Во всём виновато правительство? Обвиняемый из-за газификации экс-министр ЖКХ Забайкалья Головинкин дал показания в суде

Суд над бывшим министром ЖКХ Забайкалья раскрывает подробности о газификации Читы даже больше, чем сами власти. На скамье подсудимых — Алексей Головинкин, который работал с 26 сентября 2022 года по 27 октября 2023 года. По версии обвинения, он из корыстных целей не проконтролировал субсидию в 700,7 миллиона рублей из бюджета Забайкальского края, необоснованно заключил от имени министерства соглашение с компанией «Энергогазинжиниринг», которая устанавливала котлы в домах с печным отоплением, по итогу из-за отсутствия казначейского контроля деньги оказались не защищены и руководство компании похитило 115,4 миллиона рублей.

Свою вину Головинкин отрицает. На суде он рассказал о том, почему газификация изначально была задачей из разряда фантастики, что документ, который лег в основу его обвинения, проходил массу согласований и был одобрен всеми ответственными, о роли бывшего первого вице-премьера Андрея Кефера и его штабов, и высказал мнение, кто все-таки виноват в том, что деньги удалось похитить.

Бывший глава МинЖКХ начал показания с подробного рассказа о своей карьере в Карелии, перечисляя проекты, за которые отвечал, и профессиональные достижения, коих немало. Перечисление всех его заслуг заняло много времени.

В Забайкалье он попал после приглашения на собеседование от советника губернатора в начале 2022 года. Позже он прошел дополнительные собеседования, в том числе встречался с губернатором, после чего принял предложение.

На вопрос о том, зачем он приехал в Забайкальский край, чиновник ответил: его задачей было «реанимировать министерство».

— Надо было реанимировать ситуацию в ЖКХ. Много аварий постоянных, некачественная подготовка министерства, которое не понимало вообще на тот момент, что происходит в крае в части инфраструктуры, муниципалитеты, которые приходят с непонятными заявками на выделение средств на ремонт коммунальной инфраструктуры. Недоделки постоянные, — объяснил Головинкин.

При этом он подчеркнул, что приехал в регион уже с серьезным управленческим опытом:

— Я работал руководителем с первого дня моей официальной работы. Понимаю, что в рамках дела было записано, что я приехал сюда ради записи в трудовой книжке, но как бы то ни было, я руководителем стал за пять лет до того, как приехал в Забайкальский край.

На вопрос о том, пытался ли он приукрашивать показатели министерства или выдавать желаемое за действительное, чиновник заявил, что ситуация была обратной:

— Было даже диаметрально наоборот. То есть я часто выступал на совещаниях по реализации различных объектов как человек, который выступает с критикой и с постоянными запросами о каких-то потребностях для того, чтобы устранить отставание в реализации объектов. Возмущался много, но никогда ситуацию не приукрашивал, наоборот.

Первые месяцы в новой должности, по его словам, ушли на полное погружение в работу министерства. Оно охватывало огромный спектр полномочий: ЖКХ, энергетику, цифровизацию, связь, благоустройство, капитальный ремонт многоквартирных домов, подготовку и прохождение отопительного сезона, ликвидацию аварий, создание новых объектов теплоснабжения и водоснабжения. В числе крупнейших проектов он упомянул первую дальневосточную концессию в Забайкалье, а также строительство ТЭЦ в Первомайском.

Ответственные за каждое направление готовили для него подробные пояснительные записки по проектам и текущим задачам, а после дневных совещаний он оставался в кабинете по вечерам, чтобы изучать документы и разбираться в устройстве ведомства.

Отдельно чиновник рассказал о тяжелом положении коммунальной отрасли в регионе. По его словам, финансирование было крайне ограниченным.

— Из-за того, что в направлении ЖКХ был очень скудный бюджет, у нас на подготовку к отопительному периоду для 932 источников теплоснабжения плюс сотен километров сетей выделялось 200 миллионов рублей.

Дополнительной проблемой, по его словам, стала жесткая тарифная политика.

— Тарифная составляющая, которую регулировал комитет по ценам и тарифам, была настолько зарегулирована, что отрасль, грубо говоря, загибалась.

Головинкин привел пример сокращения компенсации выпадающих доходов ресурсоснабжающих организаций: если двумя годами ранее разница между тарифом для населения и экономически обоснованным тарифом составляла 3,6 миллиарда рублей, то к моменту его прихода в министерство стало чуть больше 1 миллиарда, несмотря на отсутствие серьезных изменений в инфраструктуре.

Из-за нехватки средств, по воспоминаниям экс-министра, приходилось буквально вручную распределять ресурсы между объектами:

— Приходилось просеивать каждую котельную. И распределять деньги вплоть до мелочей из серии: на эту котельную мы дадим насосы за 20 тысяч рублей, а на эту — две задвижки, потому что именно у них критичная ситуация, а других денег просто нет.

Говоря о газификации Читы, Головинкин отметил, что магистральный газопровод проходит примерно в 600 километрах от Читы и экономически обосновать строительство отдельной трассы фактически невозможно. По словам Головинкина, он и его министерство, работая над газификацией, занималось обоснованием необходимости включения региона в проект «Сила Сибири», собирали данные по потребностям, проводили расчеты и добивались включения Забайкалья в программу.

Но одновременно с этим появился другой путь газификации, предложенный тогда еще будущим, а теперь уже осужденным концессионером Станиславом Неверовым, — не через новую трубу, а через железную дорогу и систему хранения газа в сжиженном виде.

— Параллельно появился еще в 2021 году, насколько я знаю, проект газификации города Чита. Даже было в 2022-м летом подписание на МЭФ (Московском экономическом форуме) соглашения о намерении на реализацию между правительством региона и ВАНКом. Когда я появился, уже подходила к завершению отработка частной концессионной инициативы, с которой выступил подрядчик, — это концессия между городом Читой и ВАНКом. Параллельно с этим рассматривался вопрос в правительстве, как же подготовить инфраструктуру, а именно частные дома, — отметил Головинкин.

Из показаний в суде стало известно, что решение о предоставлении крупной федеральной субсидии — 700 млн рублей — компании «Энергогазинжиниринг», занимавшейся газификацией, было принято на штабе по координации газовых проектов. Его возглавлял на тот момент первый зампред правительства Забайкалья Андрей Кефер.

Именно на этих штабах утвердили порядок предоставления федеральной субсидии коммерческой компании без механизмов защиты средств, таких как казначейское сопровождение. Позже, как считает следствие, это позволило похитить деньги.

По словам Головинкина, штабы Кефер проводил регулярно — практически каждую неделю. На них постоянно присутствовали представители администрации Читы. В первые месяцы участвовал руководитель «Читаоблгаза» Константин Фокин, позже стали приходить представители концессионера. Также в заседаниях участвовали представители правительства региона, Минприроды, периодически — Минфина, Минэконома и Министерства гражданского общества, в зависимости от обсуждаемых вопросов.

На одном из штабов правительство региона решило, что перевод частных домов с угольного отопления на газовое будет проводиться через систему субсидий, а главным распорядителем бюджетных средств станет МинЖКХ. Головинкин, как прозвучало в суде, выступал против такого подхода, считая, что эти вопросы относятся к полномочиям местного самоуправления.

В целом фамилия Кефера на процессе звучала довольно часто, как и упоминания о проводимых им штабах.

В обвинении фигурирует конкретный штаб по газификации от 22 ноября 2022 года, на котором был Головинкин. Как было озвучено на суде, на этом штабе был утвержден план-график мероприятий по определению газораспределительной организации, разработке механизмов субсидирования, возмещения затрат предприятия по установке, подключению оборудования к сети газораспределения, собственников домовладений в Чите.

Прокурор спросила, какие поручения там давал Кефер Министерству ЖКХ, на что Головинкин ответил, что это были вовсе и не поручения, а рекомендации.

— Штаб не уполномочен давать поручения, и он не имеет права дать ни одно поручение в соответствии со своим регламентом. Он может дать рекомендации. Поэтому ни одного поручения штаб не давал, — ответил Головинкин.

По его словам, было рекомендовано: провести медиамониторинг, изучить практики правоприменения газовых проектов в других регионах. И эти рекомендации были исполнены.

Судья возразила, что Кефер, когда его допрашивали в суде как свидетеля, указал, что ему кажется немыслимым, чтобы озвученное им на штабах воспринимали как что-то необязательное к исполнению. Но Головинкин настоял на своем, приведя ряд примеров, что озвученное на штабах — не что иное, как рекомендации.

Вспоминая, как он изучал опыт других регионов в вопросе газификации, Головинкин назвал проект фантастическим и отметил, что нигде в России подобного не делалось — чтобы газ поступал не от магистральной сети, а перевозился по железной дороге в сжиженном виде.

— Я лично созванивался с Бурятией и Иркутском, выходил на Татарстан. Ни у кого такого проекта на тот момент не было. Ни у кого. Я даже больше скажу: потом, исходя из штабов, выяснилось, что СПХР-хранилищ (система приема, хранения и распределения газа. — Прим. ред.) такого объема никто ни разу в жизни не делал. Такого просто не существует. Потому что никто такой объем на сжиженный природный газ никогда нигде не переводил. И это уникальное СПХР-хранилище, которое проектируется, насколько я понимаю, до сих пор, просто нигде никогда не реализовывалось. Поэтому нет применительной практики такой. Бурятия вообще пошла по пути электрификации — переводила на электроотопление.

У большинства регионов, с которыми у меня были хоть какие-то возможности связаться, и плюс то, что мы находили в открытых источниках, — у них в основном у всех магистральные газопроводы. И они существуют в рамках социальной догазификации. Так, чтобы кому-то железнодорожными путями через, простите, тысячи километров привозили сжиженный природный газ — ну это чудесное мероприятие, — рассказал Алексей Головинкин.

Он добавил, что магистральный газопровод проходит в 600 километрах от Читы и экономически обосновать прокладку трассы до города невозможно.

Он рассказал, что, по расчетам Минприроды, при переводе 13 тысяч домовладений в Чите на газовое теплоснабжение вредные выбросы в воздух сокращаются, по прогнозу, на 17%. Как ответили «Чита.Ру» в МинЖКХ, сейчас газовое оборудование установлено только в половине от требуемых домов — в 6,5 тысячи домов из 13 тысяч.

Экс-министр рассказал, что предоставление субсидии согласовали без казначейского сопровождения, в чем его обвиняют, и приняли все ведомства. Сам он сделал акцент на том, что с казначейским сопровождением не сталкивался по роду деятельности.

Сам порядок предоставления субсидий подрядчику разработало МинЖКХ. После его рассмотрели на штабе, а затем направили в прокуратуру, ФСБ и УФАС. По словам Головинкина, замечаний от ведомств не поступило.

После этого документ прошел процедуру внутреннего и внешнего согласования. Его проверяли внутри министерства, в том числе юристы, а затем согласовывали Минфин, Минэконом, правовое управление губернатора и другие структуры.

Минфин проверял наличие бюджетных ассигнований и соответствие документа законодательству, правовое управление — законность порядка предоставления субсидий.

В итоге проект прошел все согласования, после чего был принят и подписан на штабе под руководством Андрея Кефера.

На суде экс-министр ЖКХ Алексей Головинкин заявил, что механизм казначейского сопровождения не мог применяться к этим субсидиям, поскольку это, по его словам, не предусматривалось законодательством: Бюджетным кодексом РФ, Законом о бюджете Забайкальского края и постановлением правительства региона № 159.

— У меня есть действующий порядок предоставления субсидии, который утвержден постановлением правительства края, который соответствует действующему законодательству, полностью исчерпывает все действующие требования, нормы и нормативы — всё. То есть копаться и искать подводные камни в том, что проверили все на свете виды умных служб с профильным образованием, со специальными знаниями, и никто не выразил никаких замечаний, предложений, рекомендаций — ничего, — заявил Головинкин.

Прокурор возразила, что, несмотря на проверки всех ведомств, злополучный документ разрабатывался именно МинЖКХ, на что Головинкин ответил, что хотя документ и разрабатывало МинЖКХ, окончательное решение принимало не министерство.

— Но разрабатывался ведь он вашим министерством.

— Но утверждался он не моим министерством. Министерство не настолько самостоятельно, чтобы самостоятельно взять, разработать и утвердить. Министр не полномочен взять, подписать и утвердить порядок предоставления субсидий, — сказал экс-министр.

Он также отметил, что после подготовки документа тот проходил через систему электронного документооборота правительства, где его, по словам Головинкина, дополнительно проверяли различные ведомства и структуры.

В ответ на вопрос прокурора о том, кто в итоге несет ответственность за содержание порядка предоставления субсидий, Головинкин заявил, что ответственность лежит на правительстве края.

Во время заседания Головинкин заявил, что лично не занимался разработкой проекта предоставления субсидии. По его словам, подготовкой документа занимались сотрудники министерства: замминистра Александр Суханюк и начальник отдела Гордеева, юридическую часть также проверяла специалист Петрова. Кроме того, проект направляли в WhatsApp-группу «Чистый воздух», где с ним могли ознакомиться все участники штаба, включая федеральных представителей.

Головинкин подчеркнул, что работал через систему подчинения и не мог лично контролировать каждый этап исполнения поручений.

— Я давал указания своему заму Суханюку. Есть иерархия. Если я буду передвигать ноги за заместителей начальников отдела и специалистов, я застрелюсь в министерстве. Как у руководителя у меня есть структура и заместитель. Я давал поручение заму, дальше он сам делает или поручает. Но спрос у меня с заместителя. <…> Сотрудники у меня работали днями и ночами над этим проектом, чтобы прописать проект предоставления. Дальше его прогоняли в нескольких версиях по согласованию.

После вопроса прокурора: «А сами почему не занимались?» Головинкин объяснил, что физически не мог заниматься всеми процессами лично и никогда ранее не разрабатывал подобные проекты.

— Первое: я никогда не разрабатывал проекты предоставления субсидий. Второе: министерство отвечает за ЖКХ, энергетику, цифровизацию, связь, объекты благоустройства и капитального ремонта. У меня не хватало времени в сутках ни для чего. Я просто был очень сильно перегружен, тем более это период как раз с января.

Во время диалога прокурор заметила: «Доверили ему [Суханюку]». На это Головинкин резко поправил формулировку:

— Не доверил, а поручил!

Головинкин подчеркнул, что никто не давал ему указаний включать в проект порядка предоставления субсидий положения о казначейском сопровождении. При этом ряд свидетелей утверждали, что его предупреждали о необходимости включения казначейского сопровождения, однако экс-министр назвал такие показания попыткой выгородить себя.

— Меня на самом деле очень сильно удивляет, что в показаниях, собранных следствием, тема казначейского сопровождения в период формирования порядка предоставления субсидий и проведения конкурсных процедур практически нигде не звучит. Нет ни одной официальной или неофициальной записи, ни устной, ни письменной. А сейчас формируется какая-то странная история о том, что все про казначейское сопровождение знали, кроме Головинкина, но почему-то стеснялись ему об этом сказать.

— То есть к вам никто не обращался?

— Нет.

Прокурор возразила, что свидетель Паздникова в своих показаниях утверждала, будто предупреждала о необходимости казначейского сопровождения. Однако Головинкин это категорически отрицал: «Это выглядит как фантазия, извините меня, начальника финансовой службы, направленная на то, чтобы прикрыть себя».

Головинкин заявил, что на конкурсном отборе не могло быть требований о наличии у «Энергогазинжиниринга» казначейских счетов, поскольку такие условия не были предусмотрены порядком предоставления субсидий. По его словам, включение подобных требований сделало бы конкурс незаконным и могло привести к его отмене.

В ответ прокурор сослалась на показания свидетеля Неверова, который утверждал, что компания сообщала о том, что у нее имеются казначейские счета, и согласовывала этот вопрос с Министерством ЖКХ, однако в министерстве заявили, что такие счета не требуются.

Головинкин эти слова опроверг и обратил внимание, что всю информацию по этой теме Неверов получал от своего экс-подчиненного, уже осужденного Мерзлякова. При этом сам Мерзляков в суде заявлял, что ничего не знает о казначейском сопровождении и не мог передавать подобные сведения, то есть их показания расходятся и противоречат друг другу.

Головинкин пояснил, что соглашение о предоставлении субсидии от 25 марта 2023 года между МинЖКХ и «Энергогазинжинирингом» предусматривало несколько механизмов контроля за расходованием средств.

По словам экс-министра, по его поручению в форму соглашения были включены три дополнительных приложения, которые обязывали получателя субсидии отчитываться о расходовании денег, выполненных работах и показателях теплоснабжения.

Прокурор отметила, что деньги при этом всё равно были перечислены. В ответ Головинкин пояснил, что деньги должны были перевести по условиям соглашения: средства перечислялись по мере выполнения работ. Он подчеркнул, что показатель результативности по федеральному соглашению между Минприроды России и Минприроды Забайкальского края на 2023 год был нулевым, поскольку конечным результатом субсидии должно было стать обеспечение домов теплом, а это невозможно без подачи газа.

Отдельно он отметил, что перечисление 700 млн рублей проходило не напрямую через МинЖКХ. По его словам, платеж осуществлялся Министерством финансов через управление Федерального казначейства Забайкальского края, причем документы и субсидия неоднократно проверялись на этапах согласования лимитов и финансирования.

— И ОФК проверяло, и Минфин проверял перед тем, как осуществить платеж. Министерство ЖКХ само по себе не имеет доступа к кнопке «перечислить» — ее просто не существует. Это не ООО с каким-то расчетным счетом, — заявил Головинкин.

Вопросы задала и судья.

— Вас не смутило, что такой объем субсидий, то есть более 700 млн рублей, и нет никаких мер финансового контроля? В частности, почему именно заключается соглашение по субсидии, а не по 44-му федеральному закону по контрактной основе?

— Там было обоснование такое, что на контрактной основе вообще не провести. Там же идет переоборудование частного домовладения.

— Почему не по 44-ФЗ?

— Потому что это должно быть «твое». Ты можешь проводить работу по 44-му ФЗ на «твое» либо закупать что-то. Муниципальное имущество это, государственное, региональное имущество. Частное домовладение — это чье-то имущество.

— То есть по 44-му федеральному закону, по вашему мнению, никак нельзя было?

— Я думаю, что никак.

***

Допрос длился практически весь день. Большую часть времени заняли ответы экс-министра на вопросы его адвоката касательно его характеристики. В этом тексте мы постарались изложить самые ключевые моменты по делу, не затрагивая слишком частных разбирательств.

Суд над экс-министром подходит к завершению. Уже на следующем заседании судебное следствие может быть окончено, а дальше — прения, последнее слово и приговор.