Воины, сыщики, рудознатцы и строители: кто правил Забайкальем в начале XVIII века

Практически все даурские (нерчинские) воеводы во времена царя Петра I были стольниками на рубеже XVII и XVIII веков. Уже в силу названия этой должности или чина понятно, что это был царедворец, приближенный к персоне самодержца. Ведь стольники подавали царю блюда во время пиров и стояли у столов, откуда и пошло их название. Они же обслуживали царя в его покоях, когда он ел один. Из стольников избирались спальники, готовившие царские опочивальни, и рынды — царские телохранители. Первый текст о стольниках вышел на «Чита.Ру» 19 ноября. Продолжим разговор о них. Кстати, их биографические справки не попали в «Энциклопедию Забайкалья». Настоящие воины, а сын — первый преображенец в нашем крае 1 февраля 1701 года воеводой в Нерчинск был направлен стольник Юрий Богданович Бибиков. Его заместителем (тогда называли «товарищем»), или вторым воеводой, был направлен его сын, тоже стольник Алексей Юрьевич Бибиков. Юрий Богданович, как отмечают его биографы, был участником многих походов и сражений. Правление отца Петра I царя Алексея Михайловича в 1645–1676 годах не было спокойным. Тут и войны с Речью Посполитой (Польшей и Литвой) и Швецией, и своя внутренняя крестьянская война под предводительством Степана Разина, не говоря уж о «соляном» (1648 год) и «медном» (1662-й) бунтах в самой Москве. В 1695 году стольник Юрий Бибиков был назначен воеводой в город Темников. Это старейший город Мордовии, в котором воеводой некоторое время был дед Петра I Кирилл Нарышкин. Здесь же, в Темникове, в 1670 году была казнена соратница Степана Разина, командовавшая отрядом восставших, Алена Арзамасская. Пока отец воеводствовал, сын Алексей Бибиков служил с 1692 года стольником царицы Натальи (матери Петра I), одновременно «сражаясь» в потешных полках юного царя. В 1700 году поступил в уже не потешный, а в лейб-гвардейский Преображенский полк солдатом, в том же году став прапорщиком. А в ноябре того года молодой прапорщик принял участие в печальной для русских битве со шведами под Нарвой. Тогда его полк, выдержав все неприятельские атаки, отступил в полном порядке с оружием и знаменами. В день отправки обоих Бибиковых в Забайкалье царь вручил им второй «Наказ даурским воеводам», своего рода детальную инструкцию того, как правитель этого дальневосточного края должен проводить внутреннюю и внешнюю (край-то пограничный) политику. Одновременно новому воеводе предписывалось выяснить, почему при двух его предшественниках «ясачной казне учинился многий недобор». Важнейшей задачей была помощь отправленному еще в 1700 году в Нерчинск греку Александру Левандиану в организации выплавки серебра из найденной там руды. И, понятно, воевода должен был содействовать развитию торговли с Поднебесной империей. В 1702 году Юрий Богданович писал в Сибирский приказ о том, что ему удалось найти подрядчиков из служилых людей на поставку кирпича и строительство гостиного двора в Нерчинске. Но реализовать эту идею ему не удалось, возраст и суровый климат сделали свое дело и, вероятно, зимой 1702–1703 года он умер. Нельзя исключать, что и похоронен он был именно в Нерчинске. В июле 1703 года дела новому воеводе сдавал уже Алексей Бибиков. Сам же гвардейский прапорщик отправился обратно в Европейскую Россию, где шла Северная война. В том же году он был в боях дважды ранен, первый раз «под Слюсен-Бурхом на приступе», а второй — на «реке Сестре против швецкаго короля». Алексей Юрьевич был среди тех, кто был приглашен царем на празднование по случаю основания Санкт-Петербурга. Потом — снова в боях. В 1707 году получил звание подпоручика, а за Полтавское сражение в 1709 году он получил чин поручика. В 1713 году он уже — капитан-поручик. В январе 1719 года Алексея Бибикова «за многия службы и раны» перевели командиром полка в Нарву, сохранив ему чин гвардии капитан-поручика. После заключения в 1721 году Ништадского мирного договора со Швецией, завершившего Северную войну, многие офицеры были переведены Петром I на гражданскую службу. Алексей Бибиков тоже сначала стал бригадкомиссаром, а уже в апреле 1722 года его назначили прокурором Мануфактур-коллегии, отвечавшей за всю легкую промышленность страны. Человек честный и ответственный, он не остался без дел и после кончины в 1725 году Петра Великого. Алексей Бибиков последовательно занимал должности вице-президента Мануфактурной коллегии (1726–1727) и казначея Военной коллегии (1727–1730). В апреле статский советник Бибиков был назначен генерал-рекетмейстером, который принимал и докладывал императору (императрице) важнейшие прошения и жалобы со всей империи. Понятно, что «доброжелателей» в этот период он завел немало. Ему решили отомстить тогда, когда в 1736 году Алексея Юрьевича назначили вице-губернатором Иркутской провинции. В 1738 году на него пришел донос о том, что он де замечен в злоупотреблениях и взятках. Почти три года тянулось это дело, Бибиков в это время был отстранен от должности и находился под следствием. Оправдали его в 1741 году, а доносчика за ложный донос наказали кнутом (заказчика, понятно, не нашли). Здоровье бывшего гвардейца Петра Великого было подорвано. От службы он отошел, и дальнейшая судьба его неизвестна. Всё время второй Летом 1703 года на смену Алексею Юрьевичу Бибикову прибыл из Иркутска стольник Михаил Юрьевич Шишкин. Это был сын другого стольника, Юрия Федоровича Шишкина, у которого он был соправителем в ряде сибирских мест. В 1699 году воевода самого первого русского заполярного города Мангазеи, стольник Юрий Шишкин со своим сыном Михаилом был назначен воеводой в Иркутск, получивший статус города всего за несколько лет до этого (в 1686-м). Однако в пути Юрий Федорович получил новое задание — отправиться в Красноярск для расследования дела о злоупотреблениях бывшего там воеводой Мирона Башковского, поэтому в Иркутск Михаил Шишкин прибыл в ноябре 1701 года один и до июня 1702 года один управлял воеводством. Когда в Иркутск наконец-то приехал отец, сын стал его товарищем (заместителем). И в этом статусе Шишкин был отправлен в Нерчинск, где в качестве воеводы проправил всего год и чем-то отличиться в этой должности не успел. Сохранилось лишь его письмо, датированное июлем 1703 года, которое он направил маньчжурскому коллеге хэйлунцзянскому цзянцзюню Шанахаю с обещанием отыскать и вернуть 12 перебежчиков. В июле 1704 года Юрия Шишкина направили воеводой в Якутск, сын Михаил из Нерчинска отправился вместе с ним, снова став вторым воеводой. В Иркутске и Якутске правление Шишкиных было отмечено началом каменного строительства. Так, в Иркутске был построен каменный гостиный двор, а в Якутске началось строительство каменного Троицкого храма. В мае 1711 года обоих Шишкиных вызвали в «Розряд в Сенат», куда вовремя прибыть они не смогли. Столичные чиновники и тогда не очень представляли размеры России и средства передвижения по ней, и за «неявку» их деревни были «отписаны на государя». После же их прибытия и допроса о причинах опоздания деревни вернули. Отец еще долго служил в разных должностях и местах. А Михаил Юрьевич был послан в Московскую губернию, где ему поручено было «в комиссарах» отвечать за «описи полков той губернии». Дальнейшая его судьба пока неизвестна. Сыщик, ставший рудознатцем В июле 1704 года Шишкина на посту воеводы в Нерчинске сменил стольник Петр Саввич Мусин-Пушкин. В 1691 году он был назначен воеводой в Красноярск, спустя год после того, как киргизский князь Шанда напал на земли Красноярского воеводства и разграбил несколько мирных русских селений. На требование красноярских властей вернуть захваченную добычу Шанда дал издевательский ответ. Петр Мусин-Пушкин сначала пытался решить возникший конфликт мирными средствами, но не получилось. Тогда в 1692 году воевода организовал отряд, во главе которого поставил сосланного в Сибирь вместе со своим братом, бывшем гетманом Левобережной Украины, Демьяном Многогрешным (тот был в Забайкалье) Василия Многогрешного. Отряд разгромил киргизов, и воевода обратился в столицу с просьбой простить Василия. Оба Многогрешных, попавших в Сибирь по навету, были прощены и верно служили России. В 1698–1699 годах Мусин-Пушкин был участником «Большого сыска» думного дьяка Д. Л. Полянского, своеобразного сыскного подразделения Сибирского приказа, а в 1699–1702 года возглавлял этот сыск, будучи главным сыщиком в Сибири. И вот последовало новое назначение — в Нерчинск. Стране было необходимо и серебро, и свинец, который должны были поставлять из Нерчинска, но дела там шли не важно. По прибытии на место Петр Саввич сам взялся руководить работами на Аргунском заводе, отслеживая все процессы его строительства. В сентябре 1704 года завод был открыт официально. Для постоянного контроля он послал на завод своего сына, воеводского товарища, стольника Федора Петровича. Итогом стал «Статейный список» 1705 года, но главное — это первые пуды свинца и серебра. Поначалу этот завод работал только в теплое время года, а потом — круглогодично. И много лет он оставался единственным в России сереброплавильным предприятием. В Сибирском приказе было отмечено радение воеводы и его товарища: «Нерчинским воеводам Петру да Федору Мусиным-Пушкиным за прииск сереборудной руды и за их радение и верную службу дать им государево жалованье. Петру кубок серебряной в 6 гривенок, Федору в 4 гривенки дать в Иркутску с кружечного двора вина простого 100 ведер и велеть им в этом рудосыскном и серебряном промыслу показать радение с довольным усердием и искать проведывать в тех или иных местах золотой и медной и иных руд». 30 сентября 1706 года управление заводом было передано пятидесятнику Федору Крюкову, а Мусины-Пушкины более основательно занялись административным руководством своего воеводства. При этом, как утверждается в «Боярских списках», в 1707–1709 годах Петр Саввич по старости и состоянию здоровья уехал в Красноярск, где в 1710–1711 годах и умер. Федор Петрович после отъезда отца один продолжал управлять Нерчинским воеводством. Именно при нем в 1708 году сюда было переселено 104 семьи из Енисейска, которые он разместил в окрестностях завода, а члены 78 семей стали работать непосредственно на заводе. В фондах Нерчинской воеводской канцелярии за 1709 год хранится «Челобитная гулящего (свободного) человека Герасима Носырева», просившего выделить пашню и льготы. На ней имеется резолюция: «Написать его в пашню, а льготы дать против ево братьи ново-приверстанных, а земли по урочищам, буде от кого спору не будет. Стольник и воевода Федор Петрович Мусин-Пушкин». После приезда нового воеводы Федор Мусин-Пушкин в 1710 году уехал в Москву. Дальнейшая его судьба пока неизвестна. Стал стольником за службу в Забайкалье Новым воеводой, а затем первым комендантом стал Федор Родионович Качанов, человек, во многом отличавшийся от предшественников. Известно, что родился он в семье помещика, сосланного в Сибирь из города Торопца Новгородской губернии. Во дворяне Федора пожаловали в 1689 году. Как и старший Мусин-Пушкин, он сначала отличился в роли сыщика. Проводил различные «розыски»: в 1690 году — в Якутске, в 1701 году — в Красноярске, в 1702 году — в Иркутске, в 1704 году — на реке Лене и в 1705 году — в Илимске. В 1708 году в Иркутске, Нерчинске и Якутске он проводил «розыск» о «приводе заповедных китайских товаров и мягкой рухляди (пушнины)». В 1709 году успешный сыщик получил царский указ, повелевший ему «ехать в Нерчинск и быть у серебряного промыслу для прииска золотых, серебряных и медных руд», а также «сменить нерчинских воевод, стольников Петра и Федора Мусиных-Пушкиных и быть на их месте воеводою». О своей деятельности на посту воеводы позже сам Федор Родионович написал: «В Нерчинске принял я тяглых людей 258 человек, казны 575 рублей, табаку 29 пуд. 16 фунт. Таможенные головы продали оного в 5 лет 16 пуд. по цене на 360 руб., а при мне в 5 же лет продано табаку на 3702 руб. 80 коп., у таможенных голов становилось вино по 1 руб. 30 коп. ведро. К серебряному промыслу подряжали дрова по 40, а при мне по 6 коп. пуд сажень. Свинец перевозили из Аргунска до Нерчинска по 15, а при мне по 6 копеек пуд. Серебра при моей бытности с 1710 по 1715 год выплавленного отправлено в Сибирский приказ 41 пуд, 13 фунтов, 49 золотников. За сии службы взыскан к серебряным кубкам и пожалован стольником». Он был единственным из нерчинских правителей Петровской эпохи, получившим звание стольника за службу в Забайкалье. Он же стал первым нерчинским комендантом (на некоторое время воеводство тут было отменено и возвращено уже позже). Правительство неоднократно отмечало Качанова за его труды в нашем крае. Его считали наиболее инициативным из всех управляющих в Восточной Сибири в Петровскую эпоху. По окончании воеводства в 1716 году Качанова назначили в Томск комендантом по «сбору ратных людей». В 1717 году его послали в Тобольск, где он по болезни оставил службу и вскоре постригся в монахи, получив имя Федосия. Воеводы начала XVIII века, как видно, были более активными и эффективными, чем их предшественники в конце XVII века. Петр Великий сумел придать энергию всей государственной системе страны, что почувствовали в далеком от столиц Забайкалье.