СЕЙЧАС -8°С
Все новости
Все новости

Мэрия с гордумой слиплись и молчат - в обзоре событий недели

Анатолий Дмитриевич, администрация и гордума Читы молчат и что-то там у себя решают.

Андрей Затирко: А слуги кто?

Любой журналист, когда говорит о власти, о том, что она должна делать, а чего нет, руководствуется каким-то идеальным образом, который сложился у него в голове на основе знания базовых российских законов, вроде Конституции, и примеров лучших стран/регионов/городов. Собственно, так думает и большинство рядовых граждан. В основе, естественно, понимание того, что чиновники – это слуги народа, призванные решать за всех нас общие проблемы, используя для этого наши налоги. Все эти радужные представления неминуемо разбиваются о реальность, которая, как правило, строится вокруг тех самых чиновников, которые, судя по всему, полны уверенности, что всё наоборот: служить должны им.

Про страну я сейчас говорить не буду, тем, кто надо, сами всё понимают. Про региональную власть я уже писал на прошлой неделе: там всё просто – стал губернатором, забрал все решения на себя, не ставя в курс население о происходящем. Их дело маленькое: проголосовал, свободен! Сегодня – про мэрию и гордуму Читы.

Они – самый закрытый госорган власти в Забайкальском крае, который зачастую принимает самые противоречивые решения, вроде отказа от исковых требований к экс-мэру Вячеславу Шуляковскому на 15 миллионов рублей. Почему в единственном числе о двух органах? Потому что не видно, где заканчивается один и начинается второй, особенно после переезда Анатолия Михалёва. Они буквально слиплись. И традиционно молчащая мэрия, которую можно было заставить говорить с журналистами про город лишь пачкой запросов, приросла в своём тихом углу ещё и гордумой, откуда лишь изредка доносится полушёпот отдельных лиц. Теперь молчат все вместе, втроём – Анатолий Дмитриевич, администрация и гордума. Молчат и что-то там у себя решают. Молча увольняют ключевых замруководителей администрации, молча проводят конкурс по выбору нового «мэра», молча помогают сторонникам в судах. И не скажешь, что мы не пробуем найти общий язык. Пытаемся годами. Но пресс-служба просит запросы, на которые пишет бюрократические отписки, а сами слуги народа, вроде господина Михалёва, при звонках на свои сотовые шарахаются, после чего через пресс-секретарей пытаясь устроить взбучку наглым журналистам. Не лезьте к нам, не вас выбрали рулить!

При всём этом самого влиятельного ныне человека в этом исполнительно-законодательном уродце Чита и не просила служить себе, более того, давно уже пытается его оттуда вытолкнуть, да не может. Михалёву для того, чтобы «служить», не нужно разрешений, ему лишь достаточно собственного желания, остальное силой лысеньких солдатиков-срочников, да группы помощников вокруг прибудет. Если не на посту мэра, то на посту главы города в гордуме, откуда можно и сити-менеджера нужного назначать, и рулить всем закулисно. Главное ведь не название и не результат, а власть.

Как сломать в голове таких Анатолиев Дмитриевичей их понимание работы госслужащих, лично для меня, да и для всего населения страны, судя по очередным выборам, пока загадка. Только раскрыв её, считаю, нам удастся заставить наших слуг решать наши проблемы. А пока думаем над этим, служить будем мы.

Сергей Бумагин: Некультурная революция

Артисты – люди публичные, поэтому часто выносят сор из избы, чтобы напомнить о себе, но сотрудников Забайкальской краевой филармонии, которые открыто конфликтовали с директором учреждения Игорем Акчуваковым, вряд ли можно заподозрить в самопиаре. Скорее всего, они хотели элементарного – достойных условий труда и уважительного к себе отношения, а получилось, что и сами уволились, и своего бывшего шефа до отставки довели.

Устроить скандал решили трое из шести музыкантов ансамбля имени Будашкина, которые в июле сначала написали заявления об увольнении, а потом – письмо тогда ещё врио губернатора региона Наталье Ждановой и теперь уже бывшей и.о. министра культуры Марии Гуськовой. В документе, который подписали более 20 работников, артисты рассказали об отсутствии гастролей, плохой материальной базе ансамбля и текучке кадров в учреждении.

Пока министерство культуры региона по поручению Ждановой проверяло деятельность филармонии, появилось ещё одно письмо, в котором свыше 70 работников учреждения убеждали врио губернатора, что будашкинцы возводят напраслину на директора. Кроме того, на баяниста ансамбля Евгения Скрипченко, рассказавшего мне о ситуации в учреждении, подали судебный иск.

Чиновники минкультуры в итоге нарушений не выявили, факты, озвученные артистами ансамбля в письме Ждановой, не подтвердили. Однако люди из филармонии продолжали уходить – заявления об увольнении написали певица Татьяна Аникина, саксофонист Роман Евсеев и пресс-секретарь Антонина Олёкминская. По словам Аникиной, все трое ушли из-за разногласий с руководством учреждения. Письмо Аникина писать не стала, но устно бывшей и.о. министра культуры на директора пожаловалась.

Позже меня пригласили в филармонию, где Евсеев в кабинете директора пояснил, что и не думал конфликтовать, а собрался ехать в Новосибирск, где нашёл новую работу. На следующий день Аникина по телефону убеждала, что саксофонист никуда не едет, а сделать такое заявление его попросил Акчуваков, на которого она намерена подать иск в суд о защите чести и достоинства.

Гуськова так и не решила, что же делать с филармонией, не успела – минкультуры региона после рокировок в правительстве возглавила экс-директор фолк-театра «Забайкалье» Елена Михайлова, которая достаточно быстро пришла к выводу, что Акчуваков относится к своему коллективу неуважительно и высокомерно, что вполне тянет на увольнение.

Коллектив филармонии за директора заступился и намеревался пустить в ход действенное оружие – письма. На сей раз, адресаты планировались посерьёзнее - президент Владимир Путин и депутат Госдумы Иосиф Кобзон. Однако сам Акчуваков порыв эпистолярного творчества подчинённых зарубил, поблагодарив всех за работу.

Информационную битву он проиграл – обиженные, злые артисты оказались настырнее в желании очернить имя директора, а руководство филармонии не нашло общий язык даже со своим пресс-секретарём, не говоря уже об адекватной оценке происходящего. А что в итоге? Развалили один из самых профессиональных в регионе ансамблей, потеряли единственную оперную певицу и талантливого саксофониста, потрепали друг другу нервы и остались у разбитого корыта.

Некультурно получилось.

Роман Шадрин: Продаётся дворец

Чита, Дом физкультурника, год тысяча, если не ошибаюсь, девятьсот девяносто первый. Или второй. Зональные соревнования по спортивной гимнастике. С нами, читинскими гимнастами, соревнуются спортсмены из других сибирских детско-юношеских спортивных школ. Белые трико, белые майки, белая магнезия на привыкших к плевкам белых наладонных накладках. Вообще, Дом физкультурника - вотчина волейбольной команды «Забайкалка» (одной из сильнейших в СССР) и во всех смыслах сильной секции бокса. Но ради юных гимнастов Сибири и Дальнего Востока главный зал Дома физкультурника обставили конями, брусьями и брёвнами. Со свистом вздыхают маты, на выдохе крутятся рондаты с фляками, судьи безэмоционально озвучивают оценки - гимнастика, на каждом снаряде непрерывно крутится и краснеет кто-то хрупкий и юный. Одно из самых ярких моих воспоминаний о Доме физкультурника по адресу Бабушкина, 113а (ныне Дворец Спорта).

Чита, год 2016-й, «Чита.Ру» публикует новость о том, что федерация профсоюзов Забайкальского края выставила на продажу здание Дворца спорта по улице Бабушкина, 113а. Из-за неэффективности и нерентабельности. «Эффективность использования здания переоценили» - прочитаете вы в новости. «Дворец спорта - помещение свободного назначения», так-то. Загадывать судьбу Дворца физкультурника теперь дело неблагодарное. В лучшем случае здесь появятся платные секции каратэ и скалодром. Вероятнее всего, здание уже задумали снести и построить на месте непонятного «помещения свободного назначения» очередной всем понятный фитнес-клуб, парковку, консервный дискаунтер или паб. Дворец спорта сожжёт не Герострат, а обычный чиновник в пиджачишке, и не ради славы, а так, «люди попросили».

Юлия Скорнякова: Общественный вымирающий

За 15 лет моей жизни в Чите, пожалуй, не было ни единого года, когда вдруг руководители города, депутаты, общественники и неравнодушные ко всему граждане не хватались за головы и не начинали решать проблему общественного транспорта в Чите: то маршруток, которые от состояния диких мустангов, без правил мчащих по прериям, всё-таки перешли к мало-мальскому соблюдению элементарных норм безопасности, то троллейбусного депо, которое ежегодно работает в минус.

На минувшей неделе в гордуме вновь говорили о деповских проблемах существования, главной из которых является, конечно, нехватка денег. Действующий тариф как минимум на 5 рублей меньше экономически оправданного, пассажиропоток падает, а городская администрация за провоз льготников задолжала столько, что всех их можно было свозить в месячный тур по жарким странам и вернуть обратно.

Жонглирование палкой о двух концах на заседании мастерски продемонстрировали руководитель троллейбусного депо Виктор Ларичев, предложивший поднять цены на проезд, и аудитор городской контрольно-счётной палаты Елена Глущенко, резонно заметившая, что это повышение понизит пассажиропоток ещё сильнее. Спорить о том, почему и в пользу чего люди отказываются от троллейбусов, можно бесконечно, однако одна реплика, на мой взгляд, заслуживает особого обсуждения.

Ларичев предложил гордуме Читы обратиться к депутатам заксобрания Забайкальского края в федеральные органы власти с революционной, на первый взгляд идеей: установить в России единые тарифы на электроэнергию для общественного транспорта. За доказательствами далеко не ходил: после статьи «зарплата» затраты на электричество у троллейбусного депо Читы намного превышают все остальные, а зимой так вообще зашкаливают. Если их снизить, то предприятие может выбраться из состояния, когда закупаются только самые необходимые запчасти. По словам директора предприятия, именно эти кардинальные меры могут помочь раз и навсегда решить вопрос с благосостоянием транспортного депо, однако сегодня они выглядят скорее как нечто невозможное.

Разговор о том, есть ли другие методы по выходу депо из кризиса, пока ни к чему не привёз. Ясно, что сегодня вопрос заключается не в том, сколько платит один отдельно взятый пассажир, а в том, как почему он пользуется услугами общественного транспорта редко. На встрече в гордуме разобраться в этом не смогли.

Кира Деревцова: После драки

Минфин края и депутаты заксобрания решили разобраться с неэффективными налоговыми льготами, которые были у детсадов, организаций инвалидов и других вроде реализующих приоритетные инновационные проекты региона, занимающихся переработкой, утилизацией и размещением твёрдых бытовых отходов или переработкой мяса сельскохозяйственных животных и птицы. У некоторых организаций при этом остаётся право на получение субсидий, всё нормально.

Ненормален подход – минфин обосновал отмену льгот собственным анализом, их невостребованностью и прочими понятными финансистам причинами. Но с представителями организаций разговора не было. Законопроекты уже прошли первое чтение. И вот перед тем, как в первом чтении его принять, председатель комитета по соцполитике Андрей Мартынов заявил журналистам следующее: «Мы поддержим законопроект в первом чтении, после чего организуем встречу с представителями организаций инвалидов. Если они будут против, то в ноябре на заседании заксобрания не поддержим во втором чтении».

В Забайкалье законопроект затрагивает 11 организаций инвалидов. Мало или много – понять сложно, как и то, сколько денег вернётся краю после отмены льготы. Но это же так несложно – перед тем как принять закон, спросить мнение того, на кого он направлен. Или чёрт с ними, сами как-нибудь потом разберутся. Практика заксобрания чудесная – обсудить и принять в первом чтении, а после спросить, надо ли.

Егор Захаров: Нерезидент

В понедельник мир узнал, что один из богатейших людей России Алишер Усманов, связь которого с Забайкальем скреплена лицензией на разработку Удокана, больше не будет платить налоги в нашей стране. Разумеется, поднялся вой, на фоне которого прозвучали объяснения: Усманов, мол, проводит в России меньше 183 дней в году, но тем не менее будет оставлять в бюджете часть полученных в стране доходов. Но ни эти объяснения, ни рассуждения аналитиков о глобализации бизнеса, воя, разумеется, не остановили.

Тем не менее, претензии к Усманову можно было высказывать чуть тише. В 2014 году, когда Госдума приняла закон о деофшоризации, он вернул часть активов в Россию, в частности сотового оператора «Мегафон» и «Металлоинвест», из которой и выделилась занимающаяся Удоканом «Байкальская горная компания». Из множества широких жестов имеет смысл вспомнить погашение долга перед итальянским тренером сборной России Фабио Капелло. Ему Усманов, на определённых условиях, подкинул около 300 миллионов рублей, защитив честь страны. Лично я благодарен ему за «Коммерсант», который просто приятно читать, не натыкаясь ни на «вату», ни на «либерастию».

Теперь этот щедрый человек перестал быть налоговым резидентом РФ. Сколько страна потеряет от этого, подсчитать никто не берётся. Но страшны не потерянные бюджетом миллионы. Опасность манёвра можно оценивать по времени, прошедшему после выборов в Госдуму, по заявлениям вице-премьера и по тому, как высшие чиновники стремятся побряцать оружием. Усманову, уверен, было вполне комфортно в России и пресловутые 183 дня — далеко не исчерпывающее объяснение, но он решил выбрать место «более лучше».

Мария Шестакова: Как развязывают руки садистам

Многих на этой неделе шокировала новость о двух жительницах Хабаровска, зарегистрированных под именами Алина Орлова и Кристина Конопля в соцсети «ВКонтакте». Как сообщает «Лента.Ру», они выкладывали на своих страницах фотографии зверски убитых ими кошек и собак. Судя по всему, две молодые девушки находили бездомных животных или брали их из групп помощи, а потом мучили с особой жестокостью, тщательно документируя свои «эксперименты». Когда разразился скандал, фотографии со страниц девушек были удалены, но их скриншоты доступны на многих ресурсах. Я не буду давать ссылку на подробные статьи, достаточно того, что есть на «Ленте». Потому что зрелище это не для слабонервных. Даже с учётом цензуры. Отвратительный кошмар.

Самое ужасное, если эта история так и закончится ничем. Реальный срок за жестокое обращение с животными получает очень мало людей. Отправляют в тюрьму обычно тех, кто совершает свои преступления на глазах у детей. Мол, всё это оставляет моральную травму. И это очень странно. Почему человек, способный безжалостно и хладнокровно издеваться над живым существом, убивать, может спокойно ходить рядом с нормальными людьми? Сколько «моральных травм» он должен нанести, чтобы закон, наконец, признал его опасным и невменяемым и отправил за решётку?

Понятно, что это всё появляется из-за комплекса нерешённых проблем. Работающий закон об отлове и содержании бездомных животных, защитил бы не только людей, но и собак, кошек, от таких вот садистов. Но даже, если пока мы не можем разобраться с причиной проблем, нужно хотя бы адекватно оценивать последствия. И сейчас этого нет – правда в том, что человек в России может издеваться над животными безнаказанно. И не всегда украдкой и тайно. Часто с попустительства не только правоохранительных органов, но и нас – мало кому придёт в голову вызвать полицию, если видишь, как кто-то издевается над собакой или кошкой.

ИА "Чита.Ру"

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter