Шедевральное кино не всегда продается. Китайский продюсер рассказал в Чите, как кинофестивали стали островками в море сиквелов

— Кино не обязательно должно выйти на какой-то глобальный уровень, важен в первую очередь зритель — даже в маленьком городе, — член жюри Забайкальского международного кинофестиваля Сюань Гуо говорит несколько парадоксальную вещь для своей профессии. Он продюсер и специалист по международным коммуникациям киноиндустрии Китая. Учился в Новой Зеландии — выпускник Оклендского университета. Снятый с его участием фильм «Черный уголь — тонкий лед» получил «Золотого медведя» на Берлинском кинофестивале. И вот он в Чите, которая сыграла важную роль в событиях, которым посвящен его новый фильм.

— Расскажите подробнее про фильм о Маньчжурской операции.

— Поскольку я работаю с режиссером, то идея принадлежит ему. Однажды он нашел в архивах города Чанчунь, который когда-то назывался Мукден, документы про историю лагерей военнопленных. Ему захотелось развить эту историю.

Сюжет строится вокруг лагерей военнопленных. После того как советская армия в августе 1945 года одержала победу над японской армией, в Шэньяне и Ляояне обнаружилось большое количество пленных, в том числе высокопоставленных военнослужащих из Америки. И США попросили Красную армию помочь в освобождении пленных, поскольку они боялись, что Япония устроит кровопролитие.

Мы вместе с режиссером поехали в Шэньян и в Ляоян исследовать исторические архивы.

Режиссер уже завершил интервью в Японии и на Тайване. В прошлом месяце он был в Америке. И сейчас находится на Филиппинах.

После того как он вернется с Филиппин, мы будем совместно решать, куда именно в России поехать, чтобы взять интервью.

Съемок в Чите не было, поскольку большинство родственников и потомков российских свидетелей этих событий живут в Москве. Но всё-таки Чита — это такое значимое место для данных исторических событий. Именно тут формировались армейские соединения для военных действий. Поэтому фильм обязательно будем демонстрировать в Чите, и я также постараюсь убедить режиссера приехать сюда лично.

— А место заключения императора Пу И на Молоковке вам интересно?

— Судьба Пу И вообще интересна. Он содержался как раз-таки в городе Мукден, который сейчас называется Чанчунь. Оттуда он пытался улететь в Японию, но его задержали и отправили в Читу. У нас есть короткое историческое видео тех времен, но пока неизвестно, будут ли его использовать в фильме или нет.

— Смотрели ли вы фильм, открывший фестиваль, «Степные боги»? Мне кажется, есть пересечение этой истории с вашей документалкой.

— До этого фильма я еще не добрался, так как приходится отсматривать программу, предназначенную для жюри. Когда у меня будет возможность и время, я, конечно, с удовольствием ознакомлюсь с этим фильмом. Такое кино нужно.

Главная причина, почему мы вообще начали снимать свой фильм, заключается в том, что определенное количество людей хотели бы заставить народ забыть о том, что происходили такие события. Но я считаю, что помнить такое обязательно, чтобы события не повторялись.

— А что бы вы выделили из просмотренного в основной программе кинофестиваля?

— Конечно, мы еще не приняли окончательное решение (интервью состоялось за день до церемонии закрытия. — Прим. ред.). Но в целом могу выделить российскую ленту «Цинга» и фильм «Молчаливый друг». Он, конечно, не для широкой аудитории, но в целом достаточно хорош.

Вьетнамский фильм «Закусочная для соседей» тоже достаточно достойный, но мы еще будем выбирать.

— Какой бы из увиденных здесь фильмов вы бы хотели представить китайской аудитории. Может быть, в них показана определенная проблема или звучит актуальный вопрос для Китая?

— В целом, конечно, я могу выделить «Молчаливого друга» и «Закусочную для соседей». Однако первый уже представляли на Пекинском кинофестивале, а второй вышел в нашей стране в прокат.

Однако я хочу использовать любой шанс показать китайской аудитории достойный фильм, потому что международное сотрудничество — это основная причина моего участия в этом кинофестивале.

— Между Россией и Китаем очень хорошие экономические связи, но для культурных связей, на мой взгляд, еще нужно много работать. Есть ли у вас догадки, почему наши страны не обмениваются фильмами?

— Причин очень много. Во-первых, российский рынок многие десятилетия был незнаком с большинством китайских фильмов. Во-вторых, в России есть собственная, достаточно наполненная киноиндустрия. Фильмов производится много, разных жанров. Поэтому, чтобы добиться в вашей стране успеха, нужно внимательно выбирать, какие фильмы подойдут.

Мы бы не хотели показывать те жанры или сюжеты, которые в России уже хорошо известны. Нужно что-то новое и отличающееся от российского кинематографа.

Что касается российского кинематографа, то в первую очередь мне в голову приходят фильмы о Второй мировой войне. В 60-80-х в Китае показывали очень много советских фильмов разных жанров. В данный момент мы работаем над тем, чтобы для китайской культуры открывалось большее количество российского кино.

Пример последних лет — это «Мюнхен», который имел достаточно большой успех в Китае.

— Осенью актриса Мария Шукшина на форуме в Чите покритиковала киноиндустрию за отсутствие новых сюжетов при большом количестве ремейков. На ваш взгляд, это чисто российская проблема или мировая тенденция?

— На самом деле это проблема общемировая — от Голливуда до Китая. В настоящий момент, чтобы снять хорошее кино, режиссеру нужно всё больше и больше денег. Поэтому кинорежиссеры чаще всего идут самым безопасным путем. Таких путей два: либо ремейк, либо сиквел. В Китае такая проблема тоже есть. У классической книги «Путешествие на Запад» уже огромное множество экранизаций, но они продолжают производиться.

— Могут ли кинофестивали повлиять на эту ситуацию?

— Вряд ли. Потому что фильмы для коммерции и фильмы для кинофестивалей находятся в разных измерениях. Для фестивалей, как правило, пытаются создать что-то артхаусное, что-то нуарное. Такие фильмы просто не будут продаваться, даже если в них присутствуют какие-то именитые актеры.

Например, «Молчаливый друг», который был представлен в Чите, — это, конечно, очень хороший, прекрасно снятый фильм. Там участвует известный актер Тони Люн. Но этот фильм всё равно не будет продаваться, потому что он не нацелен на широкую аудиторию.

Раньше награды на фестивалях, например, в Каннах или Берлине, да где угодно, были причиной для запуска фильма в прокат. Фестивали были как бы рекламой, которая заставляла людей идти в кинотеатры. Сейчас такого же, как правило, нет.

Для кинематографистов достаточно сложно найти баланс между фильмом, который можно назвать шедевром, и продаваемым фильмом. Поэтому кинофестивали остаются тем местом, где можно посмотреть шедевр, который не запустят в массовый прокат.

Мы обсуждали эту тему с Меликом Сарачоглу (турецким режиссером и сценаристом, членом жюри ЗМКФ. — Прим. ред.). Пришли к единому мнению, что во всём мире существует огромное множество различных кинофестивалей. Но в первую очередь нам не стоит гнаться за какими-то большими брендами и призами, потому что кинематограф в первую очередь существует для аудитории. Главное, чтобы людям нравилось, чтобы они ходили в кинотеатры и получали удовольствие.

Мы будем стараться привозить хорошее кино в Россию, чтобы местная аудитория имела возможность его увидеть. Я заметил, что забайкальцы очень тепло и с большим удовольствием смотрят зарубежные фильмы. Это важно для фильма и его создателя, ведь кино не обязательно должно выйти на какой-то глобальный уровень. Важен в первую очередь зритель — даже в маленьком городе.