«Родом из Забайкалья»: Два дизайнера Саши

Рано или поздно, но у каждого мелькает мысль — а не уехать ли из родного города в мегаполис? Многие ссылаются на отсутствие рабочих мест, другие — на низкую культуру в обществе, третьи не переносят морозы. Два дизайнера — Саша Кищенко и Александр Черницкий сдружились ещё в Чите, а спустя 20 лет общего интереса поняли — пора ехать дальше. Москва творцам покорилась, они открыли свою дизайн-студию Wunderbar разрабатывают проекты для среднего бизнеса со всего мира, но продолжают поглядывать на Читу, в которой, как и в другом провинциальном городе, реклама пока выглядит нелепой. - Как вы познакомились друг с другом? СК: С Саней мы вместе учились с 5-го класса, с того же времени и дружим. Если бы этой встречи не было, думаю, многое в нашей жизни пошло бы по другим рельсам. А так, общие интересы дали топлива развитию увлечения дизайном. СЧ: Мы познакомились ещё в школе. Учились в одном классе. Без малого 20 лет назад. - Стать дизайнером – с детства? Затмевалось ли желание чем-то другим в школе и университете? СК: Рисовать я начал позже, чем Саша. На него оказал влияние его брат, он в то время делал сайты. Я же, глядя на то, что они оба рисуют, захотел попробовать. СЧ: За всех дизайнеров сказать не смогу, ведь путь поиска себя у каждого свой, иногда и крайне необычный.Что касается меня, скорее, да – с детства. Мой старший брат был, как тогда это называлось, веб-мастером – специалистом во всех областях. Он и рисовал, и программировал. Сейчас таких нет: технологии усложнились,специалисты получили узкую специализацию. Я смотрел за его работой из-за спины, что он делает. Задавал вопросы. Он терпеливо отвечал. Потом начал пробовать сам, повторять, учиться у него. Мне всё это понравилось и с тех пор я не могу представить, что мог бы заниматься чем-то другим. Надеюсь, и не придётся. - Какое образование получили и где? СК: После школы я поступил в горный институт — так настояла мама. У нас в семье, так или иначе, все были связаны с геологией, и моё будущее тоже связывали с ней. Параллельно с учёбой, с первого курса я стал немного подрисовывать небольшие заказы, позже устроился в «Мир приключений». Им тогда нужен был человек, чтобы рисовать ежегодную наружную рекламу, и меня взяли на неполный рабочий день. СЧ: Профессионального образования у меня нет. После школы я уехал учиться в университет в Иркутск. В отличие от Сани моя учёба в университете чуть ближе к компьютерам – в Иркутске я получил диплом информатика-экономиста, но всё равно это далеко от дизайна. На протяжении многих лет основной учёбой для меня становится ежедневная практика, анализ окружающей среды, опыт других специалистов. Сейчас есть интернет – можешь узнать, что хочешь. Конечно, полноценно заменить профильное образование, как теоретическое, так и практическое, мой подход не в состоянии. Есть вещи, которые ты никогда не сможешь сделать, а есть те, до которых ты будешь доходить долго и мучительно. Но в то же время, отсутствие образования – не приговор. Главное, иметь живой мозг, который умеет думать и анализировать. - Уехать из Читы – чьё это было предложение, идея или необходимость? Почему и когда пришлось уехать? СК: Уезжали мы из Читы в разное время. Для меня это было творческой необходимостью. Я упёрся в потолок собственного роста и не знал, как развиваться дальше. Самообразование просто прокачивало навыки, но не давало качественного рывка в понимании своей работы. В общем, решил поехать учиться. Выбрал для этого Британскую высшую школу дизайна курс «Визуальные коммуникации» и конкретного преподавателя - Леонида Славина. За первые полгода из меня выбили всё, чему я учился предыдущие 5 лет, и, действительно, во многом перевернули представление о роли и задачах дизайнера. Если спросить — можно ли было, не учась нигде,прийти к тому же? Да, можно. Но, потратив гораздо больше времени на дорогу, по которой уже ходили тысячу раз до вас. Если есть, где учиться — нужно учиться. Это моё мнение. СЧ: Это как-то само собой сложилось, будто ты ещё в самом начале знал, что так нужно сделать, просто ждёшь подходящего момента. Подходящего момента никогда не будет, поэтому в один прекрасный день ты просто даёшь себе пинок. Я переехал в Москву из Иркутска в 2012 году. Мне было проще, Саня уже больше полугода жил в столице. Так что я ехал не совсем уж «в никуда». Не могу сказать, что была вынужденная необходимость к переезду. Скорее, это было личное желание – Москва казалась необходимым этапом жизни.То, что ты обязательно должен попробовать сделать. Вся современная Россия построена вокруг идеи централизации. Отсюда и восприятие того, что лучшие компании и специалисты в столице. Конечно,на самом деле всё оказалось не совсем так. Я ехал за одним опытом. Но в итоге получил совершенно другой. И нельзя сказать однозначно, хорошо это или плохо. «Кроты-вредители» завесили тротуары Читы нелепой рекламой - Насколько отличается подход к дизайну в Забайкалье и, скажем, Москве? Где больше места для творчества, а где «поточная халтурка»? СК: Везде есть хороший дизайн и плохой. В этом смысле Россия, в принципе, пока сильно отстаёт. Уровень визуальной среды, уровень дизайн-решений, повседневных объектов, которые нас окружаю, пока не на очень высоком уровне. Мы совсем недавно, но спустя большой промежуток времени побывали в Чите. Конечно, город развивается не совсем в том направлении, в котором стоит. Строятся дома, торговые центры, но не строится ничего для повседневной жизни людей. Люди по сути живут по маршруту «Квартира – Работа – Торговый центр» и всё это, не выходя из машины. И их можно понять — вдоль главных улиц города тротуары проели «кроты-вредители»: всё завешано нелепой рекламой, уровень визуального мусора вокруг просто запредельный. Всё это давит. Точка приложения дизайна в Чите должна быть именно в этом. Нужно постепенно пытаться делать город более комфортным для повседневной жизни. СЧ: Смотря, что ищешь лично ты. Все зависит от людей. В Москве людей больше, отсюда и больше вариантов как для творчества, так и для потока. - Сложно ли читинцам выжить и продвинуться в центре страны? На вашем примере и вообще. СК: Если человек готов работать и развиваться, то ему везде рады. Москва, Нью-Йорк, Шанхай — не имеет значения. Глобализация уже свершившийся факт, и откуда ты неважно. Люди по всему миру слушают одну и ту же музыку, смотрят одни и те же фильмы, читают один и тот же интернет. У всех сегодня одинаковые культурные коды. СЧ: Все опять зависит от тебя. Там, где я работал, никого не интересовало откуда ты родом. Более того, открою большой секрет: большинство моих коллег были далеко не коренные москвичи. Всё зависит от того, что ты умеешь делать. Плюс, каждый сам для себя определяет понятие «продвинуться». Я не могу сказать, что я «продвинулся» по карьерной лестнице за время пребывания в Москве. Другой вопрос, что я этого и не искал и «продвигался» в других направлениях. - А нужно ли уезжать из провинции, как считаете? Может ли амбициозный, например, дизайнер пробиться в Чите и стать успешным, не покидая родной край? СК: Я могу говорить только про свой опыт. В мире полно примеров, когда самобытные сильные люди, сидя в своём родном уголке, делали вещи, которые вдохновляли весь мир. Чем Чита хуже? И в провинциальных городах работают очень многие узкие специалисты: каллиграфы, иллюстраторы, моушен-дизайнеры. Сидя в условной Чите, они делают иллюстрации для New York Times и прекрасно себя чувствуют. Интернет сегодня даёт возможность развиваться в любом из направлений. С другой стороны, сидя в Чите, практически невозможно получить опыт работы в большом проекте. Так или иначе, основные заказчики и исполнители в больших городах, и никогда условная мэрия Москвы не пойдёт с ребрендингом московского зоопарка к человеку в Чите. Им нужна хорошая команда на месте, и кто будет в этой команде, тот и получит этот опыт. А живой опыт — это самый лучший учитель. СЧ: Может, но это гораздо сложнее. Как минимум, потому что у него будет меньше возможностей для реализации себя. Но опять же весь вопрос в том, что понимать под успешностью. Кому-то достаточно просто делать свою работу и получать от этого удовольствие. А кому-то и мирового признания не будет хватать. Качество дизайна не зависит от успешности того, кто этот дизайн создаёт. Мне кажется, гораздо важнее найти внутренний баланс: так чтобы тебе нравилась твоя работа, то место, которая она занимает в твоей жизни, уровень достатка, который она приносит, ну и в идеале, результаты работы должны быть полезны окружающим. Говорят, «не работайте с друзьями», но наш полёт проходит спокойно - Перед тем, как открыть свою студию вы оба работали в больших агентствах. (Кищенко работал в РИА Новости, Depot WPF, Черницкий - в Leo Burnett и Publicis Russia, авт.) Почему вдруг захотелось создать своё и маленькое? СК: Это весьма стандартный путь. Опыт большого агентства закаляет и многому учит — в плане организации бизнес-процессов, в том числе и своими негативными примерами. За годы работы у нас сформировалась своя методика, которая на наш взгляд даёт наиболее продуманные и рабочие решения. В формате большого агентства эта методика часто неприменима, ввиду вечной агентской спешки. СЧ: Мне кажется, все рано или поздно приходят к этой мысли – начать своё дело. Кто-то решается, кто-то нет, но мысль посещает всех. Для меня это сродни переезду в Москву – новый опыт и жизненный этап, который просто необходимо попробовать реализовать. Ну и без стечения обстоятельств никуда. У нас обоих одновременно накопилась усталость от работы в агентствах. Кроме того, мы как раз впервые успешно сделали совместный проект – да, за долгое время знакомства мы никогда раньше не работали вместе. После этого по-другому поступить уже не могли. - Какие отношения с компаньоном, ведь вы с детства вместе. Друзья или только коллеги? СК: И то и другое. СЧ: И друзья, и коллеги. Все слышали истории с основной моралью «не работайте с друзьями», но наш полёт пока проходит спокойно, возможно, как раз, потому что мы знаем друг друга с детства. - Какие роли каждый принимает на себя, за что отвечает? Кто-то брендингом, может, исключительно, кто-то технологиями? СК: Глобально все делают всё. Но я занимаюсь чуть больше брендингом, Саша чуть больше диджитал-средой. Но всё условно. СЧ: Мы оба отвечаем за креатив. Внутри, конечно, есть деление на области, которые каждому из нас ближе. Но оно нечёткое, и каждый из нас может заниматься тем, что получается лучше всего прямо сейчас без оглядки на «границы». Когда нужна узкая специализация, мы привлекаем сторонних специалистов. При этом мы практически на всех проектах обращаемся к услугам бизнес-стратега. Это во всех смыслах уникальный человек, который помогает нам создавать дизайн, направленный на решение задач клиента. Он одновременно нас ограничивает и направляет, чтобы мы не создавали своё художественное видение, а делали утилитарный продукт. Да и клиенту так легче следить за процессом реализации, понимать логику принятых решений. Сибирские морозы привели к скандинавскому стилю - Можете охарактеризовать аудиторию, для кого вы работаете, и стиль, в котором движетесь? СК: В основном это средний бизнес со всего мира. Люди, которые пришли к тому, что дизайном можно решать бизнес-задачи. Ближе всего скандинавский стиль. Эффективное решение задач при минимальной затрате ресурсов. СЧ: Нам нравится думать, что наша аудитория мелкий и средний бизнес новой волны. Люди, у которых есть понимание важности хорошего дизайна в общей картине их бизнеса. Они тратят свои деньги, поэтому хотят тратить их эффективно. При этом они не огромные корпорации, которые нацелены на массовую аудиторию «мужчины и женщины, от 20 до 80, достаток от низкого до высокого». Поэтому готовы на более смелые и необычные решения в рамках своей аудитории. Ещё мы стремимся выйти на мировой рынок, чтобы поработать с иностранными клиентами. В современных условиях это не так трудно сделать. Я думаю, это был бы очень интересный опыт. Что касается стиля, то на него, конечно, влияет прежде всего задача. Но видимо, воспитание сибирскими морозами даёт о себе знать, и элегантность сдержанного скандинавского дизайна нас подкупает больше всего. - Ваш проект Eat & Go наделал немало шума в своё время. Ждать ли каких-то ещё громких проектов уже рождённые в своём агентстве? Есть ли идеи, существенно отличающиеся от типичного дизайна? СК: Концепты — это весёлый способ пофантазировать на любую тему. Большое время им уделяют во время учёбы, чтобы расшевелить мозг и научить решать узкие задачи. Сейчас мы всё же больше заняты реальными проектами, хотя иногда балуемся концептами, чтобы не заржаветь, к примеру, упаковка презервативов Bang. СЧ: Надеюсь идеи, которые помогут сделать жизнь удобнее, ждут, когда мы до них доберёмся. На самом деле, даже одна такая идея, дошедшая до реализации, уже многого стоит. Пока же мы оперируем концептами. Из уже опубликованных в рамках агентства мне нравится концептуальный бренд и упаковка презервативов BANG. Они задумывались как ответ на существующий массовый сегмент рынка, который склонен романтизировать такой исключительно мужской аксессуар. Мы пошли от обратного и предложили вот такой провокационный проект. Как показала практика – он не может оставить равнодушным никого. Особенно на Западе. - Своё любимое детище? СК: Всё лучшее впереди. СЧ: Всегда сложно говорить о своих проектах. Они любимы сегодня, но завтра ты уже видишь все их недостатки. Так что моё любимое – это личные проекты. В отличие от утилитарного дизайна по своей природе у личных вещей не может быть недостатков. На самом деле могут быть, но это совсем не важно.