Чуханы вместо чушпанов, драки село на село и стадное чувство: каким было время пацанов в Агинском

Сериал «Слово пацана» (18+) за три месяца с даты премьеры посмотрели более 20 миллионов зрителей. Его уже называют феноменом, так как фильмы, посвященные таким далеким уже 80-м, редко становятся столь популярными. Читатель «Чита.Ру» Зорикто Олзоев поделился своим мнением о нашумевшем сериале и вспомнил, каким было то время в Забайкалье.

Долго думал, стоит ли поднимать тему молодежной субкультуры в поселке Агинское в 90-годы. Побудительным мотивом к размышлению стало знакомство с сериалом «Слово пацана. Кровь на асфальте». Сразу оговорюсь, что смотрел сериал не полностью, но увиденного хватило на целую гамму противоречивых чувств.

Во-первых, он мне понравился своей реалистичностью и суровостью (не являюсь поклонником слащавых киноисторий с любовным сюжетом и хеппи-эндом).

Во-вторых, сериал вызвал внутреннее отторжение своими сценами насилия. Сняты они правдоподобно и знакомы многим из парней, кого роняли на землю в драках. А кадры со школьным вымогательством и поборами так называемых чушпанов — нелюдей по уличным понятиям — отчего-то шокировало, словно видел впервые.

Понравился главный посыл от создателей фильма, что финал у парня, вставшего на кривую дорожку мнимых пацанских, воровских понятий и криминала, один — в могилу. Рано или поздно. У подавляющего большинства прототипов героев сериала — рано, до 30-летнего рубежа.

Про «казанский феномен» я читал, будучи старшеклассником, но тогда в силу возраста прочитанное вызвало неправильное понимание — это же, блин, круто! Как показала и показывает жизнь, ничего хорошего в асоциальном образе жизни, тянущемся с подросткового возраста, нет и быть не может.

Я примерил сюжет сериала, время действия которого происходит в 80-е годы, на события 90-х годов, происходившие в далеком забайкальском поселке, и нашел немало сходств, которые рискну изложить.

Еще учась в начальной школе, я сталкивался с незнакомыми ребятами из других микрорайонов, которые требовали остановиться и попрыгать на месте, чтобы понять, есть ли звенящая мелочь в карманах. Ну, вы помните! Спасало меня наличие старшего брата и старших ребят с нашего двора, которые не позволяли обижать своих салаг.

Потом я перекочевал в новый двор на окраине Агинского, где было также много ребятни — ровесников и чуть постарше. Здесь жили по тем же принципам, что и в старом дворе, — нас много, вместе мы сила, а значит и проклевывались в нас криминальные наклонности.

Кто-то из наших стал «бомбить» только начавшие открываться частные киоски, воруя шоколадные батончики, жевательные резинки, газировки или пакетики с сухими соками — «юпи», «инвайт», а также сигареты, алкоголь. Залезали под покровом ночи, сбивая молотком навесной замок. Сигнализаций тогда не было, и вся система безопасности зиждилась на постоянном бдении хозяина этого самого киоска.

Сейчас вспоминаю и тихо ужасаюсь. Такого своим сыновьям я не пожелаю, да и вообще современным детям. А тогда многое сводилось к тому, что, если ты с нами, значит ты с нами, со всеми вытекающими, а если нет, то ты чухан (слово «чушпан» нам было не знакомо, это татарский вариант), тебя можно обидеть просто так. Стадное чувство в подростковом возрасте весьма опасное явление. Мы были стадом. Но единым. Противопоставляли себя парням из других районов поселка. Драки были нередки — на дискотеках или на барахолке, что на месте нынешнего универсама «Читинка».

К слову, мы ничем не отличались от подростков из других концов страны, старались не отставать от городских, которые, однако, считали нас сугубо сельскими ребятами. Также делились на младших, средних, старших. Правда, у нас эти самые уличные понятия, как я уже отмечал, в своей основе ложные, в нашей среде были не настолько атрофированными, как показано в сериале, но мы также практиковали избиение упавшего на землю, что было под запретом в 70–80-е годы, когда дрались до первой слезинки, крови, с уговором не бить лежачего.

Запомнились рассказы участников драк, которым сейчас за 70 лет, что дрались село на село, как, например, хара-шибирские против цаган-ольцев, в чистом поле, со всеми атрибутами и аксессуарами классической драки — палками, арматурой и даже ломами.

К месту побоища приезжали на грузовых автомобилях с кузовом, битком набитом молодчиками. Причина такой нелюбви друг к другу Хара-Шибири с Цаган-Олем мне неизвестна. Один из участников таких драк лишь рассмеялся в ответ на вопрос об этом: «Молодыми были, многие из нас были до призыва на армейскую службу, сил много, а девать некуда. Вот и мутузили друг друга. Слава богу, сейчас таких масштабных драк нет. Дети другие нынче, малохольные в большинстве своем. Но повторюсь, не нужно доказывать свою правоту, например, при помощи кулаков».

Не все из наших смогли благополучно войти во взрослую жизнь, к сожалению. Кого-то криминал так и утянул на дно. Но большинство ныне здравствует, работает, имеет семьи и не желает возврата в те времена. А сериал можно и нужно посмотреть и… забыть.