«Ему нужен был трофей»: как директор разведки африканской страны пытался отнять у российского туриста машину за 2 миллиона

Путешественник Алексей Камерзанов вернулся из Африки домой в Новосибирск в конце прошлого года. В Чаде ему пришлось столкнуться с директором разведки, который пытался отобрать у экспедиции «Мир Наш» дорогие автомобили. На глазах у россиянина случился военный переворот, во время которого в погромах на улицах погибло около сотни людей. Ему пришлось потратить миллион рублей, чтобы вырваться из страны. О своих приключениях и о том, во сколько обошлось путешествие, Алексей рассказал нашим коллегам из NGS.RU.

Десять путешественников из экспедиции «Мир Наш», в числе которых и Алексей Камерзанов, приехали в Чад в сентябре прошлого года уже второй раз. Когда они были там впервые, их задержали местные военные. Позже россиян отпустили, но в Нджамене, столице Чада, у туристов осталось три автомобиля. Они планировали забрать машины и продолжить на них свое путешествие.

Группа улетела из России 24 сентября. Алексей Камерзанов сразу уточнил, что с происходящим в стране это никак не было связано: билеты были куплены еще в августе.

— По Африке путешествуем, потому что это нереально интересно, — объяснил сибиряк. — До этого мы проехали Юго-Восточную Азию. Суммарно Чад забрал у нас четыре месяца со всеми проблемами за два года. Через Эфиопию в этот раз мы летели полтора дня. В Чаде подали документы на нигерийскую визу и занялись техосмотром.

В итоге тридцать дней он с другими путешественниками просидел в Чаде и еще тридцать дней — в Нигерии в ожидании машин.

Машины группы почти год стояли у бизнесмена, которого порекомендовали путешественникам знакомые. Из Чада группа должна была уехать почти сразу дальше по маршруту — в Камерун, Нигерию, Бенин, Того, Гану, Кот-д'Ивуар, Либерию и Сьерре-Леоне. Но в Нджамене Алексей Камерзанов застрял на месяц.

— Спустя несколько дней после того, как мы приехали, к нам пришли какие-то люди, сказали, что они из разведки, и повели нас на допрос. Большую часть дня меня допрашивали одни чиновники, вторые, и в конце концов я оказался на допросе у самого директора разведки Чада, — вспоминает Алексей.

Вопросов было много. В первую очередь почему путешественники снова в Чаде и что планируют делать.

— Нас попросили пригнать машины на парковку в разведку, забрали все документы и паспорта. Сказали, что они открывают расследование. Нужно выяснить, что мы тут делаем, так как мы очень подозрительные. И выяснилось, что этот бизнесмен, у которого были припаркованы машины, он не просто бизнесмен, а вице-президент оппозиционной партии «Трансформаторы в Чаде». Мы этого не знали. И это сильно злило директора разведки.

Камерзанов обратился за помощью в российское посольство. Путешественникам сказали, что они должны выехать в Камерун с сопровождением как можно скорее, чему группа обрадовалась. Но радость была недолгой.

— Нас действительно посадили в джип, полный военных с автоматами, и они нас сопроводили 600 километров до границы с Камеруном. Все документы находились у главного провожатого. Как потом выяснилось, он передал в Камерун на границе негативное досье на нас, что мы практически нелегально проникли в Чад и очень подозрительные. И камерунцы отказались нас пускать. Мы прожили два дня на границе в палатках в надежде, что нас все-таки пустят. Прямо перед флагом камерунским, — вспоминает Алексей Камерзанов.

Попасть в Камерун путешественникам так и не удалось, и они вернулись в Нджамену.

— Мы опять поселились в гостинице, машины запарковали у себя. Документы все остались в разведке. Оказалось, что нам еще аннулировали визы, запретили покидать гостиницу, посадили соглядатая военного, который нас контролировал, — вздыхает Алексей.

Отрицательное досье на путешественников в течение недели добралось до министра внутренних дел Камеруна, поэтому страна осталась закрытой для въезда. В итоге было решено отправить машины с камерунскими знакомыми, а в это время лететь в Нигерию и уже там их встретить.

Тем временем в Чаде начались беспорядки.

— В момент демонстрации везде жгли покрышки, громили всё вокруг, убили почти сотню людей. И в такой обстановке мы находились, — объясняет Камерзанов.

В это время машины с камерунцами приехали на границу, но въезд вновь был заблокирован — теперь уже конкретно для машин.

— Складывалось ощущение, что нас намеренно не хотят выпускать. И через день нам передали ультиматум: нам дают 72 часа улететь или нас принудительно выгонят, а машины нужно срочно продать или у нас их конфискуют. На следующий день к нам пришли переговорщики со словами: «Вы же продаете машины? Мы готовы купить». На самом деле это были люди того директора, пытались за три копейки машины так получить, — пожимает плечами путешественник. — Сейчас такой автомобиль, как у нас, стоит примерно 1,5–2 миллиона рублей. У нас было три машины. Мы срочно привели их в нерабочее состояние — поняли, что сейчас может быть очень серьезный конфликт.

Путешественники написали в посольство и МИД Чада, премьер-министру Чада, президенту Чада, министру безопасности Чада. Призвали на помощь даже посла Чада в России. Когда угрозы повторились, то укрылись в посольстве России в Чаде.

— Из неформальных разговоров мы узнали, что директору разведки просто приглянулись наши машины. Он тратил огромное количество времени на разговоры с нами вместо своей работы, потому что очень хотел их получить, — убежден новосибирец. — Мы позвали временного поверенного и консула Российской Федерации и отправились на разговор с директором разведки. Там же были и наши камерунские друзья. Это был очень жесткий разговор.

После тяжелых переговоров директор разведки согласился выпустить машины, но для этого нужно было собрать множество документов. Спустя месяц с большим трудом с помощью друзей путешественники выгнали машины в Камерун, а сами улетели в Нигерию.

Еще три недели пришлось решать вопросы с камерунской таможней. Очень долго их перегоняли по красной зоне.

— После всего этого я узнал из новостей, что директора разведки Чада уволили и перевели в какую-то провинцию губернатором: по чадским меркам это понижение. И судя по всему, ему не простили того, что в городе творился жуткий бардак, а он в это время пытался вымогать имущество иностранных туристов, — отмечает Алексей Камерзанов. — Идея забрать машину была не в том, что это погоня за материальными ценностями. Ему нужен был трофей, добытый у иностранцев. Такой охотничий инстинкт был у директора.

Несмотря на все трудности, путешествием Алексей Камерзанов остался доволен.

Чад — одна из последних французских колоний, расположенная частично в Сахель, в Сахаре и в субтропиках. На юге страны всё зелено, но выше картина меняется — от субтропиков переходит в пустыню и барханы. Основные языки в стране — арабский и французский.

На севере живут племена, которые в свое время смешались с арабами, поэтому в основном люди говорят по-арабски. На юге большее влияние оказало христианское население.

— Это страна, сложенная из лоскутов. Она только в 1960-х годах получила независимость, и в Чаде сумасшедшее количество военных и оружия — я столько же только в Пакистане видел. Улицы постоянно наполнены военными. Везде стоят патрули. Передвигаться просто так нельзя — нужно получить специальное разрешение, — отметил Алексей.

Фотографировать что-либо в столице Чада — практически нереальная задача. Но путешественники всё же сумели сделать интересные кадры.

— Нас несколько раз забирали в полицию из-за этого. Ты хоть свой башмак фотографируй — местные видят, кричат, зовут полицию, и несколько раз у нас были проблемы. Страна достаточно дикая в каком-то смысле. Для них любые пришлые люди подозрительные. Не доверяют, говорят: «Это наше, не фотографируйте», — объяснил путешественник. — Есть еще поверье, что фотография забирает часть души.

Он отметил, что столица, Нджамена, была спланирована и построена французами очень грамотно — со всеми нужными и логичными развязками, кольцами, широкими проспектами.

— Но всё достаточно бедно. А стоит выехать из столицы, как попадаешь в средневековье: пропадает асфальт, начинаются небольшие поселки из глиняных мазанок, хижин с соломенными крышами. В прошлом году мы путешествовали в сторону границы с Ливией, и это Средние века. Изменилось только то, что появились небольшие солнечные батареи, пластиковые бутылки и в поселках побольше бывает связь, — пожимает плечами Алексей.

В Нджамене путешественник советует есть в гостиницах, а если вы едете за город, то лучше готовить еду самостоятельно.

— То, что едят местные, — это очень специфическая еда. В основном это безумно жесткая баранина, которую прожевать просто невозможно. И курица такая, — уверяет Алексей Камерзанов.

Путешественники были в Африке в тот момент, когда шли разговоры о продлении или отмене «зерновой сделки».

— Несколько раз так случалось, что на пограничных переходах или в личных разговорах люди говорили, что с зерном проблемы и они не знают, что делать из-за этого. Если у них будут перебои, то это будет действительно самый настоящий голод. У них совсем всё бедно, и людям нечего будет есть, — отметил новосибирец.

В городе миллионы торговцев продают бутилированную воду, а за пределами столицы нужно иметь с собой внушительный запас воды. Путешественники брали с собой всегда по несколько 20-литровых канистр и дополнительно покупали бутылки. Труднее всего с водой на севере, где пустыня.

— В провинции на севере есть колодцы, но если ты его видишь, это не значит, что можешь взять легко воду. В пустыне четко расписано, где и чей колодец. Нужно подъехать и обязательно спросить разрешение хозяина, и, конечно, поблагодарить. Что-то дать ему, хотя он может и не взять, — отмечает Алексей. — Вода — это ценность на севере, где пустыня. На юге проще: в сентябре было наводнение, затопило Нигерию и Чад.

Если взять с собой доллары, это самый беспроигрышный вариант: они легко обмениваются на любую валюту. Главное — помнить, что во многих странах есть официальный и реальный курс. Путешественник уверяет, что гораздо выгоднее менять деньги у менял.

Обязательная прививка перед путешествием в Африку — от желтой лихорадки. Но главная проблема континента, от которой достаточно эффективной вакцины еще нет, — это малярия. Из 10 человек группы, в которой путешествовал Алексей, четверо болели малярией.

— Это смертельное заболевание, если его запустить и вовремя не начать лечение. От малярии ежегодно умирают сотни тысяч людей, но в самом начале ее вылечить очень легко. У всех из нас есть специальный препарат от малярии, у каждого есть личная пачка — там всего три таблетки на три дня лечения, — объясняет Алексей. — У нас всё обошлось, мы вовремя диагностировали.

С собой путешественники берут мобильные тесты: достаточно проколоть палец, и он может определить болезнь. В этом путешествии было израсходовано рекордное количество тестов — около 15 штук.

— Африканцы относятся к малярии, как мы к гриппу: заболел — пошел нарвал полыни артемизии, полечился, — отметил новосибирец. — Классика — это еще и расстройства кишечника. Каждый привозит с собой пробиотики. Меняется вода, еда, начинает постоянно бурлить и бродить что-то в животе, поэтому пробиотики — из самого необходимого, что возишь с собой.

В Чаде, по словам Алексея Камерзанова, к туристам относятся хорошо, но очень настороженно, потому что приезжих очень немного.

— В Африке видно нищету, а она толкает людей постоянно чем-то торговать на улицах. Ты едешь на машине в столице Ганы или Кот-д'Ивуара, ее просто облепляют и пытаются что-то продать. Всё подряд: от еды и напитков до приспособлений для машин. Один раз даже швабры предлагали. Всё пихается, суется, людям нужно на что-то заработать. Это всё не от хорошей жизни, — отмечает Алексей Камерзанов.

При этом на улицах на юге много спящих и отдыхающих людей.

— Здесь всё время тепло, и не нужно думать о том, что придет зима, а ты не подготовился. И это расслабляет людей. В Чаде совершенно нормально, когда на улице расстелен ковер, на нём сидят люди или даже лежат и спят. Они не привыкли к гонке. Время особо никто не ценит, оно течет себе спокойно. Если договорились с кем-то встретиться в 10:00, не факт, что человек придет и к 11:00. Никто никуда не торопится, — объяснил новосибирец.

Религий в Африке очень много. На севере и до зоны Сахеля — ислам. На юге, где приплывали европейцы, — христианство, у которого огромное количество ветвей. Есть и традиционные верования.

— Проблема номер один в Африке — это мусор. Очень страшно: выходишь на пляж, прекрасная природа — и груда мусора, — подчеркнул Камерзанов.

Путешественники вернулись в Россию 30 декабря. Расходы рассчитывали изначально на 1,5 месяца, но в итоге они выросли в два раза — вместе со временем пребывания.

— У нас было очень много неофициальных расходов, потому что в Африке ничего не делается без «подарков». Обязательно приходится платить, и куча денег ушла на «подарки». Больше миллиона рублей потратили — это включало «подарки», военное сопровождение, оформление всяких документов, — перечислил Алексей Камерзанов.

Общие затраты на еду и проживание на одного человека в этом путешествии составили около 5 тысяч долларов — примерно 300–350 тысяч рублей. Перелет в сторону Чада стоил недорого, около 45 тысяч рублей. Обратно — около 75 тысяч рублей из Сьерра-Леоне.

Уже в апреле Алексей Камерзанов намерен быть в Сьерра-Леоне: в мае начнется сезон дождей, и нужно забрать технику. В планах — Гвинея, Сенегал, Гамбия, Марокко и еще ряд стран на севере Африки.

Опытный путешественник Павел Петров улетел зимовать в Африку и поделился своим опытом: сколько стоит аренда жилья в ЮАР, дорогая ли здесь еда и почему местные говорят, что «едят русских».

Ведущая праздников, актриса и продюсер Светлана Печёрина этой осенью побывала на Шри-Ланке. Какие впечатления девушка получила от путешествия, что интересного увидела за неделю, не опасно ли туда лететь после недавней революции и сколько денег ушло на отдых, можно узнать здесь.