Почему российские олигархи поспешили сменить гражданство РФ

Москва обогнала Гонконг по числу долларовых миллиардеров. И теперь уступает только Нью-Йорку. В российской столице проживает уже 90 миллиардеров — за прошлый год их добавилось целых 16. А всего в России стало на 15 миллиардеров больше — несмотря на все санкции и экономический кризис. В этом списке 15 россиян оказались впервые, а еще 10 вернулись после отсутствия. Среди них владельцы таких компаний, как «Фармасинтез», «Мираторг», группы «Алькор и Ко» (само ее название никому ничего не скажет, но фирма управляет сетями «ЛʼЭтуаль» и «Подружка»), а также «Орими Трэйд» (выпускает чаи TESS и Greenfield). Правда, миллиардеров в России могло бы оказаться еще больше. Если бы не желание некоторых олигархов порвать с Россией: 24 бизнесмена, которые числились российскими еще в списке за 2023 год, вдруг оказались гражданами или подданными других стран. Ну вот, например, вдова московского мэра Юрия Лужкова Елена Батурина (некогда самая богатая женщина России) теперь оказалась подданной Великобритании. Бывший вице-президент «Лукойла» Леонид Федун оказался в Монако (да еще он теперь и самый богатый человек в этой крошечной стране), основатель «Яндекса» Аркадий Волож — в Израиле, Михаил Прохоров — в Швейцарии. Ну и так далее. Но даже с учетом отъезда в другие страны в России не только количество миллиардеров оказалось рекордным, но и их совокупное состояние — почти $626 миллиардов, что на $49 млрд больше по сравнению с 2023 годом. Предыдущий рекорд был зафиксирован в досанкционном 2021 году и составлял $606 млрд. В мировом рейтинге Forbes общее состояние всех миллиардеров оценивается в $3,3 триллиона. Получается, на Россию приходится почти пятая часть их капиталов. Есть еще более любопытное сравнение: совокупное состояние российских миллиардеров больше, чем вклады всего населения в банках (63 против 57 триллионов, если считать в рублях). Подробности — в материале MSK1.RU. С деньгами можно? — В России экономический кризис, нас обложили санкциями, а число миллиардеров растет? Нет ли в этом противоречия? — Российская экономика растет, растут доходы населения. По крайней мере, статистика это показывает. И все те бизнесмены, кто заняли интересные ниши после ухода западных компаний, смогли очень неплохо на этом заработать, — говорит президент Столыпинского клуба, инвестиционный банкир Евгений Коган. — Мы видим, в частности, что есть представители фармацевтического сектора, который сегодня бурно развивается. Не удивлен увидеть в рейтинге, например, хозяйку «ЛʼЭтуаля»: ушли западные многие бренды, а сеть в этой связи очень неплохо развивается. — В условиях санкций и ухода западных компаний активы не исчезли, они просто сменили владельцев, — более радикален в оценке основатель инвестиционной компании CryptobotproLLC Алексей Мокров. — Те, кто был близок к центрам принятия решений, получил доступ к лакомым кускам рынка за копейки. У нас идет не падение экономики, а ее закрытая перекройка, деньги остались внутри системы и перераспределяются в пользу ограниченного круга игроков. Плюс сырьевой экспорт работает — нефть, газ, металлы продаются, просто другим маршрутом и по скидке, но в объемах, которые продолжают кормить элиту. Для большинства кризис. Для тех, кто у руля — время обогащения. — Но почему тогда такое количество российских олигархов захотело сменить прописку на Израиль, Швейцарию и даже Австралию? И почему западные страны их вообще принимают, несмотря на санкции? — Потому что в мире всё еще главенствует капитал. Эти люди не беглецы, а инвесторы. Они приходят в новые юрисдикции не с чемоданами, а с портфелями на миллиарды. Им открывают двери, потому что они приносят деньги, создают фонды, запускают проекты, покупают недвижимость. Никакая страна не откажется от миллиардов под предлогом «санкционной этики». Поэтому и гражданство дают, и счета открывают, и охотно сотрудничают. Это явный прагматизм. Деньги не пахнут, особенно большие. — Но почему у одних российских олигархов на Западе отобрали всё, вплоть до банковских счетов и квартир, а другим, наоборот, разрешили всё? — Формально «токсичные» фигуры, конечно, проверяют, но если речь идет о десятках или сотнях миллионов — всегда найдутся структуры, фонды, посредники, через которые капитал становится «чистым». А в последние два года ключевым инструментом для обхода ограничений стала криптовалюта. Крупные суммы уводятся из-под радаров классической финсистемы, обналичиваются через дружественные юрисдикции — и возвращаются в рынок уже без ярлыка «российские». Эти деньги, прошедшие через цифровой миксер и зашедшие на рынок под видом инвестиций, уже не «грязные». Они анонимны, ликвидны и юридически размазаны между десятками контуров. И вот тогда «токсичность» снимается — потому что никто не откажется от крупного инвестора, особенно в условиях глобального дефицита ликвидности. — Рост числа сверхбогатых в России — следствие адаптации ĸ новым реалиям. Во-первых, это заполнение ниш, где спрос в 3–5 раз превышает предложение (логистиĸа, IT, строительство). Во-вторых, передел рынĸов: 80% прироста ĸапиталов приходится на отрасли с высоĸой ĸонцентрацией — энергетиĸу, финансы, металлургию. Санĸции здесь не барьер, а драйвер: они соĸратили ĸонĸуренцию, позволив ĸрупным игроĸам увеличить маржу до 25–30% в ĸлючевых сеĸторах, — говорит маркетолог Александр Азар.