Как 10 лесничих возрождают сгоревшие чащи

Замученный дорогой, я выбился из сил, и в доме лесника я ночлега попросил… А тот рассказал множество историй, как простые, но незаменимые ценители природы спасают лес от огня и топора. Съемочная группа 63.RU побывала в Нефтегорском лесничестве. Узнайте, какими страшными бывают лесные пожары, как тяжело восстанавливать после них утраченные насаждения и как могут бесить легкомысленные туристы. Вдруг себя узнаете. «Раньше были энтузиасты. Вот мы из этих товарищей» Нас встретил главный лесничий Нефтегорского лесничества Вячеслав Родионов. Его верные товарищи по защите самарской природы — мудрый и опытный Сергей Сергеевич Третьяков, посвятивший всю свою жизнь лесному хозяйству, и «новобранец» Алексей Быков, заступивший на должность мастера только в прошлом году. Правильно говорить «лесничий». Должность «лесник» упразднили в 2007 году. — Раньше были энтузиасты. Вот мы из этих товарищей, — говорит Вячеслав Анатольевич. — Это надо любить лес. Есть люди, которые любят у природы взять. А есть те, которые ей отдают. Надеемся, молодое поколение перенимает эту черту. Любовь к природе у лесников чувствуется сразу. Сергей Сергеевич в разговоре обмолвился, что у него во дворе из-под порога проросли деревца. И он вместо того, чтобы вырубить, стал поливать их, и теперь они уже доросли до 2 метров. Нефтегорское лесничество делится на 4 участковых лесничества и охватывает 5 муниципальных районов Самарской области. Его общая площадь — 16 тысяч гектаров. Для наглядности — это как весь город Сан-Франциско или целое государство Лихтенштейн. И как вы думаете — сколько лесничих отвечают за всю эту территорию? Десять человек. Им нужно знать не только ботанику, но и современную технику. Ведь они должны мониторить обстановку по камерам наблюдения или с дрона, который лесничеству выдали год назад. И, конечно же, бумажки. Куда же без бюрократии? Как говорит Вячеслав Анатольевич, лесник должен быть терпелив к природным факторам и к постоянно меняющейся нормативной базе. — Сейчас требования со стороны контролирующих органов ужесточились. Говоря по-русски, если не хотите иметь проблем с МВД и следственным комитетом, нормативку надо знать на пять: акты обследования по принадлежности земель, акты натурно-технического обследования при обращении организаций или граждан, проекты лесовосстановления, проекты рубок, ухода, акты осмотров… — перечисляет главный лесничий. И все это служит одной большой и цели — сохранить, восстановить и приумножить леса Самарской области. «Огонь действительно как живой под мост заходил» Самое страшное, что может произойти с лесом, — пожар. Причем катастрофа может начаться из-за самого незначительного, просто до смешного маленького пустяка. — Если брать по Борскому участковому лесничеству, то основная причина пожаров — железная дорога. Это искры с выхлопных труб у тепловозов и от колес. Но в последние года Южно-Уральская дорога предпринимает масштабные меры — обновили подвижной состав, полосу отвода чистить стали, закопали вдоль нее пожарные емкости для забора воды, — рассказывает Вячеслав Родионов. В этом году погода благоволит, осадков выпадало с избытком, поэтому серьезных возгораний не было. Зато нескоро забудут лесничие пожар 2021 года. Тогда площадь, пройденная огнем в границах лесного фонда Борского участкового лесничества, составила 664 га, из них покрытая лесом — 571 га. Хвойников, пройденных верховыми пожарами, было 270 га. — Мне очень понравилось выражение одного специалиста. Он огонь как одушевленное существо воспринимал. До обеда, говорит, он спит, в обед просыпается, потягивается, а к вечеру начинает жрать. То есть с утра выезжаешь на пожарище: тут пенек тлеет, там дерево. Ой, да ничего страшного, сегодня всё зальем и разбегаемся по домам. К обеду влажность воздуха падает, поднимается ветер, всё это начинает раздувать. Во второй половине дня он действительно начинает жрать, — вспоминает главный лесничий. По словам Вячеслава Анатольевича, с 24 августа по 8 сентября он фактически жил на работе. Максимум пару раз получалось в ночь выскочить элементарно помыться и побриться. Всё остальное время он, как руководитель тушения пожара, был обязан находиться на территории лесничества и курировать борьбу с огнем. — Зрелище было эпичнее, чем во «Властелине колец», когда огонь действительно как живой под мост заходил. У него сквозняком всполохи словно щупальца вытягивало. И звук взлетающего самолета реактивного, — рассказывают лесничие. — Верховым пожаром он за час 500–600 гектаров проходил. За час 500 футбольных полей фух и нету. На крупные участки сгоняли больше 1000 человек и порядка 200 единиц техники. А ведь лесничие не только курировали борьбу с огнем — они выводили людей из горячих точек: — Все вышли, а Сергея Сергеича нет. Где у нас старый? А старый у нас забежал на насыпь железнодорожную и между рельсов на камнях залег. Это сейчас смешно, а тогда ну вот реально человека нет. Зато он технику сохранил и людей вывел. Рукава там сгорели, но самое главное — люди целы. Живые — точнее, уже мертвые — напоминания о тех страшных событиях до сих пор встречаются то тут, то там на территории лесничества. Это обгоревшие сверху донизу, черные до блеска, без единого листика деревья. Большую часть из них уже спилили. Теперь там, где были высоченные заросли, остались чистые поля. — Тут полностью погибла экосистема: от напочвенного покрова до древесины. Соответственно, вся животина лесная ушла. У нас леса в Самарской области — защитные, климато- и почвообразующие. Без насаждений здесь пылевые бури будут не хуже, чем в Казахстане. Про кислород, опять-таки, не забываем, — рассказывает Вячеслав Родионов. Сгорает за одно лето, возрождается десятками лет Лесничие до сих пор восстанавливают утраченные участки. По последним данным, засажено больше 90% горельника. На следующую весну запланировано засадить 60 с лишним гектаров. Восстановлением занимаются вместе с ГБУ «Самаралес»: лесничие планируют, а ГБУ уже выполняет непосредственно работы. — Мы выполняем весь процесс от подготовки лесного участка, уборки неликвидной древесины и всего прочего, до частичной подготовки почвы. Доставка сеянцев, прикопка, посадка и потом агроуходы. Бывают, заболели деревья, мы привозили удобрения и обрабатывали, — рассказывает начальник участка Александр Потапов. Сгоревшие деревья повалили, сдвинули в кучи и часть оставили на перегнивание. Дальше подготовили почву — по осени нарезали борозды, чтобы весной задерживать снег. Посадочный материал весь местного происхождения, с питомников Самарской области. Например, нам показали делянку дуба. Она представляет собой бесконечные ровные ряды с тонкими молодыми деревцами, посаженными строго по параметрам — 3 метра между рядами и 75 см между саженцами. Их даже трудно заметить с первого взгляда. — Здесь на гектар высажено 4400 штук. Прижилось 83%, это очень высокий процент. Если меньше 25%, то культуры считаются погибшими и пересаживаются по-новому. От 25 до 85% — мы их дополняем. Свыше 85% — работы по дополнению не проводится, — объяснил нам Вячеслав Родионов. В течение первых пяти лет посадки называют не сомкнувшимися лесными культурами. На седьмой год проводится обследование, и если деревца достигли плановых показателей, то их переводят в разряд лесных насаждений и дальше они растут до достижения возраста рубок ухода. В лиственных насаждениях это 20 лет, в хвойных — до 10 лет. Да, лесничие считают время годами и десятилетиями. В наш век скорости это может показаться безумием, но лесники спокойны — они никуда не спешат. Зато все свои территории они знают как собственные пять пальцев. И внимательно за ними бдят: — А это что за жердина торчит? Там ее не было. Надо будет сходить проверить. Каждая новая посадка — настоящая лотерея. Бывало такое, что сначала приживаемость была 85%, а через две недели не хватило дождей и осталось в районе 40 процентов. На делянках проводят агроуходы. Вот посмотрим другую посадку. Здесь чередуются ясень и сосна. Эти разрывы нужны, чтобы останавливать болезни. Допустим, вредитель зашел в сосну, дошел до ясеня и дальше уже не распространяется. На этих посадках ходит трактор с плугом для боронования. Он убирает сорную траву между рядами посадок, чтобы она не заглушала целевые древесные породы. А деревца, пока еще маленькие, проходят под трактором невредимыми. Но кое-где нагло торчит враг лесных культур — инвазивное растение. В данном случае это клен ясенелистный. — Растение очень интересное. Листва подавляет рост других растений. Вот прошел листопад, его лист лежит, и другие растения сквозь него не проклюнутся. Можно увязать с его простонародным названием — клен американский, — шутит Вячеслав Анатольевич. А знаете, кто враг лесничего номер один? Лось! Копытные очень любят объедать молодые посадки в зимний период. Во время осмотра делянок нам выпала возможность попробовать себя в роли следопытов. На земле четко выделялись отпечатки лосиных и кабаньих копыт. — Вот мамка, а за ней молодняк шел, — показывает Вячеслав Анатольевич. — Ребята смеялись, что когда сажали этот участок, то около поля ходили три лося и ладошки потирали: «Давайте, давайте, ребята, будет что пожрать». Для понимания о вреде копытных. Вот косуля почесала рога о молодой ствол. Это, конечно, некритичное повреждение, но и полноценное дерево из него уже вряд ли вырастет. Конечно, встреча с дикими животными может закончиться непредсказуемо. Но Вячеслава Анатольевича это не пугает: — От моего крика медведь какается. «Сейчас они уйдут, и больше народа нет» Как мы могли убедиться, лесничий должен быть и ботаником, и хозяйственником, и пожарным, и следопытом, и швецом, и жнецом. Это необходимо еще и потому, что в этой отрасли присутствует острый кадровый голод. — Под боком училище, а у нас нет трактористов, — жалуется Александр Потапов. — У меня одному 64 года, второму — 68. А когда в тени 40 градусов, то в тракторе вообще под 80. На трактор кондиционер не поставишь, потому что он отлетит. И окна не откроешь, потому что ветки. И вот сейчас они уйдут — и больше народа нет. Молодежь, конечно, идет в лесничие, но это единицы. Например, Алексей Быков работает чуть больше года. Для него это семейная история. Его дед и отец жили лесом, отец вообще работал под началом Сергея Сергеевича Третьякова: — Я сам хотел работать железнодорожником, это была моя мечта. Но потом я прямо загорелся идеей работать в лесничестве и связать свою жизнь с этим. Каждый мастер леса обожает просто лес, свою работу. Алексей сам убедился, что мало кто выбирает эту профессию. Его товарищ ушел из лесничества, отработав год. Объяснил это маленькой зарплатой и слишком большим объемом работы. И отчасти это справедливо, поскольку лесом надо жить. — Сейчас пришел сезон, мы осматриваем все лесосеки, все лесные культуры, делаем инвентаризацию. Это тяжело, но если этим жить, то в принципе всё становится на свои места. Лично мне всё нравится. Не понимаю людей, которые не любят лес, природу, — признается Алексей. Получать удовольствие, совершая в месяц по 20 патрулей длиной 5–6 часов каждый — пожалуй, не все это поймут. Но лесничие ко всему относятся просто: и работа в удовольствие, и планете пользу приносят. — Когда работа по душе, ничего критически сложного не видишь. Конечно, без комаров было бы легче. Но тогда экосистема нарушилась бы, — смеется Вячеслав Родионов. «Нет такой профессии — уборщик леса» Защищать леса надо не только от вредителей и болезней. Есть еще, как их называет Вячеслав Родионов, «двуногие хищники», которые могут зайти в лес и натворить хороших дел. — У меня были случаи, когда встречаю человека, начинаю с ним разговаривать, а он, ну, я не скажу, что неадекватный, но нервный. До рукопашной не доходит, но перепалка, так сказать, с крепким словом может и быть, — рассказывает Вячеслав Анатольевич. Если выявлены нарушения, лесничие сами оформляют протокол и привлекают к административной ответственности. А при крупном ущербе лесу уже наступает уголовная ответственность, в игру вступают другие органы. — Вообще, сотрудники лесного хозяйства — люди незлые, не гоняются с палками. Стараемся всё-таки профилактическую работу вести. Если мы видим, что люди мусор не убрали, то акцентируем внимание: «Ребят, будете уезжать — заберите», — рассказывает главный лесничий. Еще одна хорошая профилактика — сделать несколько снимков машины нарушителей, чтобы на ней хорошо просматривался номер, тоже дисциплинирует. Но это работает, если лесничий застал нарушителей. А если проморгал — убирай сам. А это не очень-то нравится: — Нет такой профессии — уборщик леса. Лесоводы учатся и работают не для того, чтобы собирать мусор за людьми — он априори там не должен появляться. Это полностью ответственность человека. Но у нас как? Мусор увидел — надо написать в приемную губернатору, что в лесу мусор, ничего не делается. Ну ты увидел три пустых банки. Ну сложи их в пакет да увези, ничего сложного. Да, все социально ответственные, но вот, к сожалению, выйти и подать пример подрастающему поколению — этим мало кто занимается. Что еще в лесных гостях раздражает лесных хранителей? Пренебрежение запретами на посещение лесов, например, в периоды высокой пожарной опасности. Как правило, люди считают эти запреты не жизненной необходимостью, а чьей-то прихотью. — Возгорание может произойти от глушителя автомобиля, я уж не говорю про костры. Это по закону подлости загорится, — говорит главный лесничий. — В прошлом году в лесничестве было одно возгорание, которое пришло с обочины. То есть, вероятнее всего, это был бычок, который просто бездумно кинули из окна машины, и огонь пошел по траве в лес. А некоторые граждане любят еще и покуражиться. Мол, мы радио не слушаем, нам эсэмэски не приходили, мы вообще не в курсе. Но тут можно нарваться на ответку. — Я вот общаюсь со своими коллегами и знаю, что некоторые в таких ситуациях просто идут на принцип, машинами выезд перекрывают и вызывают опергруппу. А штрафные санкции за нарушение запрета — до 50 тысяч. И раз дело пошло на принцип, оформляется вся компания, каждому выпишется вот такой штраф. И в следующий раз, я так думаю, люди всё-таки будут и радио слушать, и эсэмэски читать. Потому что сейчас вы отдохнете, покупаетесь, уедете, а после вас трава загорится. Вы же не вернетесь тушить, это нам придется делать, — не сдержал эмоций Вячеслав Родионов. А так ничего, ходи, гуляй, наслаждайся. Как говорится…