«За меня заплатили деньги». Забайкалка рассказала, как в 90-х в роддомах Читы торговали детьми

Ульяна Ломакина из Читы несколько лет назад узнала, что сразу после рождения родная мама отказалась от нее, а на воспитание девочку с помощью знакомых врачей взяла другая женщина, конечно же, незаконно. О том, с какой правдой столкнулась девушка и что ей пришлось пройти, чтобы узнать детали, Ульяна рассказала российской журналистке Саше Сулим в проекте «Внутри» на YouTube.

Ульяне 32 года, сейчас она живет в Москве. Раньше в Забайкалье работала в медиасфере, в том числе на «Чита.Ру». Несколько лет назад в ее жизни случилась череда судьбоносных событий: сначала она развелась с мужем, через год у нее умерла мама, а через 1,5 месяца бабушка.

После всего этого у нее состоялся неожиданный разговор с тетей, которая за рюмочкой коньяка вдруг поведала, что Ульяна — приемный ребенок. Как оказалось, все вокруг — друзья и близкие — об этом знали, но не она.

— Сначала у тебя идут эмоции, слезы. И ровно в этот же момент ты чувствуешь тотальное облегчение. Тебя как будто отпускает, потому что ты понимаешь, что всё это время ты это чувствовал. Потому что, когда ты смотришь на всю свою семью, понимаешь, что ты не похож ни на кого, — поделилась Ульяна.

Ее мама с папой развелись, когда девочке было 7 лет. Общение с отцом прервалось, но внутри себя она всегда хранила историю, что, когда вырастет и будет самостоятельно принимать решения, она его обязательно найдет. Но после ошеломительных известий позыв найти папу пошел по другому сценарию. Двадцативосьмилетняя читинка всё же приехала к нему и задала главный вопрос: «Как и почему вы приняли такое решение?»

В тот момент официальным родителям Ульяны было ближе к 30, и это был их осознанный выбор. Мужчина ответил: «Ну мама всё организовала, мы просто приехали на машине, забрали, и, собственно, всё». Факт незаконного усыновления мама Ульяны пыталась скрыть. И тайну свою дочери не раскрыла до самой смерти. Девочке даже поменяли дату рождения, буквально на один день — с 3 на 4 апреля 1993 года. А что было на самом деле?

Была некая несовершеннолетняя девушка, у которой «важные родители», «блатные» — люди, которые решали вопросы. И девушка родила, а затем отказалась от ребенка.

— И мою маму положили в больницу будто бы беременную. Это была инсценировка. Положили, а выписали уже с ребенком. И на этом история заканчивается. Но уже не у кого спросить. Нет мамы, нет бабушки, — рассказала Ульяна Ломакина.

Тогда она решила провести собственное расследование и наткнулась на леденящие кровь факты.

Воспитавшая Ульяну мама была парикмахером с собственным салоном в центре Читы. Девочку воспитали в атмосфере благополучия и общения с множеством людей. У семьи было много друзей и знакомых, но, как оказалось, ни мама, ни папа читинки иметь детей не могли. Работавшая в индустрии красоты женщина однажды и решила воспользоваться своими связями, которые распространялись и среди медицинского сообщества.

Подвернулся случай — в один из забайкальских роддомов привезли рожать школьницу, чьи родители не желали оставлять ребенка. Предположительно, отец роженицы был высокопоставленным военным из воинской части в ЗАТО поселок Горный Улетовского района.

Ульяна обзвонила два десятка маминых подруг. И все примерно рассказали одну и ту же историю, рекомендовав искать врачей. Тогда девушка нашла медиков, работавших в том роддоме. Один из них рассказал, что таких историй, когда ребенка рожала одна женщина, а потом отдавали его другой, в Чите в те времена было очень много, поэтому конкретный случай он не упомнит.

— За время поисков я нашла одну женщину, которая так пристроила мальчика. И я ей рассказала свою историю, что на тот момент было известно. Про меня она не вспомнила, но сказала, что был паренек, который родился в 1992 году, у него примерно такая же история фоновая, и она его пристроила к своим знакомым. А узнал об этом на суде, когда делили, кажется, квартиру бабушки, — вспомнила Ульяна Ломакина.

В бывшем роддоме записей, конечно, никто никаких девушке не предоставил. Но их и не может быть. В документах черным по белому сказано, что ее родители — это те люди, которые ее и воспитали. Многие, с кем общалась читинка, советовали ей остановить поиски, смириться. Но она решила идти до конца. И как-то раз через одну из подруг умершей матери смогла найти женщину-гинеколога — еще одну подругу.

— Она рассказала, что действительно к ней обратилась семья военных, у которых была беременная девочка на большом сроке. И мой предполагаемый дед сказал, что если будет парень, то оставим, а девчонку им не надо. «Я знала, что твоя мама хочет ребенка, и мы так договорились», — рассказала врач. Ей было тяжело это говорить. Она призналась, что для нее это тяжелая история. Так всё это сложно. А мне кто-то посочувствует? Ты отклика не видишь нигде. Если бы я с этим не столкнулась, я бы не узнала, что в 90-х это было повсеместно, и так делали часто, об этом говорят сами врачи. И для них это не какая-то шоковая история. Это просто такой способ решения вопроса: «Мы пристроили ребенка, у ребенка есть родители, все счастливы, никаких данных нет», — говорит Ульяна.

Она считает, что провернули всё это небесплатно: «За меня заплатили деньги». Но не берется утверждать, что было именно так. А факт остается фактом — врачи нарушили должностные инструкции, превысили полномочия. Однажды она даже хотела обратиться с заявлением к следователям, но передумала. Ульяна Ломакина не думает, что это уникальная история именно для Читы. Скорее способ решения проблемы того времени, когда другие способы были недоступны.

— Тетя рассказала, что моя биомама вообще вернулась за мной. Это было в момент, когда выписывали мою маму со мной. И уже откатить процесс было нельзя. Они вот так встретились, — отмечает девушка.

Расследование продолжилось. С помощью соцсети «Одноклассники» она нашла людей, которые могли учиться с ее биологической матерью в школе маленького военного городка. И те подтвердили, что слышали о подобной истории. И даже указали на человека, кто, по их мнению, полностью подходит под описание произошедшего. Ульяна написала этой женщине, но та, прочитав сообщение, заблокировала читинку.

Затем она начала писать в VK людям, которые родились 3–4 апреля 1993 года в регионе: «Добрый день, я ищу свою биологическую маму. Может быть, она рожала вместе с вашей. Давайте найдем совпадения?»

— И действительно я нашла нескольких женщин, которые рожали вместе с моей биологической мамой. И интересно, какие факты люди запоминают. Мы встретились с одной. Она сказала, что мама моя думала меня забрать, потому что они были в одной палате. Всем принесли детей, а моей нет. У нее еще были осложнения гинекологические. А потом выяснилось, что она отказалась от ребенка. И они с ней не общались. У них был такой игнор, бойкот. Но она хорошо запомнила, что ей привозили курицу в фольге, что ее очень хорошо кормили. Что приезжала черная «Волга», что это точно были военные. Что она была в джинсах, красной куртке. Набор данных, который мне вообще не помог, но я поняла, что человек был обеспеченный. Это мне дало ощущение реальности, что это действительно было именно так, — поделилась деталями своего расследования Ульяна.

Новый виток истории придал ДНК-тест, результаты которого читинка подгрузила в разные базы и спустя какое-то время смогла найти троюродную тетю в Калининграде. Они виделись и общаются по сей день. Но к разгадке личности биологической матери эта история не привела.

— Я к этому отношусь как к какому-то приключению, путешествию. Программа-минимум, моя цель — просто взять фотографию, посмотреть на людей, на которых я похожа, что-то теплое ощутить. Я верю, что этот момент случится, — убеждает Ульяна.

Она признается, что решила сделать историю публичной, так как считает, что каждый усыновленный ребенок имеет право знать это. Потому что так он может иметь не только свою текущую семью, но и найти своих действительно родных и близких. Важно понимать, уверена Ульяна, какой род за тобой стоит, откуда ты сам.

В какой-то момент Ульяна Ломакина приняла решение переехать из родного города, сейчас она живет и работает в столице нашей страны. Говорит, что использовала все попытки куда-то сходить, с кем-либо поговорить, поэтому оставила их, ресурс исчерпал себя. Девушка отмечает, что благодарна маме, которая воспитала ее. Но всё же говорит о произошедшем так: «Для меня лучше знать, чем не знать».