«Каждый год мы готовимся к неурожаю. И каждую осень пытаемся избавиться от него». Зачем люди ездят на дачу

Любовь Никитина — дачница со стажем. В своей колонке она размышляет, зачем люди ездят за город не отдыхать, а работать, и почему работа на участке — это всё-таки всегда счастье, несмотря на усталость.

Знаете, как называют людей, которые добровольно просыпаются в 7 утра без будильника в субботу, чтобы поехать копать, полоть и поливать? Как называют тех, кто умеет радоваться дождю и одновременно его ненавидеть? Кто меняет маникюр на землю под ногтями и знает, сколько стоит хороший чернозем? Одним словом. Дачники!

Их окна уже в марте светятся космическим пятном, потому что вместо ночника включается фитолампа, окрашивая лица домочадцев в сиреневый оттенок. Это они в апреле говорят, что посадят совсем немного и только зелень. Ладно, еще пару кустиков помидоров и огурцы для салата. Может быть, кабачок. Один. И вот уже немного рассады превращают домашние подоконники в теплицу и в будущую оранжерею цветов.

У всех дачников весьма своеобразное понимание слова «немного». Немного кабачков вываливаются из багажника машины, немного не хватает банок для засолки. Штук 30. Если чуть-чуть прополоть, значит упурхаться до темноты и заползти домой с последними комарами. Еще немного — и можно на грядках встретить рассвет.

И ведь каждый год происходит одно и то же. Весной семена покупаются пачками, их хватило бы на посадку соседнего участка тоже. Ну потому что невозможно пройти мимо разноцветных конвертов с названием «трюфель», «черный барон», «императорский». Уже одни только названия обещают надежду на богатую жизнь.

Потом приходит май, и начинается большая перевозка рассады из дома в огород. Я такой переезд называю эвакуацией. Вот и всё — теперь мы, дачники, живем в необычном времени. Наш год делится не на месяцы, а на стадии: еще не взошло, завязалось, скоро зацветет. Всю весну и лето мы дружно смотрим прогноз погоды на разных источниках, но не так, как обычные люди. Обычные хотят знать, брать ли зонт, дачник хочет понять, опустится ли столбик термометра с +5 до 0, потому что между двумя этими цифрами решается судьба всей рассады. И на всякий случай достаем дуги, укрывной материал и старые одеяла.

От любой непогоды у нас всегда есть план А и план Б, где Б — «блин, да сколько можно!» Ни один дачник не проходит спокойно мимо соседского участка. Нет, никто не завидует. Просто взгляд сам собой отмечает: «О, уже картошка окучена. Смотри, какие астры. Интересно, чем они подкармливают красную смородину?» Это не любопытство, а профессиональный интерес.

И не дай бог в этот момент увидеть на своем участке тлю. Потому что настоящие неприятности начинаются, не когда бьют заморозки или идет дождь, а когда переворачиваешь лист — и видишь ее. Малюсенькое насекомое размером с запятую уничтожает растения, как дикая орава коз. На борьбу с ней идут зола, марганцовка, мыльный раствор и даже угрозы.

И уже в июле выясняется, что главной проблемой были вовсе не заморозки и не тля. Главной проблемой оказались кабачки. Они лежат на земле, как выброшенные на берег толстые киты. При желании ими даже можно подпирать дверь сарая или придерживать крышку бочки. Еще никому и никогда в дачных историях не удавалось вырастить ровно столько кабачков, сколько действительно нужно семье. Примерно в августе начинается ежегодная акция «Возьми кабачок».

И вот когда всё безумие заканчивается, когда ночи давно стали теплыми, а полив похож на медитацию, наступает то сумасшедшее время, которое мы называем «спеет всё враз».

Начинается урожай.

Еще вчера первый помидор я несла торжественно, как олимпийский факел. И первый салат из своих овощей не ели, а дегустировали со словами: «Свои всё-таки вкуснее». И, пожалуйста, в выходные «своих» стоит уже два ведра. В теплице начинает дергаться глаз, потому что красный цвет бьет по сетчатке мощнее, чем сигнал светофора. Помидоры висят гроздьями, они падают на землю, потому что им тесно. Выбираю самые спелые, но тут же понимаю, что спелых здесь примерно 70% всего урожая. Остальные 30% станут самыми спелыми завтра утром.

Ни один дачник не спросит у знакомого без дачи, нужны ли ему помидоры. Вопрос ставится иначе: «Сколько ты готов унести?» Следом подтягиваются огурцы и перец. Банки исчезают с той же скоростью, как и место на кухне. На плите кипит кастрюля с маринадом и следом закипает главный вопрос: а хватит ли крышек? Кухня в это время похожа на консервный завод, где огурцы тонут в рассоле, перцы превращаются в лечо, а баклажаны — в икру.

Помидоры приходится снимать зелеными и убирать в коробках под кровать, под столы, на шкаф. Каждый слой заботливо перекладывается газетой, бумажными полотенцами или старыми кухонными полотенцами. И уже не важно, где дозревают «трюфель» и «черный барон». Ближе к осени дачные чаты похожи на овощную эстафету. Знаете, какое самое бесполезное сообщение можно там прочитать? «Кому огурцы?» Да уже никому, потому что завтра я понесу на работу такой же пакет. Каждый год мы готовимся к неурожаю. И каждую осень пытаемся избавиться от него.

Говорят, что дача кормит. По-моему, она прежде всего лечит. От городской суеты и от ощущения, что жизнь проходит мимо. От бессонницы тоже лечит, потому что после субботы, проведенной на огороде, даже не хочется слушать вечерние новости. На участке день пролетает незаметно, и, когда вечером падаешь на скамейку с кружкой чая и домашними калачами, понимаешь, насколько ты счастлив. Не потому, что ничего не делал. Наоборот. Потому что сделал столько, что завтра будет приятно снова начать сначала.