Все новости
Все новости

По соседству с «Востоком»

12 апреля наш дивизион проводил на Байконуре испытания. Ради запуска сделали перерыв, вышли на улицу, смотрели, как Гагарин идёт по трапу, как садится в корабль, слышали по радио его фразу «Поехали».

Председатель краевого совета ветеранов Иван Печенин в 1961 году принимал участие в испытании первой межконтинентальной баллистической ракеты. Сегодня он вспомнил, как проходила подготовка космонавтов, почему первым стал Гагарин, и что чувствовала страна 50 лет назад.

В сентябре 1960 Иван Печенин, командовавший дивизионом, прибыл на Байконур для проведения испытаний первой межконтинентальной баллистической ракеты, над которой работал генеральный конструктор, трижды герой Советского Союза Михаил Янгель. Параллельно с этим на космодроме под руководством академика Сергея Королёва шли испытания ракеты, на которой в космос должен был отправиться человек.

То, что над ракетами работали разные конструкторы — неслучайно. Для запуска боевой ракеты, которую подразумевалось запускать во время войны, было нужно очень мало времени. Во время первых испытаний на это требовалось сначала одни сутки, затем 12 часов, а сейчас ракеты, стоящие на вооружении, запускаются в течение нескольких секунд. Кроме того, боевые ракеты использовали в качестве топлива диметилгидразин и азотную кислоту, а ракета Королёва - спирт и кислород. Для подачи кислорода использовалась установка, повредив которую, можно сорвать запуск, что для боевой ракеты недопустимо.

«В 1957 году после запуска первого искусственного спутника Королёв впервые выступал на заседании академии наук и заявил, что мечты Циолковского о полёте человека в космос скоро сбудутся. Чуть позже в академии начались споры о том, каким должен быть человек, чтобы вынести космические нагрузки. Королёв предложил обратить внимание на молодых лётчиков-истребителей, которые с такими нагрузками немного знакомы. Сначала отобрали 20 человек, потом после испытаний в Звёздном городке их осталось только шестеро, которых и привезли на Байконур», - рассказал Печенин.

Он помнит имена претендентов на полёт — Юрия Гагарина, Германа Титова, Адрияна Николаева, Владимира Комарова, Алексея Леонова и Павла Поповича. Каждый из них, по его словам, мог стать первым космонавтом, даже скафандры были изготовлены для всех.

«После тренировок Хрущёву доложили, что всё готово, и предложили выбрать первого космонавта — Титова или Гагарина. По слухам, он долго колебался, потом сказал: «Оба нравятся. Запускайте обоих». Но ракеты, которая бы вместила двух человек, в то время ещё не было. В итоге Королёв выбрал Гагарина, как наиболее самостоятельного, уравновешенного, эрудированного, владеющего математикой и физикой. Я думаю, что сыграло немалую роль происхождение Гагарина — он выходец из Смоленской области, коренной россиянин, окончил ремесленное училище, посещал аэроклуб», - вспоминает Печенин.

По его мнению, первым космонавтом мог стать и Титов, но его подвело происхождение и имя, которое дали ему родители — алтайские учителя. Гагарин же был из рабоче-крестьянской семьи, прошёл ремесленное училище и аэроклуб.

10 апреля в завещании, адресованном жене, Гагарин написал, что верит в технику, но в жизни может случиться всякое. Поэтому он просил супругу не убиваться, любить дочек и вырастить их не маменькиными дочками, достойными своих родителей. В то же время было подготовлено три варианта коммюнике. В первом варианте говорилось об успешном запуске и присвоении космонавту внеочередного звания. Второй вариант был приготовлен на случай, если ракета выйдет из под контроля, космонавт приземлится в другой стране и ему потребуется помощь. Третий вариант предусматривал неудачу и гибель космонавта.

«Утром перед полётом давление у Гагарина было 120 на 80, а у врача, который его осматривал, оно от волнения поднялось до 170 на 100, - вспомнил Печенин. - После этого их посадили в обычный автобус с голубыми шторками и привезли на полигон. В это время наш дивизион проводил испытания, но ради запуска мы сделали перерыв. Я видел, как Гагарин поднимался по трапу, как садился в корабль, слышал, как на площадке по радио раздался возглас «Поехали».

Как только ракета стартовала, мы стали подбрасывать шапки, радоваться. Никто уже не сомневался, что всё удалось».

Через несколько минут после старта по радио передали, что гражданин Советского Союза, майор Юрий Гагарин запущен в космос. Приказ о присвоении старшему лейтенанту Гагарину внеочередного звания пришёл на космодром через 40 минут после запуска.

«А после в стране начался праздник. - рассказывает фронтовик Печенин. - Может быть, не совсем правильно сравнивать, но было очень похоже на День Победы. Отношения в то время сильно отличались от нынешних. Был дух содружества, единения, гордости за страну. У народа был подъём патриотизма — мы запустили первый спутник, сделали первый атомный ледокол, совершили первый полёт в космос. С одной стороны, мы понесли в Великой Отечественной войне тяжелейшие потери, с другой — в стране начался подъём науки и техники. Вместо фанерных самолётов, которые были в 41-м, мы за войну сделали и бомбардировщики, и истребители, и штурмовики, и «Катюши».

Егор Захаров

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter