВКП(б) направляет его как уполномоченного не только наркомата, но и ЦК в командировки в Сталинградскую область, в Саратов, Татарскую АССР, в Сибирь и Алтайский край, где он занимается восстановлением сельского хозяйства и подбором специалистов в тыловых областях.

Вот такого опытного советского и партийного работника в 1945 году и направили в Читинскую область в тот самый момент, когда здесь уже шла подготовка к удару по милитаристской японской Квантунской армии, чтобы заставить капитулировать последнего гитлеровского союзника и поставить точку во Второй мировой войне.

Советский лидер первых послевоенных лет

По данным «Забайкальского рабочего», опубликованным 20 января 1946 года, решением ЦК ВКП(б) и Совнаркома его командировали сюда в январе 1945 года. Однако пост председателя Читинской области он занял далеко не сразу. В статье о Михаиле Афанасьевиче Константинове я писал, что он с группой товарищей покинул область в конце апреля 1945 года. И на читинском городском митинге, посвящённом Победе в Великой Отечественной войне, на площади Ленина на трибуне стоял уже не он, а Голубев.

В Чите это было время реального голода, и 11 мая в Москву на имена секретаря ЦК ВКП(б) Георгия Маленкова и заместителя председателя Совнаркома (СНК) Анастаса Микояна ушло письмо, подписанное 1-м секретарём обкома ВКП(б) Кузнецовым и председателем облисполкома Голубевым (тексты писем были опубликованы в сборнике архивных документов «Читинская область в годы Великой Отечественной войны: 1941-1945», изданном в Чите в 2005 году), где сообщалось:

— На протяжении ряда лет из-за неурожая картофеля и овощей в окружающих Читу колхозах и на индивидуальных огородах рабочих и служащих на рынках города почти полностью отсутствует продажа сельскохозяйственной продукции, что создало крайне тяжелое положение в снабжении населения продовольственными товарами. Трудности со снабжением города Читы как областного центра, где проживают преимущественно рабочие, служащие, семьи фронтовиков и военнослужащих Забайкальского фронта, усугубились еще тем, что население до сих пор не переведено на гарантированное снабжение. В Чите из 120 000 человек населения получает продовольственные товары по карточкам только 42 000, или 35%, а остальные 78 000 человек никаких продуктов, кроме хлеба и сахара, не получают, в связи с чем за последнее время появились случаи заболевания алиментарной дистрофией.

Авторы письма просили включить Читу в «перечень городов, находящихся на гарантированном снабжении».

Они не сообщали, что за время войны трудоспособное население области сократилось на 41%, а число трудоспособных мужчин в сельском хозяйстве снизилось в четыре раза. Посевные площади сократились к концу войны на 48,4%, валовой сбор зерна в расчете на один колхозный двор снизился в 3,9 раза, а поголовье крупного рогатого скота сократилось на 42%, овец и коз — на 15%, лошадей — почти вдвое.

Понятно, что в такой ситуации перед бывшим агрономом встала задача, прежде всего, подъема сельского хозяйства.

Официальное решение о назначении нового председателя Читинского облисполкома было принято на 11-й сессии областного Совета трудящихся, прошедшего 23–24 июля 1945 года.

Ситуация в области оставалась настолько тяжёлой, что она попала в доклад Лаврентия Берии председателю СНК и Верховному главнокомандующему Иосифу Сталину. Он сообщал, что здесь были зафиксированы факты «употребления в пищу павших животных, деревьев, коры». Сообщалось о страшном факте, когда «одна крестьянка с сыновьями убили маленькую дочь и употребили её в пищу…» В газете «Забайкальский рабочий» об этих случаях не писали, но зато регулярно сообщали о судах над руководителями колхозов и торговыми работниками, воровавшими продовольствие и продовольственные карточки. Для многих забайкальцев это была настоящая трагедия.

Летом через территорию области в Монголию проследовали четыре (!) армии. Учитывая, что их переброска проводилась в режиме строгой секретности, можно представить, какой след они оставили на колхозных полях.

Но на эту причину по понятным причинам никто не указывал. Речь шла только о том, что голод был вызван катастрофической засухой.

В ноябре того года 1-й секретарь обкома ВКП(б) Кузнецов и председатель облисполкома Голубев направляют очередное тревожное письмо в Москву на имена Георгия Маленкова и заместителя председателя СНК Вячеслава Молотова. «Основной причиной плохого урожая, — писали они руководителям страны, — является сильная засуха, вот уже третий год подряд постигшая нашу область».

С большой озабоченностью они сообщали: «Возвращающиеся демобилизованные красноармейцы, не имея заработанных трудодней и помощи хлебом в большинстве колхозов, не приступали к работе и уходили из колхозов. Многие колхозы не рассчитывались хлебом с трактористами, что сильно отражается на ходе ремонта тракторов».

Авторы письма просили о выделении «ежемесячно до нового урожая по 600 тонн хлеба для продажи нуждающимся колхозникам и трактористам».

Какая-то помощь, вероятно, была оказана, и постепенно в Читинской области ситуация начала меняться в лучшую сторону.

Константин Голубев, как и его предшественник, стал членом бюро обкома ВКП(б). Большинство вопросов партийные и советские органы сообща обсуждали и решали на пленумах обкома и сессиях областного Совета.

Депутат Верховного совета СССР 2-го созыва

Уже в начале 1946 года прошли первые послевоенные выборы в Верховный Совет СССР.

Среди кандидатов был выдвинут и председатель Читинского облисполкома Константин Павлович Голубев. Организацией выборов занимались, прежде всего, партийные органы. Ими были сформированы избирательные комиссии и проводились многолюдные митинги, где выдвигались кандидаты, у которых не было никакой альтернативы. При этом стоит отметить, что, как правило, это были действительно известные и авторитетные люди.

Голубев был выдвинут кандидатом на предвыборных собраниях рабочих Сретенской судоверфи и комбината «Балейзолото», Нерчинской МТС и МТМ, депо им. Казановича, колхозников передового в Калганском районе колхоза «Ленинский путь». Зарегистрировали его по Сретенскому избирательному округу № 320.

Все кандидаты встречались с избирателями, реально объезжая свои избирательные округа. Выборы прошли 10 февраля 1946 года.

От Читинской области в Совет Союза Верховного совета СССР было избрано шесть депутатов (четверо в Совет Советов, а двое в Совет Национальностей). В Совет Советов, кроме Константина Павловича Голубева, были избраны 1-й секретарь Читинского обкома ВКП(б) Иван Алексеевич Кузнецов, командующий Забайкальско-Амурским военным округом Маршал Советского Союза Родион Яковлевич Малиновский и легендарный железнодорожник, машинист депо станции Зилово Иван Трофимович Соловьев. В Совет Национальностей избрали 2-го секретаря Агинского окружкома ВКП(б) Чимит-Доржи Дагбаина и командующего Тихоокеанским флотом Ивана Степановича Юмашева.

В марте сессия Верховного совета СССР утвердила план первой послевоенной пятилетки. И уже в апреле того года депутат Верховного совета СССР Голубев, возвратившись с сессии, провёл большую встречу с интеллигенцией Читы, на которой выступил с докладом «О задачах советской интеллигенции в выполнении пятилетнего плана на 1946–1950 гг.». В 1947 году состоялись выборы в Верховный совет РСФСР 2-го созыва. Депутаты Верховного Совета СССР помогали в выборах уже этого уровня.

Постепенно, пусть и трудно, но мирная жизнь налаживалась. Однако на Читу обрушилась новая беда.

Горняк Роман Африканович Амосов в книге воспоминаний «2Д2П», изданной в Чите в 2017 году, писал: «Ближе к осени произошла трагедия — знаменитое наводнение 1948 года. Поздно вечером вода хлынула на город по руслу Кайдаловки, которая в обычное время едва сочилась. За считаные минуты город перерезало глубоким оврагом, в который рухнули магазин и парикмахерская, соседствовавшие со здание КОГИЗа (позже известный Дом книги. — Прим. авт.) на Калининской (нынешней Амурской), падали автомобили и пешеходы.

Наутро оказалось, что затоплены Большой остров и Кузнечные ряды, люди отсиживались на крышах и печных трубах плавали от дома к дому на весельных лодках. Больше недели похоронные процессии двигались к кладбищу одна за другой. Среди жертв было много молодых моряков Тихоокеанского флота, приехавших в отпуск…» Автобус с ними завалило рыхлым грунтом, все краснофлотцы погибли. Очевидцы вспоминали, что похороны погибших продолжались больше недели.

К концу этой пятилетки посевы зерновых в колхозах Читинской области составили 70% от довоенного уровня, поголовье крупного рогатого скота составило к концу 1950 года 83% довоенного уровня, зато поголовье овец довоенный уровень превысило.

Лучше дела обстояли в промышленности и на транспорте, где 1949 год был завершён с перевыполнением плана. К примеру, коллектив Забайкальской железной дороги в это время покончил с убыточностью и обеспечил устойчивую рентабельность дороги.

Однако ни 1-й секретарь обкома партии Иван Кузнецов, ни председатель облисполкома Константин Голубев до конца пятилетки в Чите не доработали. Первый был переведён в Москву в конце того трагического 1948 года, а второй — в 1949 году. От трагедии голодных 1945 и 1946 годов до трагического наводнения 1948 года Голубев оставался советским главой области.

А затем Константин Павлович «затерялся» где-то в чиновничьих рядах столицы. Кем он был, как сложилась после Читы его жизнь и когда его не стало — всё это пока неизвестно.